Ему было очень хорошо в компании Памелы. Когда девушка заглядывала к нему и говорила, что скоро принесет ему ужин или придет просто поговорить, у него сразу улучшалось настроение. Вскоре он понял, что ужасно скучает, когда ее нет рядом. Ему никого так не хотелось видеть, как ее. Паж Уильям годился лишь на то, чтобы побросать с ним дротики, его младшие братья обычно затевали такую возню, что он начинал опасаться за целостность второй ноги. А его мать! Он готов отдать жизнь за Люсинду, но она превращалась в настоящего тирана, стоило кому-нибудь из ее близких пасть жертвой болезни или недомогания. Иногда ему даже хотелось оказаться дома в Стоунвезере. Хотя он не сомневался, что Люсинда последовала бы туда за ним.
Но Памела Англфорд… О, каждое ее прикосновение было подобно целительному бальзаму! Его ласкали звук ее голоса, серебристые переливы ее смеха, ее истории, взгляд ее добрых глаз… Леди Памела могла быть для него идеальной…
Сестрой! Питер был полностью погружен в свои размышления и не слышал, как Памела поднялась к нему.
– Милорд? – Она заглядывала в дверь.
– К чему эти формальности? – спросил он. – Мы почти родственники, и… ты, пожалуй, видела меня уже во всех видах.
– Питер, можно войти?
– Что это ты вдруг решила спрашивать разрешения? – Питер прикусил язык. Он не хотел обижать Памелу, только собирался поддразнить ее, однако теперь ужасно сожалел о вырвавшихся у него словах.
– Ты прав, я не должна была врываться к тебе в комнату, – согласилась Памела, опуская глаза, – поэтому я вернулась, чтобы извиниться.
– Я не принимаю твоих извинений.
Памела испуганно посмотрела на него и замерла в дверях.
– Ты не сделала ничего, за что следовало бы просить прощения, – поспешно добавил Питер, испугавшись, что она сейчас уйдет.
Брови Памелы удивленно поползли вверх.
– Но я ворвалась без стука, выгнала служанку. Конечно, Бесс вела себя недостойно, но я не имела права отчитывать ее.
– Мне не следовало просить помощи у Бесс. Нужно было позвать Уильяма. – Питер умоляюще посмотрел на Памелу. – Пожалуйста, посиди со мной. Если хочешь, можешь взять стул.
Поколебавшись, Памела вошла, закрыла за собой дверь и приблизилась к кровати.
– В любом случае, – сказала она, – все произошедшее – не мое дело. Если Рокси не хочет, чтобы тебя соблазняли служанки, то ей следовало остаться и самой разобраться со всем этим.
– Соблазнять меня?
– Ну, возможно, это слишком сильно сказано, – призналась Памела. – Все равно, это дело моей кузины, а не мое.
– Да, конечно, – согласился Питер.– Но Роксанны нет в замке, так же как и Рэйвена. Я думал, что мы с тобой – друзья.
– Конечно, мы друзья! – горячо заверила его Памела. – Я знаю тебя лучше, чем твоего брата, хотя должна стать его женой, а не твоей. Может быть, именно поэтому я так возмутилась, когда увидела, что Бесс прикасается к тебе.
Памела потупила взгляд.
– Любая леди возмутилась бы, увидев, чем мы занимались. Думаю, мне повезло, что нас застала ты, а не моя мать!
– Думаю, да, – улыбнулась Памела. – Она бы решила, что ты настоящий развратник, учитывая, что недавно леди Люсинда видела, как я сидела у тебя на коленях, а моя юбка была задрана до колен. – Памела покраснела и тяжело вздохнула. – Но мы с тобой только друзья, – продолжала она, – и, если бы мне пришло в голову пофлиртовать с каким-нибудь рыцарем в Фортенголле, например, с сэром Гербертом, я бы не считала тебя обязанным указывать мне на мое поведение или вызывать этого рыцаря на поединок, чтобы защитить мою честь.
– Да? – искренне удивился Питер.
– Конечно, – уверенно кивнула Памела. – Я никогда не стала бы ни с кем флиртовать, но если бы это произошло, то это касалось бы только меня и, может быть, еще твоего брата. Но не тебя.
Питер неожиданно представил себе Памелу в объятиях Герберта. Но почему именно Герберт? Может быть, ей действительно нравится этот голубоглазый белокурый рыцарь? Питер смущенно закашлялся.
– Не знаю, можно ли рассматривать это как оправдание поведения Бесс, – сказал он, – но мы с ней давно знаем, друг друга, и она не раз видела меня без одежды. Поэтому мне и в голову не могло прийти, что ее помощь выглядит не слишком… не слишком хорошо. Спасибо, что указала мне на мою ошибку.
– Так ты не сердишься?
– На тебя? Конечно, нет.
– Отлично, – улыбнулась Памела и повернулась, чтобы уйти. – Ой!
– Что такое?
– Я совсем забыла, у меня для тебя хорошие новости. Твоя мать сказала, что через два дня ты сможешь подняться и начать ходить на костылях. Конечно, тебе еще рано спускаться вниз, но до горшка ты сможешь добраться самостоятельно.
– О! – просиял Питер. – Как я рад слышать это, особенно от тебя.
– Теперь Бесс больше не сможет соблазнять тебя, предлагая свою помощь, – заметила Памела. – И тебе будет легче хранить верность своей невесте.
Питер промолчал. Памела кивнула ему и ушла. Он остался один на один со своими мыслями.
«Роксанна сбежала неизвестно куда, – думал он. – Она оставила меня, и ей не требуются объяснения по поводу моего поведения. Сомневаюсь, что ее вообще интересует, чем я занимаюсь и с кем. И леди Памелу это не интересует, ведь она сама только что заявила мне об этом!»
Но в глубине души Питер не верил, что Памеле все равно, чем и с кем он занимался. Ему было даже приятно, что он ей не безразличен.
Однако оставалось нечто, изрядно беспокоившее Питера. Появление леди Памелы не дало ему возможности закончить то, что он начал, и теперь ему казалось, что его мочевой пузырь вот-вот лопнет.
– Уильям! – закричал он, приподнимаясь с подушек. – Уильям, ты нужен мне. Немедленно!
Паж не отозвался, и Питер снова лег. Нога заныла, а подушки как нарочно сбились в бесформенную кучу, и на них стало неудобно лежать. Он посмотрел на стоявший неподалеку от кровати столик и бутылку с обезболивающим бальзамом на нем. Питер повернулся, чтобы достать бальзам, но смог дотянуться кончиками пальцев до края стола.
– Уильям! Маленький негодяй! Немедленно иди сюда! Где его черти носят? Наверное, опять рыщет по кухне в поисках вкусного куска!
– Уильям! – заорал Питер что есть мочи.
Наконец дверь комнаты распахнулась, и мальчик поспешил ему на помощь.
– Милорд?
– Мне нужен горшок, чтобы справить нужду, и та чертова бутылка на столе. А еще мне нужна…
Он замолчал, понимая, что не может попросить то, что ему было действительно необходимо, – маленькую леди Памелу.
Глава 17
– Как поживают Невилл и Беатрис? – поинтересовался Питер у своего отчима, когда тот вернулся от старого друга.
– Хорошо, только его внуки, дети его дочери, похоже, подцепили какую-то болезнь. Поэтому Беатрис посоветовала мне забрать мальчишек и вернуться в Фортенголл.
