пошатнулась.
Оказалось, я нахожусь на научно-исследовательской базе, построенной подо льдами Антарктиды. В Солнечной системе ахатум создали не меньше двух десятков форпостов: три на самой Земле, остальные располагаются на Луне, Марсе, Церере, спутниках Юпитера. Зачем они здесь объявились? Мара не соврала. Они расширяют свою империю, простирающуюся на львиную часть Млечного Пути, колонизируют мир за миром, зачастую вырезая под корень различных аборигенов ради спортивного интереса. Людям в этом отношении повезло чуть больше — нам будет оказана «честь» присоединиться на правах младшей расы к их империи. Чем люди их заинтересовали не совсем понятно, ахатум, которого я допрашиваю сам задается этим вопросом.
В общем и целом чужие не так сильно отличаются от человечества, как кажется на первый взгляд: те же желания, стремления, пороки. Честно признаться, я неслабо удивлен. Цивилизация возрастом в два с лишним миллиона лет, освоившая сверхсветовые перемещения, строительство астроинженерных сооружений, добычу энергии из звезд, достигшая благодаря развитым биотехнологиям практического бессмертия в плане нравственном и моральном находятся на одинаковом с нами уровне, если не ниже.
О чем мечтает безымянный воин из касты Юкшул? Продвинуться дальше по социальной лестнице, раскрыть псионический потенциал, право обзавестись индивидуальным именем и потомством. Карьерист, блин.
Сеанс допроса пришлось прервать из-за предчувствия подступающей угрозы, восстановившаяся экстрасенсорика предупредила о приближении дюжины инопланетных головорезов. Думаю, они действительно решили проверить меня. То, что воинов по сути отправляют на смерть никого не волнует — для командиров ахатум жизнь рядового бойца ценится низко.
— Тебе конец, человек. Бежать некуда.
— Заглохни.
Я свернул шею пленному, дабы в самый неподходящий момент он не выстрелил в спину.
— Мара, если ты слышишь… Забери меня отсюда, я нахожусь в Антарктиде на инопланетной базе. Мои координаты: 66 градусов южной широты, 85 западной долготы…
На психический зов ушла половина имеющихся сил, остальное пригодится в бою. Попробовал снять с пояса пришельца непривычного дизайна пистолет и воспользоваться им, да вот не задача — оружие отказывается работать в чужих руках. Каждый ствол ахатум оснащен ДНК-сканером, поэтому ничего не вышло. Обойдусь без него…
Тремя днями раннее. Орехово-Зуево. Тыловой командный пункт 20-й гвардейской общевойсковой Краснознамённой армии.
Выслушивать постоянные доклады военных довольно утомительное занятие, от обилия информации, казалось, вот-вот лопнет голова. Но верховный главнокомандующий вооруженными силами России, несмотря на мелкие неприятности, находился в приподнятом настроении. Война, шедшая без малого три с лишним года подходит к концу, странам-агрессорам стало теперь не до наведения демократии на территории бывшей Российской Федерации. Части Коалиции в спешном порядке сворачиваются и эвакуируются к себе домой, где эпидемия некроцитоза грозит вылиться в катастрофу, как в США. Войска НОАР практически без сопротивления продвигаются на запад. Важнейшим событием в этой войне должно стать освобождение Москвы от врага, верховный решил сразу как только это произойдет проехать в главе парада на Красной площади. А пока окруженная столица удерживается остатками не успевших вовремя эвакуироваться войск НАТО и наемников из Global Armor Group, они не собираются сдаваться, поскольку понимают: русские пленных не берут. Не после того, что устраивали агрессоры на оккупированных территориях. Тут и применение химического и бактериологического оружия против мирного населения, организация лагерей смерти, откуда поток человеческих органов уходил в европейские и американские клиники, ужасающие зверства батальонов украинских, эстонских националистов и территориальной полиции. И это только вершина айсберга, собранных свидетельств хватит на сотню Нюрнбергских процессов.
«Они заплатят. Заплатят за все.» — повторял себе президент Петровский каждый день. Российская армия не остановится, пока не выйдет к границам бывшего СССР, а там… Там видно будет, еще неизвестно, чем закончится пандемия новой не похожей ни на что болезни. С этими мыслями глава государства улегся спать на диване. Территория старой воинской части далеко не пятизвездочный отель, но в нынешней ситуации грех жаловаться.
— Проснитесь, Филипп Олегович, нужно поговорить… — Из состояния полудремы президента вывел шепчущий голос.
— Да что там такое стряслось? Уже отдохнуть пару часов не дадут. — Верховный посмотрел на незваного гостя и немного оторопел от увиденного. За столом рабочего кабинета сидела темнокожая девушка лет двадцати пяти, от ее угольно черных глаз, цепкого холодного взгляда брала дрожь.
— Потом отдохнете.
— Охрана!
Через секунду в кабинет ворвались вооружённые сотрудники президентской охраны, один из них направил ствол «Бизона» на визитершу и тут же, потеряв сознание, повалился на пол.
— Я не убивать пришла вас.
— Допустим. — Петровский жестом приказал телохранителям пока не открывать огонь. — У тебя минута на объяснение.
— Вижу, вы не сильно то удивились моему появлению.
— После оживших мертвецов я должен чему-то удивляться?
— Хм, и то верно.
— Давай ближе к делу, кто ты, как и зачем объявилась тут?
— Выяснение того, кем я являюсь давайте оставим на потом, — невидимая сила вырвала пистолеты-пулеметы из рук охранников, оставив тех безоружными. — Думаю пока достаточно демонстрации моих возможностей и того, что я целиком на вашей стороне.
— То есть?
— Вспышка некроцитоза, как вы назвали данную болезнь, моих рук дело. Я устроила ее, дабы отвлечь Запад от войны с Россией, иначе вас раздавили бы.
— Где ты научилась всему этому? Даже наши лучшие специалисты не способны так играючи применять психокинез.
— Мне намного больше лет, чем кажется.
— Сколько?
— Пятизначное число.
— Вы же вроде все давным-давно исчезли.
Перед глазами Петровского неожиданно будто что-то вспыхнуло. И вот он обнаружил стоящим себя и одаренную девушку на крыше высотного здания, откуда был виден происходящий внизу хаос, сопровождаемый пожарами, стрельбой, воем сирен, толпами бегущих людей. В воздухе барражировали гражданские и военные вертолеты.
— Что ты сделала!?
— Всего лишь телепортация.
— Невозможно!
— Тем не менее мы за доли секунды перенеслись на другой конец мира. Узнаете город?
— Вроде Лондон.
— Стоит мне подумать и весь этот кошмар закончится прекратится. Некоморфы обратятся в лужи безвредной слизи, будто их никогда не существовало.
Петровский некоторое время задумчиво наблюдал за мельтешащими на улицах города фигурками людей.
— Если хочешь сотрудничать, давай говорить сразу на чистоту.
— Справедливое условие.
— Кто ты и зачем нам помогаешь?
— В давние времена люди поклонялись мне как богине смерти, это являлась основной моей ипостасью, но было множество других. Не важно. Славяне знали меня как Марену. И я помогаю не только вам, а всему человечеству.
Петровский усмехнулся:
— Оно и видно.
— Западная цивилизация это полный тупик, деградация, она изначально обречена. Я решила, без нее будет лучше, мир должен принадлежать вам и народам Востока, не утратившим до конца свои нравственные и моральные ценности.
— Рад, что наши мнения схожи.
— Вы должны знать еще кое о чем, собственно, именно с этим связан мой визит к вам. Нужна
