увеличивая скорость, то замедляясь, когда Таня замирала и прижималась к его груди дрожащим от удовольствия телом, они впивались губами друг в друга, изучали языками, вцеплялись руками в спину и бедра. Казалось, что эта битва длится вечно, пока второй оргазм не накрыл тело Тани и он сам уже не мог сдержаться под сокращающимися движениями ее мышц, сжимающими его член.
Они вцепились друг в друга и обмякли.
Еще какое-то время они продолжали сидеть на лестнице в обнимку, слушая безумные стуки своих сердец.
Сергей отнес Таню в душ наверху.
— У тебя, что есть еще на что-то силы? — хохотала она: — Я без сил, ты зверюга!
.
Они сидели на кухне, поедая бутерброды, так как в доме, практически, еще не было продуктов. Таня видела, как безмятежное лицо Сергея начало мрачнеть, она видела, что его что-то беспокоит. Сама не понимая, Таня начала сжиматься плечами.
— Ты же не собираешься идти работать? — он сидел напротив и смотрел на нее в упор.
«Да сколько можно?!», — пробежала у нее в голове, эта стала слишком частая тема разговора. Чем чаще Сергей ее поднимал, тем больше Тане хотелось сопротивляться.
— Не знаю, мне тяжело быть просто дома, — она опустила взгляд на стол: — Я не привыкла, а ремонт закончен. Чем мне заниматься? Просто ходить в спорт зал?
— Зачем тебе это? Ты стала спокойнее, не такая загнанная. Я хочу, чтобы ты была дома. Встречала меня тут. Да и чем ты будешь заниматься?
— А мне кажется, я просто тупею, все забываю. И вообще, как ты узнал, что я тогда была рядом с работой? Ты увидел меня?
— Это не важно! Не уходи от ответа! — он взял ее подбородок и поднял к себе. В его глазах проскальзывали искорки огня. Не доброго.
— У меня ощущение, что ты хочешь закрыть меня дома, чтобы я никуда не ходила, ни с кем не общалась. Вот, что я думаю.
— Ну а как ты хочешь? У нас скоро будут дети, будешь заниматься ими, — Таня замолчала и просто пялилась на него. Тема детей всплыла впервые: — Вот, будешь заниматься детьми. Мне кажется, отличный план! Ты же хочешь детей?
— Мы…..Мы об этом еще не говорили с тобой, — Таня не ожидала такого поворота.
— Ну вот и говорим сейчас. Я хочу, чтобы ты перестала принимать таблетки. Где они у тебя? Принеси сюда! Таня, я жду! — Сергей явно был очень доволен своей идеей, а Таня почувствовала, как будто на нее сейчас падает бетонная плита, которая задавит ее, такое давление она сейчас чувствовала.
— Сереж, так не делается. Надо все обсудить, — она сейчас взяла себя в руки, чтобы перестать отмалчиваться на его вопросы и претензии.
— Что обсуждать, Таня? — она кожей чувствовала, как становится громче его голос. Он встал, обошел стол и встал над ней, развернув стул: — Что такое? Я вижу какое-то недовольство сейчас в твоих глазах.
Таня вся сжалась от того, как он горой навис над ней.
— Может ты планируешь рожать детей от кого-то другого? О чем вы там шептались с Женьком пока танцевали? Я видел, как он смотрит на тебя. Таня, он такой же кобель, как все мужики! Он хочет тебя! А ты — моя! Поняла? — он взял ее за затылок и поднял голову к своему лицу.
— Отпусти! Что за бред постоянно вспоминать Женю.
— А что за бред тереться с ним постоянно рядом? Что он тебе наобещал? Ты думаешь я не узнаю? Я все про тебе узнаю! Все!
— Сереж, да я ничего и не скрываю.
— Почему ты не хочешь родить детей для меня? Я для этого недостаточно хорош? — его тело как будто начало трясти.
— Да вот из-за этого! — она убрала его руку и вскочила со стула: — Вот из-за этого! Потому, что ты постоянно давишь на меня! Я не ребенок, чтобы на меня постоянно давить. И ты уходишь от моих вопросов, но постоянно задаешь свои, заставляешь меня делать только то, что ты хочешь! Как ты узнал, что я рядом с офисом? Почему ты не можешь сказать? Ты что, следишь за мной?
Было видно, как вздуваются вены на его шее, как сжимается челюсть, что ему не нравится то, что он сейчас слышит. А Таня просто устала молчать и постоянно быть во всем виноватой.
Сергей сделал шаг к Тане, а она инстинктивно отодвинулась от него, но он был быстрее и схватив ее за больную руку, резко прижал к столу. Таня закричала от боли, слезы неконтролируемо брызнули из глаз.
— Ты что, собралась бегать от меня? — у него была железная хватка.
— Отпусти, мне больно!
Он убрал свою руку, но не отошел от нее, прижимая ее всем своим телом.
— Я тебе говорила, чтобы ты не смел меня так хватать! Я не буду этого терпеть. Черт побери, как я устала! Если ты думаешь, что можешь распускать руки, то это не так. Я уйду от тебя! — Таня пыталась оттолкнуть Сергея и вырваться их его оков.
— Куда ты пойдешь? — его голос звучал уничтожающе: — Таня, кому ты нужна, ты вот над этим подумала? Матери, которая никогда тебя не любила? Ты туда собралась? Они и не вспоминают о тебе! Кода они тебе последний раз звонили? Подругам, которые только и ждут, что у тебя ничего не получится в отношениях и ты рухнешь опять? Или может к своему любовнику, который подставил тебя и отправил в суд за свои грешки? Может на свою любимую работу, с которой тебя с радостью отпустили? Видимо, настолько ты им была там нужна! Куда?
Тане стало страшно от его слов, как будто тьма облаком накрыла ее. Страшно, что все это говорит он, больно от того, что там есть правда. Правда, которой она боялась и никогда не произносила вслух. Ей хотелось замереть и исчезнуть, исчезнуть навсегда, чтобы ее никто никогда больше не видел и не смог причинить ей ту боль, что свалилась на нее сейчас разом.
Таня не могла смотреть на него, плакать от этих слов она тоже не хотела. Она задыхалась, ей казалось, тут было мало воздуху. Ей хотелось бежать!
Тишину в комнате разорвал звонок телефона, Сергей не хотел, но взглянув на экран, решил ответить.
— Мы не договорили, — он отошел в сторону и ответил на звонок.
На первом этаже дома пока почему-то плохо работала мобильная связь, Сергей ходил кругами по комнате, пытаясь расслышать собеседника. Таня стояла, не двигаясь в той же позе у стола,
