открыл второй глаз. Видимо, месье Бельфуа таки удалось его заинтересовать.
— Мне приходилось как-то видеть несколько работ, — ответила Натали. — Очень необычно. Похоже на рисунок, только живее.
Сказать по правде, она считала это почти чудом.
— Живее? — Эмиль театрально прижал руку к сердцу. — Это скромно сказано. Фотографию я считаю революцией. Это искусство, созданное при помощи света и химии. Вековечная живопись, но без кисти! Образ, запечатлённый мгновением!
Натали улыбнулась. Она разделяла восторг собеседника, но так пока и не понимала цели его визита.
— Вы хотели бы… устроиться в Вальмонт фотографом?
— Именно! — подтвердил он. — Я путешествую по королевству, создаю альманах о жизни и людях. И услышал, что в Вальмонт вернулись хозяева. История! Возрождение! Я был бы счастлив запечатлеть это. А заодно предложить свои услуги господам. Съёмки, портреты, семейные альбомы.
— Месье Бельфуа, понимаете, — Натали старалась говорить мягко, — всё это очень заманчиво. Но, боюсь, сейчас нам нужны… более практичные помощники. Садовники. Плотники. Кухарки. Горничные.
— Ах, но фотографы нужны всем, — махнул он рукой. — Особенно влюблённым. Медовый месяц в Вальмонте — это надо запечатлеть! Представьте: вы с супругом, на фоне аллеи, рука в руке, глаза в глаза… потомки скажут: “Какая любовь!”.
Натали скептично приподняла бровь и чуть не ответила, что воспоминания о “медовом месяце” ей ни к чему. Но, вовремя спохватившись, промолчала. Мало ли кто он на самом деле. А вдруг шпион мадам Боше?
— Сомневаетесь насчёт целого альбома? Давайте начнём с одного снимка. Сейчас стало модным дарить фотографии, — продолжал он. — В столице у меня отбоя не было от подобных заказов. Если мадам захочет сделать супругу подарок… Что может быть лучше? Ваша утончённая внешность… Поза, выражение… Свет! Всё можно обыграть.
Подарок… Это то, над чем в последнее время ломала голову Натали. Её идея насчёт наволочки, положа руку на сердце, не выдерживала никакой критики по сравнению с тем, что собрался подарить Поль. А вот фотография — это было бы очень необычно. Сочетание высокого искусства и последних достижений науки, граничащих с магией. Поль бы оценил. Необязательно ведь позировать самой, можно, скажем, сделать композицию с большим количеством цветущих растений. Это вдохновляло бы его на парфюмерное творчество.
— А сколько стоит ваша работа? — поинтересовалась Натали.
— Если вы позволите… я сделаю это бесплатно, — предложил Эмиль. — Мне будет достаточно чести упомянуть, что хозяйка Вальмонта воспользовалась моими услугами.
— Что ж, я согласна.
Фотограф просиял.
— Полагаю, пока работа не будет закончена, стоит держать всё в тайне? — уточнил он. — Чтобы подарок стал сюрпризом.
Тут Эмиль прав. Если Поль будет знать заранее о чём речь, подарок не произведёт на него впечатления.
— Будем держать в тайне, — кивнула Натали.
Оставалось договориться, когда месье Бельфуа должен появиться здесь со своими приспособлениями для фотосъёмки, но неожиданно она услышала шаги. Ещё один соискатель?
ГЛАВА 37. Баланс диафрагмы, трубы и немного театра
На пороге беседки появился, увы, не ещё один соискатель, а… Поль.
— Милая супруга, я везде тебя ищу. Не помешал?
Натали вздрогнула и немного занервничала. Будто её застали врасплох на месте преступления. Будто она тут строит против “супруга” тайные коварные планы. И хоть тайные планы, в общем-то, действительно замышлялись, только коварства в них не было ни капли. И важно было не выдать себя, чтобы не испортить сюрприз.
Поль стоял в проёме беседки с вполне невозмутимым видом. Зато Морти подлил масла в огонь. До этого он мирно клевал свой коготь, а теперь резко поднял голову и выразительно посмотрел на Натали, будто хотел сказать: "Сейчас начнётся…”
У Натали в голове запрыгали мысли, как испуганные воробьи. Быстро, панически, бессвязно. Она чувствовала, как щеки предательски наливаются краской.
— Ээээ… — надо было срочно сделать самый невинный вид и сказать что-то невозмутимое, не вызывающее подозрений, что не стало бы подсказкой, с кем именно беседует Натали, — милый супруг, позволь представить — Эмиль Бельфуа… — кивнула она в сторону фотографа, — он здесь… по поводу… ээээ… печных труб, — неожиданно выпалила Натали первое, что пришло в голову.
Печных труб?! Почему именно печных труб? Из всех возможных вариантов — садовник, аптекарь, секретарь — она выбрала печные трубы???
Видимо, подсознательно Натали искала что-то максимально далёкое от фотографии.
Месье Бельфуа округлил глаза. В них можно было заметить тихую панику. Кажется, он тоже недоумевал: почему именно печные трубы? Однако он удивительно быстро сориентировался и вдохновенно подыграл Натали.
— Разумеется, — с достоинством подтвердил Бельфуа. — Печные трубы — моя страсть с юности. Вертикальные, горизонтальные, диагональные… Я буквально вырос на дымоходах. Можно сказать — вдыхал их атмосферу.
Лорд Мортимер, наклонив голову, посмотрел на него так, будто впервые видит.
— Стало быть, вы трубочист? — теперь уже глаза округлились у Поля. Он с лёгким удивлением прошёлся по месье Бельфуа взглядом, начиная от лакированных ботинок, через безукоризненно выглаженные брюки, и наконец, к выразительно яркому жилету и вышитому серебром шейному платку.
Натали буквально слышала, как у ван-Эльста рушатся все его прежние представления о трубочистах.
— Скорее каминных дел мастер, — уточнил фотограф, всё больше входя в роль.
Морти с интересом переводил взгляд с одного мужчины на другого — чувствовалось, что ему весьма интересно дальнейшее развитие событий. Натали же, наоборот, ощущала, что это представление пора сворачивать, пока спектакль окончательно не вышел из-под контроля.
— Я как раз объясняла месье Бельфуа, что в настоящее время нам не требуется мастер по… печным вопросам. И он уже собирался уходить, — попыталась она мягко подвести черту.
Но не тут-то было.
— Почему же не требуется? — возразил Поль. — Я только что говорил с Огюстеном — камин в гостиной нужно привести в порядок и запустить как можно быстрее. По вечерам ещё довольно прохладно, — он перевёл изучающий взгляд на месье Бельфуа. — Здесь старая конструкция. Если я не ошибаюсь, у таких моделей часто проблемы с перекрёстно-ступенчатым поворотным заслоном и обратной тягой?
Натали явственно ощутила, как фотограф задышал носом глубже. Кажется, в последней фразе он не понял ни слова. Но сдаваться не собирался.
— Эээ… в подобных случаях, — медленно начал он, — важнейшим является… баланс диафрагмы и оптимальной… экспозиции. Чтобы… тепло равномерно распределялось в пространстве.
На лице Поля появилось выражение лёгкой задумчивости. Похоже, теперь уже он не понял ни слова, но, видимо, замысловатые фразы окончательно убедили его в мастерстве “трубочиста”. Откуда ему было знать, что это, скорее всего, какие-то словечки из арсенала фотографов.
— Диафрагмы… — протянул он с уважением. — Любопытно. Что ж, чудесно, тогда ждём вас завтра утром к девяти — проверить исправность камина и прочистить дымоход.
— Благодарю за доверие, — с энтузиазмом и лёгким
