они отыскали и уволокли за посёлок три длинных деревянных жерди, мотки старой вязальной проволоки, кое какой слесарный инструмент, несколько обрезков старых заржавленных водопроводных труб и старое ведро. Приехали они к своему шару чуть не к полудню, тяжело пришлось ехать со столь великой поклажей. Длинные жерди, подвязанные одновременно к двум велосипедам, весьма затрудняли переезд, однако в конечном итоге они и с этим справились. Теперь необходимо было строить опору для горловины шара. Она должна будет сверху нависать над трубой топки, чтобы подать в неё нагретый в костре воздух вперемешку с газами сгоревшей в той же топке смеси, состоящей из сухой травы и хвороста. Всё это, по расчётам мальчишек, должно раздуть сам шар и поднять его в воздух. Ведь надувают же дымом маленькие воздушные шарики, именно для того, чтобы они взлетали под потолок комнаты. Для реализации данной идеи рядом с самим шаром разгорелась стройка века. Если кто-то из вас когда-нибудь строил речную запруду из булыжников, прибрежных кустов и травы, тот поймёт, что работа эта тяжёлая, кропотливая, но в конечном итоге обязательно приносит реальный результат. Небывалая в этих краях стройка началась. Троим мальчишкам пришлось самостоятельно строить маленький компактный одноразовый «аэронавтодром». Строительство овальной стены топочной камеры шло полным ходом. Подтаскивая из-под скалы по два, по три плоских камня, ребята складывали их один на другой, перестилая кусками сырой травы, с корневищами и землёй. Будущая труба огромной будущей печки выходила вполне складно и тянула на твёрдую троечку, для не подготовленных каменщиков. Недостатки самой каменной кладки компенсировались правильной, в принципе, идеей и огромным энтузиазмом тружеников, которые превратились в рабов этой идеи. К концу дня они сложили примерно половину от задуманного проекта, но и это было больше, чем то, на что они поначалу рассчитывали. В приподнятом настроении и воодушевлённые уверенностью скорого полёта, бригада вернулась в посёлок.
В этот раз на жесткие вопросы родителей пришлось отвечать им всем. После перетаскивания такого количества камней их руки выглядели так, словно их всех пару дней пытали в самой изощрённой пыточной камере, расположенной в самой жестокой тюрьме мира. Ссадины, царапины, просто синяки разукрасили их ручонки так мастерски, словно искушённый художник-асс, свою тысяча сотую по счёту картину. Сами пострадавшие об этом сговорились заранее, объяснять старшим, что строили запруду в очень удобном месте, где купаться просто прекрасно. Их, само собой, отругали за неосторожность, но поверили. Да и вправду, на этой речке запруды строили достаточно часто, сама речка мелковата, поэтому немного приподнять её уровень было всегда полезно. Логика, и наивные детские глазки помогли им остаться нераскрытыми. Как и предполагалось, на следующий день стройка секретного объекта продолжилась. Вдобавок ко всему, Шурка прихватил с собой горсть гвоздей и увесистый молоток, чтобы сколачивать жерди. В этот день работа пошла хуже. Энтузиазма заметно поубавилось. Явно сказывался предыдущий тяжёлый рабочий день. Парни и ходили помедленнее и камней носили поменьше. Но зато новых царапин на руках не появлялось. Вот уж действительно нет худа без добра. Если одно плохо, то другое приходит в норму. Да и время у них вполне достаточно, никто никуда не гонит. Они, сговорившись, решили больше не спешить, иначе всё может закончится большой усталостью, тогда вся идея рухнет на корню. Вполне взрослая мысль: «Поспешать не торопясь». Так к людям в трудах праведных понемногу приходит мудрость. А если ты просто лежишь на диване и смотришь в потолок, откуда в тебе может поселиться эта самая мудрость, ровным счётом ни откуда. Труд благородное дело. Этой шуткой многие смешили окружающих, но на самом деле смешного в этом нет, сплошная правда жизни. Вся рабочая неделя ушла на строительство печки. Изобретатели способа подъёма неподъёмных воздушных шаров постарались на славу. Как только они перестали торопиться, у них тут же резко повысилось качество выполняемой ими работы. Всё произошло исключительно по науке. Работай с головой, не торопись и у тебя всё получится – гласит старая народная мудрость. «Аэронавтопечь» получилась на славу. Выглядело это сооружение следующим образом: большой вертикальный конус в основании около пяти метров с верхним отверстием, более двух метров на высоте более трёх метров. Сбоку в конус вмонтирована топка в виде лежащей на земле половинки трубы длинной около пяти метров. Если разобраться, то вышла вполне искусная поделка. Когда её разожгут, набив хворостом и сухостоем, в изобилии имеющихся в ущелье вокруг, то надуть полотно шара возможно и получится. В общем, полдела было сделано, осталось закрепить трос шара за якорь, а его горловину вывесить над дымоходом. Решили заняться этими делами после выходных. Члены бригады взрослели на глазах. Сама бригада входила в нормальный рабочий ритм, неделю отработали, два законных выходных получи. Однако и тот самый законный выходной день ребят не покидала идея наконец-то подняться в воздух и полететь. Вот насколько всё это захватило их умы. Даже в часы отдыха они сидели на своём месте у речки и тихо рассуждали над поставленной перед ними сложной задачей.
– Почему ты говоришь, что выше нужно дымоход поднимать. Вот посмотри картинку, видишь, как здесь нарисовано: немного выше человеческого роста. А мы уже почти два роста поднялись.
– Два роста, это таких, как ты, мелочь. Ты сам, да и мы с тобой вместе до человеческого роста ещё пока не дотягиваемся.
Пошутил Толя над Витькиными претензиями, за что тут же получил подзатыльник от Шурки.
– Чего дерёшься? Что, и пошутить нельзя?
– Шутить? Не до шуток сейчас, в понедельник подпорки строить, а у нас даже плана нет.
Витёк прав, нужно ещё поднять трубу. Поднимем её ещё на полметра, чтобы она весь дым и весь прогретый воздух впускала в шар, тогда нам меньше придётся хвороста сжигать. Да и горловину шара горячим газом не подпалим.
– А где ты эту картинку взял, может она и неправильная?
Держа вырванный из какой-то книжки лист с нарисованным воздушным шаром и людьми, сжигающими под ним дрова, спросил Шурка у Витьки.
– Из книги. Ты, что не видишь?
– Да, вижу, что из книги, а что за книга, ей верить-то можно?
– Не знаю, я её не читал, но называется она: «Первый полёт на воздушном шаре братьев Моного–фле», какого-то.
Витёк так и не смог правильно произнести имя автора этого, настолько нужного ребятам, наглядного пособия. На этом ценном листочке было всё подробно разрисовано: печка, похожая на ту, что они построили, дрова в печке горели и, главное, дым, чтобы этот шар наполнить продуктами горения
