порой легкий флирт и кокетливые жесты, искренне наслаждаясь тем, что еще имеет некоторую власть над бывшим любовником. Ясно, конечно, что от воздержания он не страдал и потому так долго и терпеливо отирался возле Марины, не предпринимая решительных шагов. Зато теперь каким-то шестым чувством почуял неладное, и крышу у него явно сорвало!
Впрочем, жалеть его Марина не собиралась. Равно, как и беспокоиться о его душевном состоянии. Что ее действительно волновало, так это угрозы Александра касательно ее карьеры. Пусть добиться того, чтобы она осталась без работы — не в «Шарме», так где-нибудь еще — он бы и не сумел, но вот попортить кровь, и немало, мог запросто!
Марина докурила сигарету и подлила себе еще виски. Она повертела стакан в руках, наблюдая как на его стеклянных стенках переливаются блики от ее хрустальной, дававшей яркий свет люстры.
Вот так она и лишилась единственного друга, который имелся у нее в Питере. Пусть даже другом в полной мере его никогда нельзя было назвать.
========== ЧАСТЬ 13. НОВЫЕ ОТКРЫТИЯ ==========
Комментарий к ЧАСТЬ 13. НОВЫЕ ОТКРЫТИЯ
Я себя переоценила, решив что допишу и выложу разом две последние главы. Так вот предпоследняя. Последняя, очевидно, будет уже после Нового Года.
Хоть Марина и ожидала проблем на работе, их не последовало — ни на следующий день после той отвратительной сцены с Александром, ни через день, ни через неделю, ни позже. Все шло своим чередом, и если трудности и возникали, то совершенно обычные — рабочие и будничные, ничуть не напоминавшие чьи-то злые козни. Хотя несколько раз до Марины доходили абсурдные слухи о ней же самой, но они скорее смешили, чем беспокоили. Впрочем, однажды разговор со Светланой насчет них у нее состоялся.
— Про тебя в последнее время частенько поговаривают всякое, — как бы невзначай произнесла редактор, просматривая распечатки черновика марининой статьи.
— Какое «всякое»? — спросила Марина, постаравшись сделать вид, что не понимает, о чем речь.
— Слухи ходят, что ты, работая в «Комсомолке», не пренебрегала интимными отношениями с героями своих статей, — будничным тоном сообщила Светлана и выжидательно глянула на Марину.
«Не пренебрегала» — это еще мягко сказано! По этим слухам выходило, что она чуть ли не каждого из них пыталась затащить в постель. Это было мерзко, но, сказать по правде, от Александра она ожидала большего, чем этот жалкий повод позлорадствовать для завистников или посплетничать в курилке — для всех остальных. К примеру, обвинив Марину в том, что ряд ее журналистских расследований помог закопать одних влиятельных людей и возвысить других не по чистой случайности, а по преднамеренному сговору и, присовокупив к этому намеки на получение взяток, он смог бы насолить ей куда больше. Но тогда бы и сам пострадал. Ведь оказалось бы, что это под его крылом столько лет исправно трудилась и строила карьеру такая корыстная и предвзятая сотрудница, маскируясь под честную журналистку, и в то, что он об этом действительно не знал, а не делал вид, что не замечал, далеко не все бы поверили.
— Светлана, я правильно понимаю, что ты хочешь поговорить о том, как эти слухи повлияют на мою карьеру в «Шарме»? — предположила Марина, незаметно сцепив пальцы лежащих на коленях рук.
— Отнюдь, Мариночка. Говорить тут не о чем. — Та с невозмутимым видом двумя пальцами откинула с лица прядь своих каштановых волос, выбившуюся из идеальной укладки. — На твою карьеру в «Шарме» эти слухи никак не повлияют. За все месяцы, что ты работаешь здесь, жалоб на твои домогательства я ни от кого не слышала. Очевидно, преступников и психопатов ты предпочитаешь больше, чем актеров и моделей. — Последнюю свою фразу Светлана произнесла так же бесстрастно, как и все остальное, и Марина терялась в догадках, как воспринимать ее. А потом заметила, как уголки губ редактора приподнимаются в ироничной и вполне доброжелательной улыбке.
— Вообще-то, большинство преступников имеют психопатические наклонности или даже выраженную патологию, — с усмешкой уточнила Марина. — Так что не стоит употреблять эти термины в противопоставлении.
— Ох, Мариночка, ну тебе виднее! Ты же в этом специалист! — рассмеялась Светлана — совершенно, впрочем, беззлобно — и выдала этакий двусмысленный взгляд из-под полуопущенных ресниц. А потом, немного посерьезнев, добавила: — А вообще, мой тебе совет: будь поосторожнее с мерзавцами, которые могут испортить тебе жизнь. А еще лучше — совсем не связывайся с ними.
В первую же неделю после возвращения Марины в Питер Артем изменил традициям и позвонил, не дождавшись воскресенья. Больше того, он купил себе мобильник, с его слов какой-то старый и очень простой, в котором смог разобраться, и звонил теперь со своего личного номера.
Они стали общаться по два-три раза в неделю. Марине думалось, могли бы и чаще. Но Артему нужно было, как и раньше, ездить в поселок, где ловила мобильная связь, а ради этого приходилось подстраиваться под орнитологов, выходить на их маршруты (иной раз, довольно дальние) или просить Юру подвезти, хотя тому это не всегда было удобно. Да еще и с маяка требовалось отлучаться, и порой в то время, когда ему следовало быть там. Марина, находясь по будням на работе, не могла много времени уделять разговорам, а если Артем звонил во время каких-то интервью или важных встреч, то и вовсе не могла взять трубку. Так что сложности имелись и с ее стороны. Впрочем, если обстоятельства располагали, они могли теперь разговаривать больше часа — пока у Артема не кончались деньги на телефоне.
По вечерам, незаметно переходившим в ночь, Марина перепечатывала в текстовый документ на компьютере то, что записывала в свой ежедневник на Севере. Что-то правила, что-то меняла, добавляла новые эпизоды, главы, события. Процесс шел, и шел хорошо и быстро. Хотя, конечно, о том, как чувствуешь себя, когда высыпаешься, она благополучно начала забывать.
— Отложи все и ляг спать пораньше, — настаивал Артем. — У тебя все и так хорошо выходит. Если разок отдохнешь, хуже не будет.
— Посмотрим, — уклончиво отвечала Марина, — как пойдет. Может, и лягу.
Само собой, она не делала того, что обещала, и засиживалась допоздна, как и обычно.
Поначалу она пыталась зачитывать Артему по телефону некоторые отрывки, но на это уходило слишком много бесценного времени, которое хотелось потратить на простое общение, пусть даже о пустяках: о погоде, перегоревшей лампочке, скидке в магазине, луже, в которой вымокла обувь, пустом
