говорили с ним, но это были только звуки. Он тряхнул головой, и их слова снова начали обретать смысл. Он позволил им помочь ему подняться на ноги и передать ему меч, который он выронил. Нетвёрдой рукой он убрал меч в ножны, а затем крепко обнял своих друзей. Долгое время они стояли, прижавшись друг к другу, как будто не хотели отпускать. Ради дружбы, ради понимания, ради того, чтобы изгнать холод Темнолесья из своих тел человеческим теплом. Через некоторое время, очень долгое время, трое молодых людей отпустили друг друга. Они оглянулись на тёмную пограничную стену, всё ещё отделяющую нормальный мир от мира тьмы, а затем посмотрели друг на друга.
- Проклятье, - сказал Питер. Это было плохо. Я имею в виду, это было действительно плохо. Ничего похожего на то, что я ожидал.
- Это было ужасно, - просто сказал Кларенс. - Не просто ночь, не просто темнота. Скорее, полное отсутствие… всего.
- Мне очень жаль, сказал Ричард, и он никогда не говорил так серьёзно. - Я не должен был так поступать с вами.
- Ты не знал, - сказал Питер. - Никто не мог знать.
- Нет! - резко сказал Ричард. - Мы все знали эти истории и песни. Мы просто не верили им. В одной из них Принц Руперт сказал о Темнолесье: “Там достаточно темно, чтобы сломить любого”.
- Трудно поверить, что Принц Руперт и Принцесса Джулия в своё время прошли через массив Темнолесья, и не один раз, - удивлённо произнёс Питер. - Проклятье, они вели туда армии и сражались с армиями демонов! Как же они выдержали это?
- Значит, это были великие люди, - сказал Кларенс.
Питер достал фляжку с cider brandy, откупорил пробку и сделал длинный глоток. Он глубоко вздохнул, чувствуя, как тепло крепкого алкоголя медленно разлилось по его телу, а затем пустил фляжку по кругу. Кларенс и Ричард тоже долго пили и издавали соответствующие звуки. Но это не помогло. Их всех коснулась тьма, они были отмечены Темнолесьем. И это они ещё не были готовы ни понять, ни признать. Они отвернулись от границы Темнолесья и пошли к своим коням, которые неуверенно ржали по мере их приближения, как будто животные могли чувствовать, что в их всадниках что-то изменилось. Трое молодых людей вскочили в сёдла и отправились к месту назначения - маленькому шахтёрскому поселку Куперс-Милл. Они больше ничего не говорили друг другу. Каждый из них был занят своими мыслями. Теперь они поумерили свой пыл.
*
К тому времени, когда они прибыли в Куперс-Милл, наступила ночь. Никому из них теперь не нравилась темнота, хотя никто из них не был готов признать это. Они просто зажгли свои надёжные дорожные фонари и крепко привязали их к сёдлам. Полумесяц проливал серебристый свет на лес, но это мало помогало. Трое молодых людей направили своих коней вплотную друг к другу и поехали бок о бок. К их чести, никому из них не пришло в голову просто развернуться и вернуться назад. Вернуться домой, к теплу и свету. Они поклялись сделать то, что должны были сделать, и они это сделали. Они не останавливались по пути. Никому из них не хотелось отдыхать, а тем более спать ночью в лесу.
Куперс-Милл оказалась небольшим скоплением одноэтажных домов из грубого камня с крышами из шиферной черепицы, в которых проживало около сотни человек. Принц Ричард повёл их мимо огромной мельницы на окраине, давшей название деревне; она всё ещё работала, всё ещё молола муку даже в этот поздний час, потому что она будет работать, пока поток может вращать огромное колесо.
Маленькие домики стояли ровными рядами по обе стороны единственной главной улицы. Ни в одном окне, ни в одном дверном проёме не горел свет, потому что всё население деревни вышло встречать их. Они стояли молча, единым фронтом, в дальнем конце деревни, в небольшом пятне света, который давали бумажные фонарик и горящие факелы. Тени вокруг них всё ещё казались предельно тёмными.
Принц Ричард ехал впереди по пустой главной улице, копыта его коня громко цокали по булыжной мостовой. Питер и Кларенс держались позади, стараясь сидеть в седле уверенно и прямо, как и положено героям. Они проделали долгий путь, чтобы добраться до Куперс-Милл, и считали, что это должно были оценить по достоинству.
Ричарду, конечно, это и в голову не приходило. Наконец он остановил своего коня перед толпой и сидел глядя на них, а они на него. Питер и Кларенс осторожно придвинулись по обе стороны от Принца.
Они оба держали руки наготове. Никто из них не доверял толпе. Наконец, вперёд вышел Мэр деревни, которого можно было узнать по соответствующей статусной цепи на шее. Альберт Мейсон - человек, который первым написал Принцу Ричарду письмо с просьбой о помощи.
Он посмотрел на Ричарда и его друзей, а затем посмотрел мимо них, как будто не мог поверить, что они здесь одни. Когда он окончательно убедился, что не будет отряда вооружённых и закованных в броню стражников, армии, пришедшей спасти его деревню от грозящей ей опасности, он снова посмотрел на Ричарда, Питера и Кларенса.
Он, конечно, узнал Принца по официальным портретам, которые постоянно появлялись в прессе, и поклонился по протоколу, хотя и несколько отрывисто. Он был очень напряжён, и это было очевидно.
- Приветствую вас, Мэр Мейсон, - сказал Ричард, повысив голос так, чтобы его слышала вся толпа. - Я Принц Ричард, а это мои друзья. Мы здесь, чтобы помочь.
Мэр кивнул. Он был коренастым и мускулистым от многолетней тяжелой работы и был одет в то, что, вероятно, считал своим лучшим, - официальную одежду, которую надевают на свадьбы или похороны.
- Принц Ричард, - сказал он. - Это, конечно, большая честь, Ваше Высочество, но… где остальные ваши люди?
- Здесь только мы, - сказал Ричард. - Мы здесь, чтобы понять, в чём проблема, и что нужно сделать, чтобы её решить. Если вам нужно больше людей, вы их получите. Если вам нужны государственные средства и ресурсы, чтобы возместить нанесённый местным ущерб, я позабочусь о том, чтобы вы их тоже получили.
И вот так просто он покорил Мэра и жителей посёлка. Ричард всегда знал, что нужно сказать людям. На публике он всегда был непринуждённым, обаятельным и благородным, даже не задумываясь об этом.
Это была одна из тех вещей, которые делали молодого Принца таким популярным, где бы
