света. Лицо Кларенса было напряжённым и мрачным и почти сразу же покрылось капельками холодного пота. Взгляд Питера метался от одной движущейся тени к другой, не останавливаясь ни на секунду, а рука сжимала рукоять меча так крепко, что болели пальцы.
Ричард смотрел прямо перед собой, и руки, державшие его факел и меч, были тверды. Поскольку он был Принцем, их лидером и другом, и поскольку он втянул их в это, он был обязан быть достаточно уверенным в них и в себе.
Единственными звуками в коридоре, ведущем вниз, были шарканье сапог по голому полу и их собственное напряжённое дыхание. Поэтому Ричард мог определить, когда дыхание Кларенса стало более быстрым и прерывистым. Ричард оглянулся на Кларенса и ободряюще улыбнулся ему. Кларенс немедленно выпрямился и взял себя в руки, потому что он скорее умер бы, чем подвёл своих друзей или показался им менее мужественным. Ричард посмотрел на Питера, который невозмутимо посмотрел на него в ответ. Ричард неожиданно усмехнулся.
- Здесь темно, холодно и жутковато — и всё это и на десятую долю не так плохо, как в Темнолесье. Не думаю, что осталось хоть что-то, способное напугать нас как следует. Не после той дыры…
- Говори за себя, - сказал Питер, невольно улыбнувшись. - Бояться в опасных ситуациях - это то, что нужно. Это помогает быть начеку, даёт преимущество.
- Тогда я острее и резче, чем ты когда-либо будешь, - сказал Кларенс. - Как далеко мы спустились? Кажется, что мы спускаемся уже целую вечность.
- Мы только начали, - сказал Питер. - Некоторые из этих старых шахт уходят вниз на многие мили.
- Я так и знал, что ты это скажешь, - буркнул Кларенс.
По мере продвижения вперёд проходы становились всё более приземистыми и узкими, каменные потолки то и дело опускались, пока всем не пришлось идти согнувшись, чтобы не удариться головой. В воздухе стоял неприятный запах, а по стенам внезапными струями стекала блеклая вода. Там было ещё больше туннелей, расходящихся в стороны, отнорков, которые были не более чем большими дырами, обнажающими новые ходы. Но как бы ни разветвлялся и ни отклонялся главный коридор, всегда находились меловые стрелки, - указатели направления. Дальше, и вниз. Всегда вниз.
Ричард следил за тем, чтобы всегда быть на несколько шагов впереди остальных и вести их за собой. Что бы ни было здесь внизу, он был полон решимости найти и встретить это первым. Ведь всё это было его идеей, поэтому он должен был первым вынести всё, что его ожидает. Его мысли по этому поводу были не совсем ясны, но он всё равно ухватился за них. Наклон пола становился всё более крутым по мере того, как они всё глубже и глубже уходили под землю, в темноту. Ещё больше меловых стрелок на стенах, указывающих вперёд и вниз. Они продолжали идти, спускаясь по туннелям и галереям, мимо осыпающейся скальной породы, под низкими сводами, а внезапные осыпания заставляли их вздрагивать. Ричард обнаружил, что ему трудно определить, насколько глубоко они забрались, и даже как долго они шли. Некоторые меловые стрелки выглядели очень свежими. Даже… незавершёнными.
- Думаю, мы почти пришли, - сказал Питер, и его спутники обернулись. Уже давно никто из них не разговаривал. Темнота, тишина и вызывающая клаустрофобию обстановка не располагали к разговорам. Ричард резко остановился, и остальные остановились вместе с ним. Факел всё ещё горел, и свет его был ровным, но Ричард совсем не был уверен, как долго он продержится.
Было бы очень плохо оказаться застигнутыми в темноте без света. Оглядевшись вокруг, он заметил несколько маленьких масляных ламп, установленных в нишах каменных стен. Он указал на них Питеру и Кларенсу, и они быстро взяли несколько ламп и запалили их от факела. Установленные обратно в ниши, лампы пролили новый свет… который лишь показал, насколько узким был туннель, в котором они оказались.
- Как шахтёры выдерживают, работая в таких условиях каждый день? - сказал Кларенс.
- Потому что они более выносливые люди, чем мы, - сказал Питер.
- Пусть они побудут Принцем один день и посмотрим, как им это понравится, - сказал Ричард.
- О, я думаю, они справятся, - сказал Питер.
- Я думаю… это то самое место, - сказал Кларенс. - Больше никаких меловых стрелок, в лампах ещё свежее масло… и посмотрите на пол. Следы борьбы, схватки. Немного засохшей крови, но тел нет.
- Почему ты не следопыт, - пробормотал Питер. - Здесь произошло что-то плохое, Ричард, и не так давно.
Они старались вести себя тихо и не двигались, наблюдая и слушая. Туннель резко обрывался перед ними, уходил вниз к новому угольному забою. Больше не было ни боковых туннелей, ни ответвлений. Конец пути. И тут… впереди, в провале, послышались звуки. В темноте за пределами света.
Ричард нашёл настенный держатель и вставил в него свой факел, чтобы обе руки были свободны. Подготовился. Трое мужчин стояли вместе, держа мечи наготове. Звуки становились всё ближе. Стуки доносятся из-за стен туннеля или из глубины туннеля. Как и говорил Мэр. Как будто что-то… многочисленное, пыталось прорваться с другой стороны. Что нашли шахтёры здесь, в темноте и глубине? Что они потревожили? Теперь звуков стало больше, шуршание и топот, лёгкие шаги по твёрдому полу, приближающиеся по туннелю им навстречу.
Ричард, Питер и Кларенс напрягли свои глаза, всматриваясь во мрак за пределами света. Сначала им показалось, что они видят танцующие лампы или фонари, покачивающиеся в темноте. И только когда они подошли достаточно близко, чтобы войти в лучи света, Ричард смог разобрать, что это такое. То, чем они должны были быть. То, о чём он слышал только в старых песнях и сказках. Кларенс был единственным, кто запомнил их название, конечно же. И прошептал его вслух.
- Кобольды…
Прошло много, очень много времени с тех пор, как кто-либо копал достаточно глубоко, чтобы потревожить этих созданий тёмных глубин. Мерцающие мелово-белые фосфоресцирующие существа; человекоподобные - но совсем не люди.
Перемещаясь, снуя, как огромные насекомые, они прыгали и скакали, с ужасающей скоростью перебегая туда-сюда, расталкивая друг друга. Со сгорбленными спинами и чрезмерно длинными конечностями, с костяными лицами, на которых были острые выступающие отростки, и челюстями, полными массивных зубов, но совсем без глаз. Потому что они в них не нуждались. Десятки, сотни тварей поднимались из кромешной тьмы, и некоторые из них копошились на полу, некоторые бегали по стенам, а
