Он вновь бросил взгляд на темное судно Тэтча, взгляд, полный ненависти.
«Так все, должно быть, и было, — подумал он. — Тэтч хотел накрепко привязать меня к себе, он наблюдал за мной, чтобы найти самый легкий, самый верный способ вырвать меня из привычного окружения. Если бы я не был женат на этой стерве, он нашел бы другой рычаг... Интересно, какой именно?.. Он мог бы подстроить запрещенную законом дуэль, от которой по законам чести было бы невозможно уклониться. А может, сыграл бы на моей честности? Загнал бы в такую ситуацию, когда пришлось бы разориться, заплатив долги собственной жены...
Ну конечно, я облегчил ему задачу. Единственное, что от него требовалось, так это оплатить услуги девиц из «Рамоны», которые вернули мне то, что отняла у меня моя жена. А потом в конце концов опоить меня и подослать девицу, которая была абсолютной копией моей жены: и внешностью, и ненавистными манерами...
И когда потом мой организм избавился от наркотика, когда я с ужасом смотрел на эту мертвую девицу, которая больше ни на кого не была похожа... И вот тогда этот ужасный великан вдруг появляется в комнате с улыбкой на лице, холодном, как гранитная скала, и предлагает мне выбор.
Так называемый выбор...»
10
Справа от Бет Харвуд тянулось обширное болото, которое, по словам пиратов, уходило далеко в глубь страны — место, где вода и земля сливались друг с другом, становились практически неразличимыми; где в озерцах плавали змеи, а вдоль берегов по скользкой илистой траве ползали рыбы; где сами контуры этого дьявольского лабиринта постоянно менялись, делая карты не более надежным ориентиром, чем облака в небе. Неподвижный воздух здесь напоминал стоячую воду болот, да и вся атмосфера, наполненная миазмами, была такой густой и тягучей, что даже крупные насекомые, в других местах вовсе не способные оторваться от земли, здесь летали и кружили над головами. Бет бросила взгляд в сторону болот, и там, далеко, в глубине проток, неожиданно всплыл мерцающий огонек из тех, которые пираты называли блуждающими духами. Фосфоресцирующий шар поднялся над прядями ночного тумана, неуверенно поколебался меж кипарисов и свисающего космами испанского мха, а потом так же медленно, как и появился, погрузился в разлив ночного тумана. Яркое сияние его стало призрачным, а потом и совсем погасло.
Она посмотрела на море, чья поверхность теперь, в ночи, отливала сталью. Полчаса назад солнце зашло, оставив после себя такое багровое полыхающее зарево, что высокие облачка далеко в небе до сих пор отливали розовым. И благодаря тому, что она находилась выше по склону и глаза ее не были ослеплены отблеском костра, Бет Харвуд разглядела появившийся на горизонте парус мгновением раньше, чем пираты.
Вначале с одного из кораблей по воде донесся слабый неразборчивый крик, а потом один из пиратов у костра вскочил и заорал:
— Парус!
Весь берег наполнился бегущими фигурами — пираты спешно грузились в шлюпки, инстинктивно предпочитая находиться на воде, если вдруг нагрянет опасность. Бет застыла в нерешительности. Если парус — такой крохотный и одинокий — принадлежал кораблю королевского флота, то она уж точно не хотела быть на борту любого судна, которое попытается скрыться. Однако, если она спрячется, останется на берегу, станет ли капитан королевского корабля высаживать на берег матросов, чтобы поймать скрывающихся пиратов?
И в этот момент рядом раздался чей-то смешок. Бет от неожиданности подпрыгнула, с трудом удержавшись от крика.
Из-за купы скрюченных кленовых деревьев появился Лео Френд.
— Ночной променад, моя д-д... Элизабет?
Бет обратила внимание на то, что глаза его выкачены, а улыбка на лице появляется и исчезает, как тень под порывами ветра.
— Э-э... да, — выдавила она, лихорадочно соображая, как бы получше избавиться от него. — Что там за парус, как вы думаете?
— Не имеет значения, — сказал Френд голосом более визгливым, чем обычно. — Королевский флот, пираты-конкуренты — теперь уже поздно, нас не остановишь. — Улыбка появилась на его толстых губах и снова исчезла. — И з-завтра м-мы... з-завтра отплываем отс-с... проклятие!.. отсюда. — Он вытянул из рукава кружевной платочек и промокнул влажный лоб. — А пока я прогуляюсь вместе с вами.
— Я хочу спуститься к кострам и посмотреть, что происходит. — Бет прекрасно знала, что с того момента, как Лео подстрелил Дэвиса, он, несмотря на все свои многочисленные амулеты, с большой неохотой появляется в компании пиратов, справедливо опасаясь за свою жизнь.
— Твой приятель корсар м-мертв, Элизабет, — отрезал Френд, стряхивая с себя напускное благодушие, — и по меньшей мере недостаток воображения подыскивать ему замену среди такого же сброда.
Бет ничего не ответила и легкими шагами сбежала с откоса. К своему ужасу, она услышала тяжелые шаги Лео Френда за своей спиной. Она заторопилась, лихорадочно соображая, как же избавиться от Лео Френда и отыскать Боннета.
Пират на «Кармайкле» прокричал что-то, чего Бет не расслышала, но его сообщение эхом пролетело по всему берегу.
— Это же, тысяча чертей, «Дженни»! — послышался удивленный возглас где-то совсем неподалеку. — «Дженни» улизнула от корвета!
И без всякого перехода паника переросла в ликование. Забили в колокола на «Кармайкле» и на «Возмездии» капитана Боннета — хотя корабль Тэтча остался безмолвен, — палили из мушкетов в потемневшее небо, и музыканты поспешно похватали свои инструменты и начали весело играть.
Довольная теперь, что это не корабль королевского флота, Бет Харвуд почти бегом устремилась вниз, а Френд, видя, что судно не из тех, на котором она могла бы бежать, с оскорбленным видом замедлил шаг.
Обладая значительно меньшей осадкой, чем остальные три корабля, «Дженни» подошла совсем близко к берегу, прежде чем встать на якорь, и лязг якорной цепи потерялся в общем гвалте радости на берегу. Несколько человек на борту не стали дожидаться, пока спустят шлюпки, а, разбежавшись, попрыгали в воду, рассчитывая, что там окажется достаточно мелко. Мало кто из пиратов умел плавать, но кто умел, воспользовался случаем показать себя. Они отфыркивались, как дельфины, били по воде руками, кувыркались в воде.
Однако один из них, не тратя времени попусту, кролем добрался до берега и первым выбрался на сушу, уловив момент между двумя накатами волн.
— Ну, слава святым, кок наш уцелел! — заорал кто-то на берегу.
— Состряпай нам обед, Шэнди, пока капитаны не двинулись в болота, — подхватил другой пират.
К этому времени и остальные моряки начали выбираться на берег, и Джек сумел уклониться от особенно горячей встречи. Он огляделся, защищая глаза от света костров, и его бородатое лицо озарила улыбка, когда он увидел появившуюся из темноты гибкую фигурку Бет Харвуд.
