Без всякой свиты Тьо объехал город и быстро поскакал на закат. Разыскать княжеский выезд ему не составило труда, благо в этих местах старик уже много раз бывал по разным делам. По ратайски он назвал себя дозорным отрокам, и скоро предстал пред очи князя.
Мудрый встретил Тьо верхом. Поздоровавшись, правитель отослал своих людей по прежним делам. Вдвоем князь и тунганец неспешно поехали по краю широкой котловины.
— Как дела в твоем кочевье, почтенный? Как твое здоровье? — спрашивал князь.
— Небо милостиво! — ответил старик — Годы мои немалы, и сил не прибавляют. Но видишь, я еще могу сидеть в седле, и мои глаза по-прежнему меня не обманывают. В моем кочевье дела идут день ото дня все лучше, как и во всех кочевьях, которыми владеет Великий Каган.
— А как идут начинания великого кагана? — спросил Мудрый.
— Да благословит его провидение! — Тьо поднял к небу взор и воздел руки. — Великий Ыласы берется за дела, достойные своего величия, и все, за что он берется, свершается! Удача сопутствует ему во всем! Все поле от Янки до Беркиша умиротворилось и пришло в порядок по его воле. Все его противники изничтожены, а их дочери достались страже Великого Кагана!
— Это я слышал давно, а есть ли новости? — спросил князь.
— Есть и новости. Пять могущественных каганов, чьи земли на восходном берегу Беркиша простерлись на двадцать ваших дней пути, признали власть Ыласы, поднесли ему богатую дань, и поклялись по первому зову привести к нему три тысячи конных воинов! Воистину, такого владыки как бесстрашный Ыласы не видела Велика Степь!
— Таким успехам твоего господина не стыдно позавидовать! — сказал князь.
— Воистину, удача на стороне Великого Кагана! — согласился Тьо — И на стороне народа, которому послан такой владыка! А самая большая удача, какую небеса посылают правителю — это мудрый советник и смелый преданный помощник!
Мудрый усмехнулся:
— Я тоже не слеп и не глух! Земля полнится вестями о советниках твоего властителя, которые ездят за ним в черных кибитках.
— Значит, тебе, мудрый князь, известно и кто они такие?
— Имен их я не знаю, и знать не хочу. Я знаю лишь, кем они сами себя объявили. И боюсь, то что Ыласы признает их правдивость, не поможет нашей дружбе с каганом.
— Значит ты не веришь, что слуги черного колдуна теперь служат Ыласы? — спросил Тьо.
— У колдуна, почтенный Тьо, было много слуг! — сказал князь — Может быть, кто-то из них, спасшись от народного гнева, бежал к вам в степи. Возможно, некоторые стали служить Ыласы. В это я готов поверить. Но если бы я, или мой брат Лев верили, что пятеро ненавистных всему нашему народу и земле, ожили, и будто они набирают силы в Великой Степи… Поверь, Тьо! Мы оба встали бы в стремя, не медля и дня! Но я здесь, Лев в Стреженске, а ты не хуже меня знаешь, что мертвые из праха не встают!
— Этого мы не можем знать наверняка. — ответил тунганец — Знаем мы лишь то, что на свете много чудес. А самое удивительное чудо — это необыкновенная сила, которой обладал черный колдун! Воистину, только чудо могло помочь Ыласы стать единственным владыкой Великой Степи. Ведь до появления этих великих мудрецов и воинов он владел лишь маленьким кочевьем в низовьях Беркиша, и выставлял в войско Тыр-Сая сотню конных воинов!
— Да, такое возвышение Ыласы и правда чудесно! — согласился Мудрый — Наверняка и великая хитрость советников помогла этому. Ведь самозванцы без сомнения очень хитры. Но верить в оживление злдыней… Говорят, мертвецы встают иногда из пепла, чтобы пить живую кровь, а чтобы мертвые возвращались, собирать с живых подати… — князь усмехнулся.
— Мудрый князь! Ты недаром назван Мудрым, воистину ты таков! И ты прав, когда не веришь пустым сплетням глупых и трусливых людей. И прав, когда не веришь словам врагов Ыласы. Они бегут в твою землю от гнева всемогущего кагана — их глаза велики от страха, и видят то, чего нет. Но послушай, что скажет тебе старый Тьо! Я жил долго и много видел. Я знал твоего отца, и твоего дядю, погубленного Затворником, и других князей. Я служил многим каганам, я сам был каганом, славным в своем народе, и я видел славу и силу моего народа. Старший мой сын был великим воином… Но он погиб у Порога-Полуденного в день заката славы моего народа. Моих кочевий тоже больше нет, и народ мой рассеян. Теперь Великой Степью владеют Ыкан. Я видел, как они пришли из степей за полноводным Беркишом. Я служил Тыр-Саю, и мой средний сын погиб в битве у брода Кульят на Янке. Теперь я служу Ыласы, и мой младший сын водит в бой сотню всадников. Я бывал во многих походах, видел много битв, и много, много чего еще. Могу ли я сказать слово от себя — не то, что вижу и слышу, а то, что думаю?
— Скажи. Твой совет всегда мудрый.
— Сделать то, что сделал Ыласы с помощью посланных ему небом сподвижников, нельзя сделать ни умом, ни силой, ни хитростью! Те, кто путешествуют в черных кибитках — поверь моему слову — им подвластны и ведомы силы, неподвластные и неведомые прочим! Я много видел! Но я никогда не видел того, что случалось в последние два года, с тех пор, когда прославленный Ыласы принял на службу новых советников — мудрый князь, такого не было в Великой Степи ни при мне, ни при моем отце, ни при дедах! Храбрейшие из воинов обращались в бегство, стоило им увидеть слуг Великого Кагана во главе нашего войска. Слабые и трусливые табунщики по их слову превращались в богов войны, и сражаясь один против десяти, сокрушали огромное войско! Мимо самых опытных и зорких разведчиков помощники непобедимого Ыласы проводили отряд в чистом поле, а самая прилежная стража во вражеском лагере в это время засыпала крепким сном! Вернейшие слуги, связанные клятвой и кровью — по одному слову советников Великого Кагана — сами поднимали полог шатра своих господ! А если кто-то из каганов особенно вредил Ыласы, то страшная смерть постигала его прямо на глазах собственного войска, и тогда перепуганные сподвижники ложного властелина спешили пасть в ноги истинному! Такого не бывало в Великой Степи со времен героев древности, с тех времен, о которых говорится в сказках. Но в твоей земле, Мудрый князь… В твоей земле такое было, и совсем не давно! Такие же чудеса совершал тот, чье имя тебе ненавистно!
— Действительно, похоже. — сказал Мудрый. — Что ты еще можешь сказать о них?
— О, князь! Ради этого я и примчался — предупредить тебя о большой опасности, и о способе ее отвратить!
— Я вижу, Тьо, что ты, как и прежде, верный друг мне! Я слушаю.
— Черный колдун, имя которого тебе ненавистно, был убит в Стреженске. Кому, как не тебе, знать это.
— Истинно, что это так. Я сам видел его смерть, и мой брат видел, как отец убил проклятого проклятого чернокнижника. Я видел, как его тело без головы возили по Стреженску, а потом собаки грызли его кости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
