всевозможные алхимические эксперименты, но ни одна из идей не увенчалась успехом. А тварей становилось всё больше. Начали воздвигать первые стены у городов, но даже камень не мог остановить невидимую угрозу. Начались тёмные времена, и патриархи родов решились на отчаянные меры.
Макар запнулся. Ему было сложно говорить. И на этот раз это была не игра, а реальные эмоции. Призрак боялся собственных слов. Ему требовалось пару минут, чтобы собраться, и я не торопил.
Он продолжил дрожащим голосом:
— Они собрали тысячу людей, кто добровольно пошел за ними ради спасения великой империи. И кровь каждого окропила алтарь мучеников. Но вместе с кровью, они отдали алтарю и свои души, в которых таилась особая сила. Но раньше это знание считалось запретным, и никто не активировал эту магию в таких масштабах… Трое патриархов разделили меж собой поровну силу тысячи душ. Они хотели использовать её против монстров, но получили нечто новое. Вверх воспарил столб света…
— И они стали видеть регатов, — продолжил я.
— Не только. Они смогли поделиться этой силой с другими. И вскоре люди начали убивать монстров и возводить стены с помощью новой магии.
— Занятная легенда, — задумчиво протянул я.
Затем встал и снова посмотрел на алтарь. На нем были отпечатки трех ладоней. Большие, явно мужские. Но больше меня поразило, что алтарь не выглядел старым. В отличие от развалин вокруг, на нем не было ни потертостей, ни сколов.
— Это еще не всё, — продолжил Макар. — Эта же легенда гласит, что отныне силы регатов и людей будут равны.
— А вот это уже не очень понятно. Учитывая, что монстры становятся все умнее и эволюционируют.
— Бабушка объясняла это так: в трех великих родах будут появляться наследники, способные делиться даром.
— Ясно.
Хотя на самом деле ничего не ясно. Если легенда и правдива, то наверняка информация о наследниках засекречена.
До приезда Ивана Фёдоровича оставалось уйма времени. Но всему прочему я предпочел осмотр алтаря. Он словно манил меня на каком-то уровне, недоступном для обычного восприятия.
Я уже со всех сторон его осмотрел и так, и сяк, но так и не понял причины. А потом мне захотелось приложить свою руку к отпечатку ладони на алтаре. Меня буквально тянуло это сделать. И не к любому, а к конкретному отпечатку, что находился напротив.
И я положил свою руку на алтарь. Застыл. Мгновенно по телу разлилось тепло, а затем яркий свет затмил мне глаза. А через секунду сознание очутилось в совершенно ином месте.
Глава 14
Осень сменилась на жаркое лето. В лесу стрекотали птицы, а я стоял возле храма. Это было то же самое место с развалинами, куда я вышел из тоннеля. Но казалось, что я переместился далеко в прошлое. Лет на пятьсот назад.
Я неспеша зашел в новый храм. Под ногами что-то захлюпало…
Опустил глаза и еле удержался, чтобы не выбежать отсюда. Холод пробежался по позвоночнику. Потому что я по щиколотку стоял в луже крови.
Сердце бешено заколотилось.
Алтарь тысячи мучеников стоял прямо посреди храма. Но сейчас он не был обычным каменным изваянием. Прямо из стыков тонкими струйками стекала кровь.
Что за бред придумало мое сознание?
Стоило это произнести про себя, как мысли гулким эхом разлетелись по кровавому храму.
— Это не бред, — раздался тяжелый мужской голос.
Прямо над алтарём материализовалась полупрозрачная фигура. Призраков я не боялся, но этот тяжелый голос пробирал до самых костей.
Призрак мужчины с аккуратной черной бородой спустился ко мне. Полы его мантии опустились в кровь, и он плавно приблизился.
— Кто вы? — спросил я, вложив в голос всю уверенность, что только смог собрать.
— Воронцов Афанасий Всеволодович, я твой предок, — ответил призрак и взглянул мне в глаза.
Но я выдержал. Не отвёл взгляд. Хотя меня переполняли разные чувства. Злость за все произошедшее смешалась со страхом за свою жизнь. А если это предсмертное видение?
— Ты не умер, — произнёс тот, кто назвался моим предком. — Я чувствую в тебе великую силу. Так зачем ты пришёл, наследник моего рода?
— Я сюда и не стремился. Спустился в тоннель, но магическим образом вышел к алтарю тысячи мучеников. Не могу объяснить почему, но мне захотелось положить на него руку. Да и если вы мой предок, то почему не развеялись за столько-то веков?
— Моя душа напрочь привязана к этому храму, наследник. Как и души всех остальных, кто отдал свою жизнь для зарождения великой силы.
— То есть легенда врала? Вы сами себя принесли в жертву?
— Это было непростое решение. Мы пошли на это не только ради сохранения родов, но и всего человечества. Удивлён, что тебе это неведомо, наследник.
— Я не наследник, — ответил я, а кулаки невольно сжались.
— Другой бы сюда не прошел.
Это место будило во мне дикую ярость. Не к призраку, и даже не к жертвам, а к монстрам. Они настолько запугали народ в империи, что люди в отчаянии пришли сюда, чтобы больше никогда не вернуться к семьям!
— Что это за место?
— Алтарь тысячи мучеников стал нам тюрьмой. До тех пор, пока монстры ходят по миру. Пока их не уничтожат, мы будем здесь.
Он говорил жестокие вещи. И тем более кровавой и великой казалась эта жертва, легенда о которой прошла через века.
— Вы знали на что шли, когда умирали здесь? — это было бестактно, но я не мог не спросить.
— Да. И ожидали худшего. Сотен лет мук, но вместо этого получили заточение в камнях храма.
Заточены в камнях… Эта фраза вызывала ещё больше вопросов.
— То есть это вы привели меня сюда? Души управляют подземельем?
— Твой источник пробудил древнюю магию. Взбудоражил нас. Но мы считали, что ты идешь за ответами.
Взгляд призрака стал леденящим. Он был мертв, но умудрялся глядеть мне прямо в душу. А я изо всех сил старался не показывать, насколько меня это пугает.
— Как победить регатов? — спросил я.
Раз уж меня привели, чтобы получить ответы, следовало начинать задавать нужные вопросы.
— Пройди испытание рода, и тебе откроется наше наследие, — ответил призрак.
— Какое еще испытание? — спросил я, но тут же вспомнил…
Все богатство семьи достанется тому, кто пройдет испытание. Но богатство — это ведь не только деньги, но и
