— О Адам, его лай гораздо опаснее, чем укусы.
Адам задумчиво взглянул на нее. Она совсем забыла о присутствии малыша. Забыла, что их обоих оставили здесь, предоставив заботам доброжелательных островитян, а сам Уинн решил рискнуть своей бронзовой шкурой и серебристыми волосами ради славы Господа и отечества.
К черту его долг! Он играет с ее жизнью. Она не позволит, чтобы с ней обращались, как с ненужной вещью. Ни за что!
Она пыталась убедить этого упрямца, что путешествие в Алжир не пугает ее. Да, она знает, что их ждет опасность, но не боится. Она представляет, что такое смерть.
Нет, она не склонна к мученичеству, просто ей надо попасть домой. И вряд ли она достигнет своей цели, если будет просиживать задницу на песчаном пляже и ждать его возвращения. Вот мистеру Тюркотту повезло, что его не берут с собой. Он еще не оправился после ранения, а боли будут мучить его до конца жизни.
Тюркотт оказался славным парнем. Он понимает, что от него мало пользы на фрегате, и не хочет быть обузой. Поэтому с благословения Уинна он собирается в скором времени на лодке обогнуть остров и в порту на противоположной его стороне наняться на китобойное судно.
Вполне возможно, что мистеру Тюркотту требуется передышка, но ей-то — нет. Ей нужно попасть домой. Она пыталась объяснить Уинну, в каких обстоятельствах оказалась, что ее действительно перенесло из будущего. Но он каждый раз обрывал ее на полуслове.
Он признался, что ничто на свете не заставит его изменить однажды принятое решение.
— Чтоб он провалился! — пробормотала Зоя, продолжая расхаживать по хижине. — Я должна сейчас находиться рядом с ним на «Вороне». Это мой единственный шанс вернуться к детям. А вдруг с ним что-то случится? И он не приплывет за мной? Тогда я потеряю не только его, но и лишусь возможности попасть домой.
— У вас есть дети, Принцесса? — спросил Адам.
— Да, — ответила она. — Мальчик и девочка.
— Они тоже Принц и Принцесса?
В его тоненьком голосочке слышалась такая тоска, что у Зои сжалось сердце.
— Адам, я не Принцесса. Когда-то я была графиней, но это все в прошлом. Мои дети никогда не будут официально носить титул. Я видела слишком много напыщенных козлов, которые носили пэрскую корону. Ты, мой родной, такой же человек, как королева, или король, или герцог, или лорд.
В глазах мальчика зажегся радостный огонек.
— Вы серьезно?
— Конечно. Ты всегда должен уважать себя и никогда не считать ниже других. Так, Адам, поступают в Америке.
— Капитан говорил мне что-то в этом роде. Сказал, что он с гордостью называет себя янки и что я тоже должен этим гордиться. — В подтверждение своих слов он энергично кивнул.
— Кажется, он не полный идиот, — пробормотала Зоя.
— Нет, Принцесса. Наверное, только наполовину.
Торжественный тон Адама рассмешил Зою, у нее немного улучшилось настроение. Этот мальчуган уже давно завоевал ее сердце. Ей не хотелось взваливать на его плечики свои заботы, хотя ее не оставляло желание стукнуть Уинна чем-нибудь тяжелым по башке — единственное, что казалось ей подходящим, было пушечное ядро.
— Адам, так не пойдет. — Зоя остановилась и повернулась к мальчику. — Нужно найти способ заставить Уинна передумать. Не может быть, чтобы на него ничего не действовало.
Она села на кровать рядом с Адамом. В настоящий момент Уинн находится на корабле и готовится к отплытию. Наверняка он тверд, как алмаз, в своем решении оставить ее и Адама на берегу.
Адам поднял на нее свои огромные глазищи.
— Капитана нельзя заставить передумать, мэм. Он очень упрям — так кок говорит.
Зоя вскочила и опять заметалась по комнате.
— Упрямый он или нет, но я не намерена оставаться. Если я не могу убедить этого вора взять меня с собой, я… — Она замолчала, силясь найти решение своей проблемы. И вдруг она увидела его. — Короче, если он не возьмет меня с собой, я тайком проберусь на борт. Да, Адам. Именно так я и сделаю.
Зоя посмотрела на мальчика, на ее лице играла зловещая усмешка. Вдруг Адам сморщился и, прижавшись к ее ногам, начал с силой дергать за руку.
— О нет, Принцесса, не надо! — Побледнев, мальчик зарыдал и уткнулся ей в юбку. — Пожалуйста, пожалуйста, Принцесса, не бросайте меня. Пожалуйста, Принцесса, возьмите меня с собой!
Зоя была потрясена до глубины души. Что ей делать? Уинн очень настаивал на том, чтобы они остались. Заявив, что не желает рисковать источником молока, потому что слишком любит добавлять его в кофе, он даже переправил на берег чертову козу. Зоя была уверена, что никто из команды не поверил его словам и все понимали, что его цель — обеспечить Адама молоком.
Если бы он проявил хоть часть той же заботы о ее потребностях! Ему надо выполнить задание, сказал он, а женщина и ребенок будут отвлекать его. Видите ли, ему нельзя распыляться на посторонние вещи.
Когда она попросила его отложить плавание до прибытия другого корабля, он раскритиковал ее взгляды на опасность. Это обычная дипломатическая миссия, у него есть все разрешения и письма, необходимые, чтобы обеспечить безопасность самому себе и команде.
Но если плавание безопасно, почему она и Адам будут отвлекать его внимание? Что-то не стыковалось в его объяснениях. Если ему грозит опасность, она хочет разделить ее с ним.
Провалиться ей на этом месте, если она останется на острове, пусть даже таком красивом и с такими доброжелательными жителями! Ей здесь не место. Ее место дома, с детьми! И единственный способ вернуться домой — намертво приклеиться к упрямому пирату.
Зоя погладила Адама по голове, чувствуя, что мальчик охвачен страхом и что ему одиноко. Обдумывая свой план, она не принимала его в расчет. Если она оставит его, он этого не вынесет.
За последние несколько недель они трое стали практически семьей. Мальчик привязался к Уинну задолго до того, как она появилась на палубе корабля. Но малыш очень нуждался в ласке, которую способна дать только мать, поэтому всем сердцем полюбил Зою.
Что очень устраивало Уинна и в полной мере отвечало его планам.
Зоя вздохнула и прижала к себе Адама. Бедняжка. Как и у нее, у него никого нет, кроме Уинна. А этот дурак собирается бросить их обоих. Она потрепала Адама по волосам, поцеловала в лоб и вытерла слезы.
— Не беспокойся, Адам. Я не оставлю тебя. Даже не рассчитывай на это.
Уинн смотрел в сторону острова и живо представлял его во всех деталях. Они уже два дня, как плывут в Алжир, и земля, которую они покинули, давным-давно скрылась за горизонтом. И все же он то и дело рисовал перед собой поселок, несмотря на то что это приносило с собой острую боль. Одному Богу известно, что он долгие месяцы будет видеть перед собой столь желанный кусочек суши.
