разумеется такому рейтингу соответствует желтый цвет ячейки. У меня, вон, видишь, рейтинг пять и тридцать семь сотых. У Лены — четыре и восемьдесят семь. У Веры — пять и две сотые. Больше всех у нашей Танюшки — шесть и тридцать три сотых. Ей осталось меньше бала до того, чтобы перейти из продвинутых в профессионалы — это синий цвет ячейки, который присваивается игроку, когда рейтинг превышает семь баллов. Рейтинг профессионала позволяет участвовать в различных общедоступных коммерческих турнирах. Заветная мечта любого профессионала достигнуть рейтинга мастера — в девять балов. Ячейка мастера окрашивается в фиолетовый цвет. Игроки такого уровня допускаются к участию на больших международных турнирах. Победитель любого такого турнира получает чемпионский рейтинг — золотой фон ячейки с именем, который остается с ним навсегда, вне зависимости от того, как с годами меняется его реальный игровой рейтинг. Даже если он упадет ниже трех балов… Хотя с профессионалами подобного уровня, разумеется, такое вряд ли возможно… Но, даже если вдруг так случится, его ячейка не пожелтеет — она навсегда останется золотой… Ну все, моя очередь катить шар, я побежала… Толя, пожелай мне удачи.
— Удачи, — автоматически откликнулся Толик, пребывающий в некотором ступоре после массы обрушенной на него информации.
— А ведь между желтой и золотой разница-то небольшая, — усмехнулся прислушивавшийся к пояснениям Светы Степан. И, пихнув в плечо задумчивого напарника, добавил: — Не парься, братан, представь, что ячейка с твоим именем не желтая, а золотая. И ты больше не лузер, а в натуре чемпион.
— Эх, кабы на самом деле золотая была, — мечтательно вздохнул Толян.
— Так все ж в твоих руках — бери шар и иди пытай удачу, — хихикнула вернувшаяся после выполненного броска Светка.
— Толь, ну чего сидишь-то? Вставай. В самом деле твоя очередь подошла уже шар бросать, — поторопила мечтателя Таня.
— Давай скоренько, а то остальных задерживаешь, — хлопнул по спине друга Степан.
Очнувшийся от оцепенения Анатолий вскочил со стула и направился к подающему шары устройству…
Когда после очередного своего не шибко результативного броска Степа вернулся на свое место за столом, к нему на место ушедшего пытать судьбу Толяна вдруг подсел Сергей и шепнул на ухо:
— Ты ее узнал?
Интерлюдия 9
Интерлюдия 9
(Продолжение)
— Кого ее? — озадаченно зыркнул на друга Степа.
— Да тише ты, шепотом говори, — шикнул Серый и пояснил: — Ленку, кого ж еще.
— В смысле — узнал? — так же шепотом откликнулся Степан. — Я с ней, как и с остальными девчонками, всего два часа назад познакомился.
— А ты повнимательней к ней приглядись, — посоветовал Сергей. — Я тоже поначалу не признал. Но когда она наклонилась, провожая брошенный шар, меня словно током продрало.
— То есть ты ее признал?
— Только что.
— Тогда просто скажи мне: кто она, — потребовал Степан. — Глядишь, я тоже вспомню.
— Не, так не интересно, — осклабился Сергей.
— Серый, на грубость нарываешься, — пригрозил Степа.
— Ладно, уговорил, — тут же пошел на попятную покладистый Тучин. — Мы ее… — начал он обещанное разъяснение, но его шепот заглушила оглушительная канонада из восьми подряд звяков пуль о металл, последовавшая после неожиданно удачного броска Толяна.
Когда выстрелы отзвучали, Степа сунулся было к другу с просьбой повторить, но тут, как назло, настал черед самого Сергея вышибать кегли и, подорвавшись из-за стола, он побежал к краю дорожки, на ходу отбивая пять возвращающемуся с триумфом Толяну.
После неудачного, безрезультатного броска, под звук обидного слива, понурый Тучин вернулся за стол, обратно на свое место возле Тани, на приличном отдалении от Степана. Обрекая заинтригованного друга еще на несколько минут томительного ожидания повторных разъяснений. Разумеется все это время Степа приглядывался к сидящей слева Лене, черты лица которой и впрямь теперь показались ему смутно знакомыми, как будто он где-то мельком ее уже видел, но девушку с такой потрясающей фигуркой, попадись она ему на глаза, он бы точно запомнил.
Наконец очередь бросать шар дошла до Татьяны. Стоило девушке встать со стула, как на ее место тут же пересел Степан, и сходу шепотом потребовал у Сергея объявлений:
— Так, где, говоришь, мы Ленку видели?
— Чего? — встрепенулся оторванный от каких-то своих думок Сергей.
— Ты рассказывал: Лену мы где-то видели, — терпеливо пояснил Степан. — Повтори, где?
— А, ты все об этом, — усмехнулся Сергей, припоминая предыдущий разговор. — В комнате, наверное, ее. Где ж еще.
— Блин, какой еще комнате, ты толком объяснить можешь, — зашипел на ухо другу теряющий терпение Степан.
— Так я ж тебе только что, подробно… — начал было возмущаться Тучин.
Меж тем Таня уже отводила шар для броска, отпущенное для разговора время вот-вот грозило закончиться, а секрет Лены до сих пор оставался неразгаданным. И Степа решительно перебил пустую тираду друга.
— Я не расслышал, из-за этого, — он ткнул пальцем в висящий над столом монитор с динамиками. — Повтори.
— Понятно, — кивнул Сергей, и наконец порадовал долгожданным объяснением. — Короче, мы с тобой эту куклу сегодня днем в трубу твою подзорную наблюдали, когда она зарядку делала.
— Да брось, — отмахнулся Степан. — Лицо и впрямь немного похоже, но фигура…
— Лицо не просто похоже, а точная копия, — отстаивал свое Сергей. — Что же до фигуры — ты понаблюдай за ней, когда она будет шар бросать.
Из динамиков вновь грохотнула канонада выстрелов, сообщающих об успехах Татьяны. Степа встал со стула, уступая место подошедшей девушке, и вернулся на свое между Толяном и Леной.
Возможность проверить наблюдения Сергея представилась почти сразу же. Следом за Таней шар бросила Вера, потом настал черед Лены.
Степа, не отрываясь, сосредоточенно наблюдал, как девушка подошла к подающему устройству, изящно прогнувшись, подхватила приглянувшийся ей шар. Отошла с ним на линию броска, прицелилась, в полуприсяде отвела за спину правую руку с шаром. Потом резко рванула руку вперед, задавая шару необходимое ускорение, и, нависнув над началом дорожки, катнула снаряд по длинной скользкому полотну к веренице кеглей в дальнем конце. Смахнув левой рукой сваливающую на глаза длинную челку, девушка в наклоне проследила весь путь шара до цели.
Но Степану уже не было дела до брызнувших во все стороны кеглей и завистливого возгласа сидящего справа Толяна:
— Блин,
