помогли? Это опять какой-то прием? Я все равно вам ничего не скажу!
– Вы, наверное, знакомы с нотной грамотой. Знаете, диез иногда может быть бемолем, – с этими словами он повернулся к огороженной территории.
– И куда мне ползти? – с некоторым отчаянием спросил ФАС.
– Строго вперед и медленно. Пачками от сигарет обозначены мины – советую их обползать. Да, и последнее – мы ее не нашли.
Тут он быстрым шагом направился к двери, ему открыли, и он скрылся за ней.
Последняя фраза майора удесятерила силы Федора. «Она жива и она не у них – значит, есть надежда! Значит, не все еще потеряно! Пусть он не выберется – это не столь важно. Главное – она будет жить!». Теперь он знает, что все это не зря – надо просто выбраться отсюда.
«Помоги, Господи», мысленно помолился Федор и пополз. Темнота была такая, что мысли о том, что он в любой момент коснется пачки от сигарет, не покидала его. Вот он сдвинул что-то левой рукой при очередном движении и замер. «Бесплодие»! Да уж, теперь сигареты уже было глупо называть их реальными марками, потому что почти всю поверхность пачки занимало очередное страшное предупреждение, которое никого не пугало. Мелькнула мысль покурить, но он только лишь ухмыльнулся на нее и отогнал прочь. Он замер. Тяжести руки достаточно, чтоб он наделал много шума после того, как уберет ее? Другой рукой он аккуратно взял коробочку «Бесплодия» и пододвинул на то место, с которого сдвинул. «Вряд ли это поможет, но да выбора у меня особого нет», – следующая мысль пронзила не хуже той спицы, которую вонзали в его тело на допросах. Он очень медленно сдвигал руку, пододвигая вместо нее пачку. Он перекатился на земле через бок несколько раз, стараясь оказаться как можно дальше от злополучного места, совсем не думая, что так может угодить в следующую ловушку. Почему-то взрыва не последовало, хотя он ожидал его услышать. Он попытался понять, не отклонился ли он от направления движения. Как будто нет, хотя в такой темноте, в совершенно незнакомом месте ориентироваться было очень сложно. Он продолжил ползти. Наверху, на одном из деревьев послышался какой-то шум. ФАС замер, прислушался. Птица? Наблюдатель? Тишина. Он сделал еще одно движение вперед. Снова пауза. Тишина. Еще левую руку и правую ногу вперед. Снова застыл. Шума больше не было. Он стал ползти еще осторожнее. Деревья росли все гуще и гуще, передвигаться между ними становилось все сложнее. Он почувствовал усталость, мышцы ног и рук были зажаты и почти не слушались его. Казалось, он толкает перед собой огромную телегу, причем дорога начинает идти в гору. Еще несколько движений и он остановился – больше он не мог.
Около получаса (точно он не знал, но ему так казалось) он пролежал, стараясь набраться сил. Лежать на земле было холодно, благо, морозы был не сильные. Встать боялся, он лишь только постарался размять запястья и стопы, делая ими круговые движения. Поводил туда-сюда ногами и руками, но он этого стало только тяжелее. Спать не хотелось, несмотря на то, что за последние пару суток он спал от силы часа четыре.
Понимая, что каждая минута для него может быть решающей, ФАС продолжил ползти. Он даже стал понимать, как это делать с минимальными затратами сил, в его движениях появился автоматизм и, можно сказать, техника. «Стану инструктором по ползанью по-пластунски, если выживу», ухмыльнулся про себя ФАС. Деревья стали расти реже и вот он подполз к концу леса. Фёдор взгляну вверх, на небо. Пошел снег: снизу казалось, что он не белый, а черный – так падал свет появившейся из-за туч луны. Снег летел как пепел, кружился. И только на земле становилось четко понятно – это действительно снег, а не последствия масштабного пожара.
Еще несколько движений и перед Фёдором оказалась ограда: высокая, около трех метров, с колючей проволокой по верху. «Приехали… Точнее, приползли» – подумал ФАС сокрушенно. Что же майор его не предупредил? Перелезть вряд ли получится. А вдруг этот забор под напряжением? Никаких предупреждающих обозначений нет, но это не гарантия. Или на нем какие-нибудь детекторы – стоит прикоснуться, и через пару минут его уже вернут в камеру. А если подкопать? Чем? Он разгреб небольшой сугроб у забора. Как и должно было быть, земля была плотная, замерзшая, рыть рукам ее было невозможно. Он пошарил в снегу и взял лежащую неподалеку палку. Несколько тычков, и земля стала с трудом подаваться. «Помоги, Господи!» – в очередной раз помолился Федор и продолжил рыхлить землю. Под верхним слоем почва была более рыхлая, как будто ее отсюда сначала вырыли, а потом засыпали снова. Он очень удивился. Еще несколько тычков палкой и теперь землю можно было выгребать обеими руками. «Неужели тут уже делали раньше подкоп?» – посетило ФАСа предположение. Конечно, поверить в это было сложно – как он мог вот так, совершенно случайно, выбрать именно это место? «Это не я его выбрал!» – догадался Федор. Около часа усердной работы, и он вынул уже столько земли, что образовалась яма в полметра глубиной. Забор все не кончался. «Глубоко закопали! Но ничего, до центра Земли точно не дошли!» – ФАС не терял надежды. Еще несколько движений и показался край забора. ФАС не прекращал работу ни на минуту, не обращая внимания на содранную на руках кожу и мышцы, которые казались свинцовыми. Копать становилось все тяжелее – земля спрессовалась под собственной тяжестью. Он уже сомневался – а докопал ли его предшественник до этой стадии. Силы стали покидать его, когда он уже лежал в созданной им яме и начал выгребать землю по ту сторону забора. «Не останавливаться, не останавливаться! – твердил он себе, – Рассветет и меня начнут искать». Тем не менее, он остановился и окунулся в забытие. Ему казалось, что он лежит на своей кровати дома, рядом мерно дышит Анна. Он хотел подоткнуть под себя подушку, но она рассыпалась у него в руках. ФАС очнулся – руки сжимали комки земли. С новыми силами, почти остервенело, он продолжил копать. И вот земля подалась, на него просыпался снег, и он увидел небо на противоположной стороне от забора. Начинало светать. Еще несколько движений и он будет там. Но вдруг он почувствовал, что его ногу кто-то схватил. Вскрикнув от неожиданности, ФАС резко дернул ногой и, видимо попал по чему-то мягкому. Кто-то вскрикнул, выругался и гаркнул:
– Стоять, ни с места!
ФАС, конечно, не подчинился приказу, он его даже не слышал. Сделав еще несколько
