Услышав о первородных, бывшая жена притихла и села на место.
Неужели Маркус знает о Лютеции и других девушках, которых сожгли фанатики веры. Осторожно посмотрев на бывшего мужа, Зарина убедилась в своей догадке. Ему все известно. Зачем он позвал ее? Ответ почему-то возник сам собой. Проститься. Маркус казнит ее за предательство, чтобы повысить свой авторитет в глазах других кланов. Вот он какой справедливый и честный! Глава клана Феррат не пожалел ради правосудия даже ту, которая родила ему дочь.
— Ты убьешь меня? — без страха спросила сеньора Феррат, не сводя зеленных глаз с любимого лица. — Если да, пусть моя жертва будет ненапрасной. Все что я делала, я делала ради клана.
— Успокойся, — обнадежил Маркус, отпив глоток разбавленной крови, — твое время еще не пришло. Зарина, клану нужны первородные. Ты это прекрасно понимаешь. Я закрою глаза на твои связи с Черными братьями. Забуду сколько раз я мог бы стать отцом первородного, но из-за твоей ревности упустил эти шансы. Прощу Мирослава его загул. Но, это все произойдет ни раньше, чем моя невеста станет моей женой.
Будь Зарина обычной женщиной, то лишилась бы чувств от таких новостей. Невеста! Уж не Лютеция это? И так бледная, Зарина бледнела до белизны альпийских снегов. Схватив бокал, тут же опрокинула его в пересохшую глотку. Надо было самой открутить ей голову! Ей — этой маленькой дряни Лютеции! Только как она оказалась у Маркуса. Она же была в подземелье Ангела. Старый пердун Фердинанд утверждал, что от туда волчица освободиться только столбом дыма, вздымающегося к небесам! Предал?! Зарина убьет его!
— Так получилось, что я никому не могу это доверить, кроме тебя, — подливая вина в бокал, продолжал Маркус. — Завтра же ты поедешь в Венецию и привезешь мою невесту Адию. Она на корабле «Парящий» под Османским флагом. Потом займешься приготовлениями к свадьбе. Не хочу долго ждать. Ты понимаешь о чем я?
— Да, — кивнула разбитая Зарина.
Она понимала о чем просит ее любимый. Нет, даже не просит уже. Он приказывает ей, как рядовому вампиру. Ей! Той, которая была для него преданней собаки! Лучше бы Маркус убил ее, но не разбил хрустальную надежду на их воссоединение в будущем. Теперь все потерянно для Зарины. Новая жена наверняка займет место рядом с ним и после рождения первородного. И Зарине придется подчиняться какой-то девчонке! Она утратит свою власть в клане Феррат. Но больше всего любящую бессмертную женщину до безумия приводило в ярость осознание, что Маркус будет делить с той девкой ложе. Представив это, Зарина чуть не взвыла от отчаянья. Она сжала бокал и он лопнул, вонзив свои крошечные острые осколки в ладонь вампирши.
— Позвольте удалиться, мой господин, — скрепя зубами, сказала оскорбленная Зарина. — Завтра меня ждет долгая дорога в Венецию.
— Иди, — даже не посмотрев на окровавленную руку бывшей жены, ответил Маркус.
И Зарина ушла.
Выпрямившись, как струна, и вскинув подбородок вверх, с чувством собственного достоинства она выходила из покоев возлюбленного. Но стоило дверям закрыться за ее спиной, как кровавые слезы потоками хлынули из глаз. Даже когда Добрыня, вырвав из ее рук сына, продал варягам, Зарине так больно не было. А сегодня все ее нутро клокочет от ярости и обиды. Неужели за сотни лет она заслужила только такую унизительную благодарность, как привести невесту и расстелить супружескую постель для новобрачных?
Утирая красным рукавом слезы, Зарина бежала без оглядки по коридору дворца Феррат. Ей меньше всего хотелось, чтобы вампиры клана видели ее такой слабой, и, выбежав на улицу через черный ход, Зарина стрелой летела из Вечного города в лес. Только там последняя из рода Лютов дала волю своим чувствам. Она голосила, круша все вокруг, и завывала, вторя обычным волкам. Ведь именно этого требовала ее давно забытая сущность. Растворится в ночных сумерках, сливаясь с природой душой.
ГЛАВА 32
В подземелье никого не было. Лютеция словно испарилась, лишь ее сладковатый запах витал в воздухе. Сама сбежать она, конечно же, не смогла. Да, и не особо хотела после того, как отдалась ему. Что-то подсказывало Мирославу, что чужая невеста подарила ему не только тело, но и сердце. Вот он пока не определился со своими чувствами к Лети. Вроде она ему дорога, а но почему тогда воспоминания о Мерседес причиняют боль. И сейчас душа палача Феррат разрывается на двое. Одна часть призывает сломя голову бежать на поиски Лети, а вторая часть нашептывает послать все к черту. Ее, скорее всего, забрали Саргано. И пусть забирают! На ложе к Леониду она взойдет не девицей. Конечно от этого ее ценность для Саргано не убавится, но для жениха приятного мало. Он ведь так берег невесту для себя. Хотел получить ее по закону и прогадал, долго собираясь объявить на Лютецию свои права.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Здесь были Черные братья, — поднимая с пола лоскут грубой рясы, сказала Айрин. — Похоже, твоя девка отчаянно сопротивлялась, раз вызвала такой огромный кусок.
Вот теперь Мирослав заволновался, рассматривая лоскут в руках сестры. А тут еще и Ян вернулся, нахмурив брови. Он обходил руины в поисках каких-либо следов, оставленных девушкой или ее похитителями. Смешно звучит «похитителями»! У самого похитителя, похитили его добычу! Не было бы так печально, Мирослав посмеялся бы над такой вполне комичной ситуацией.
— Их было двое, — докладывал оборотень. — Приехали на повозке. Ее следы теряются на дороге за мостом, как и запах. Рыночная площадь. Слишком много людей и товаров. Там даже стая не учует, где их искать. Следов девчонки нет. Либо была без сознания, либо сопротивлялась и ее волокли до повозки.
— Она сопротивлялась, — повторил Мирослав слова сестры.
— Тогда она боец! — восхищенно подметил Ян. — Давать отпор двум мужикам!
Вампир лишь утвердительно кивнул. Лети, не смотря на хрупкую фигурку, настоящая воительница. Самому Мирославу пришлось туго пытаясь скрутить ее. Что только она не вытворяла! Кусалась, царапалась, кричала. А когда он запихнул ей в рот кляп, она стала мычать, и так пока совсем не обессилила.
— Кто знал, что ты здесь? — задала вопрос Айрин, рассматривая глухие стены подземелья.
Первородная унаследовала от своей матери ум интриганки. И сейчас, собирая в своем мозгу осколочки мозаики, она приходила только к одному выводу: Черных Братьев кто-то натравил. В Риме полно руин, но они пришли именно сюда и забрали девчонку. Забрали тогда, когда Мирослава не было рядом. Словно знали, что охранник Лети неожиданно не вернется и не помешает им выполнить это опасное поручение: забрать у сильнейшего палача Феррат его игрушку. О чем говорит и количество приехавших монахов. Всего двое! Двое против Мирослава — это самоубийство! Но двое против девчонки вполне достаточно. Она же не сможет дать им достойный отпор. К тому же, невеста Леонида не прошла посвящение, а это значит, она не обернется волчицей и не растерзает непрошеных гостей.
Кому была известна эта правда? Саргано? Да. Но им невыгодно терять надежду на будущее клана. Только непосвященная волчица царского рода способна произвести на свет дитя вампира. Потеряй ее, они потеряют вечность. Нет. Эти отпадают сразу. И с орденом они тоже не в ладах. Остается только Феррат. Им выгодна смерть Лети. А вернее, матери Айрин и Мирослава. Убив Лютецию, Зарина навсегда бы скрыла свою причастность к похищению и еще сделала бы огромное одолжение своему клану. Нет первородного сына у Леонида, как нет и его власти над вампирами в ближайшие тысячу лет. Но, самостоятельно ее мать не справилась бы с этой задачей. Ей нужно было кому-то поручить отыскать своенравного сына и сделать так, чтобы никто не догадался об участии любящей мамочки в маленьком заговоре против своих же детей. Хорошо зная свою коварную родительницу, Айрин нисколько не сомневалась, что за всеми последними событиями стоит именно она. Женщина, давшая жизнь своим детям, но никогда не ставящая их счастье выше благ клана.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Никто, — быстро ответил Мирослав, ведь этом он был уверен.
