здесь, чтобы просить его молчать.
— Никто из нас не собирается осуждать тебя за это, и, честно говоря, мне жаль, что мы поставили тебя в такое положение. Это было несправедливо по отношению к нам всем.
Он кивает в молчаливом одобрении. Линк ничего не говорит, поэтому я воспринимаю это как сигнал продолжать.
— Я просто хотела, чтобы ты знал: несмотря ни на что, даже если его уволят, а я не смогу закончить учёбу, я все равно не брошу его. Это не какая-то интрижка или глупая влюблённость. Я люблю Лиама, люблю его ещё больше с тех пор, как узнала про образ его жизни. Поэтому я просто подумала, что ты должен знать, что я буду рядом с ним, несмотря ни на что, и независимо от того, кто пытается сказать нам, что это неправильно. Потому что, честно говоря, когда я с ним, это самая правильная вещь в моей жизни.
Я даже не знаю, осознает ли он, что делает это, но он медленно кивает, снова и снова.
— Это была отличная речь, — наконец произносит он.
Я пожимаю плечами.
— Думаю, мне лучше пойти на занятие, я просто подумала, что услышала то, что ты хотел сказать, так что тебе тоже стоит услышать то, что хочу сказать я.
Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но он окликает меня:
— Что значит, ты услышала, что я хотел сказать?
— Я была у Лиама вчера вечером. Я слышала ваш спор.
— Дерьмо. — Его взгляд опускается на пол. — Послушай, вчера вечером я сказал кое-что… кое-что, чем не горжусь. За некоторые вещи моя жена даже грозилась дать мне пощёчину.
Это вызывает у меня лёгкую улыбку.
Он снова смотрит на меня.
— Мне жаль, что я говорил о тебе так, как будто ты просто девчонка, с которой он переспал и которую должен выбросить, словно остатки вчерашнего ужина.
Он искренне извиняется, я это вижу. И я рада, потому что очень хочу поладить с Линком. Я знаю, насколько он важен для Лиама.
— Все нормально. На тебя как бы все это свалилось, и ты не должен был знать, что это нечто большее.
Я делаю ещё несколько шагов к двери, прежде чем он снова останавливает меня:
— Он действительно любит тебя, ты знаешь? Я вижу это по его глазам. Я давно не видел его таким, и, хотя я не одобряю то, во что вы оба вовлечены, я рад, что он нашёл с тобой что-то настоящее.
Он действительно хороший человек.
— Спасибо, правда... это очень много значит, особенно учитывая сложную ситуацию.
— И чего бы это ни стоило, я надеюсь, что вы двое сможете быть вместе, потому что видеть его снова счастливым — это все, чего я когда-либо хотел.
— Ты хороший друг.
— Правда? — спрашивает он меня. — Даже несмотря на то, что я подумываю о том, чтобы настучать на него?
Я пожимаю плечами.
— Даже несмотря на это. Я имела в виду то, что сказала, Линк, никто тебя не осудит. Мы поставили тебя в такое положение и понимаем, что ты будешь делать то, что считаешь правильным. Только не отталкивай его как друга. Я знаю, что он любит тебя и нуждается в тебе в своей жизни.
На этот раз я выхожу за дверь, он не говорит ничего, но всю дорогу я чувствую его взгляд на своей спине.
Глава 23
Лиам
Я наблюдаю, как последний студент второго курса фотографии выходит из моего класса и почти закрывает за собой дверь.
Это занятие, казалось, длится целую вечность. Повезло, что сегодня у меня было только одно занятие, не уверен, что мой мозг смог бы справиться с чем-то большим даже после полноценного ночного сна.
Сейчас у меня есть только одна вещь, на которой я могу сосредоточиться с хоть каким-то энтузиазмом — это сбор вещей и поездка к Пэрри, чтобы заключить её в свои объятия.
Она для меня лучшее лекарство, единственное, что может по-настоящему успокоить мою душу.
Люсия звонила мне сегодня дважды, но я переключил оба звонка на голосовую почту. Я не уверен, что доверяю себе в том, что буду говорить с ней с каким-либо уважением прямо сейчас, и я не хочу опускаться до такого уровня. Возможно, Эйприл больше не та женщина, на которой я женился, но я хочу почтить её память, относясь к её матери так, как я всегда относился, когда мы были вместе.
Я выключил свой ноутбук и отсоединил кабели, идущие к большому экрану, на котором во время урока показывал слайд-шоу.
Кто-то позади меня откашливается, пугая меня, и я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, кто там.
— Эй, — говорит он.
— Эй, — неловко повторяю в ответ я.
Линкольн — последний человек, которого я ожидал увидеть в моем классе в конце дня.
Мы стоим молча, глядя друг на друга и обдумывая, что сказать дальше.
Насколько я понимаю, он здесь для того, чтобы сказать мне, что я потерял работу и что Пэрри не закончит обучение. Учитывая, что здесь Линк, а не моё начальство, я почти уверен, что он ещё не сказал ни слова, но мысль о том, что она не сможет надеть платье и шапочку выпускника, заставляет мой желудок сжаться.
Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но я говорю первым:
— Могу я попросить тебя об одной услуге? Даже несмотря на то, что ты не должен этого делать?
Он кивает, показывая мне, чтобы я продолжал.
— Если ты ещё этого не сделал, когда пойдёшь к декану, можешь не упоминать имя Пэрри? Меня не волнует, что произойдёт со мной, но если она потеряет шанс закончить обучение, я не смогу жить с этим.
Он смотрит на меня с любопытством, но не говорит ни слова.
— Линк, давай, чувак, просто скажи, что видел меня со студенткой, но не знаешь, кто это был. Я никогда раньше не просил тебя лгать ради меня — ну, не считая того раза на первом курсе, когда я сильно напился и не пришёл на занятия, — но мне нужно, чтобы ты солгал ради меня сейчас. Чтобы защитить её. Это все, что меня волнует, — умоляю я.
— Она девушка что надо, хах?
Я хмурюсь. Я не понимаю, к чему он клонит, и он до сих пор не ответил на мой вопрос.
— О чем ты говоришь?
— Она приходила ко мне, — объясняет он.
— Она что? — заикаюсь я.
Было два варианта. Линк известен тем, что умеет выходить из себя, и если Пэрри устроила ему
