стонет.
Очевидно, моё лицо рассказывает историю без слов.
— Это хуже, чем я думал, и поверь мне, то, что я думал, было чертовски плохо.
— Я не планировал, что это произойдёт, просто так вышло.
— О, просто так вышло? Что ж, это делает все чертовски лучше, — саркастически отвечает он.
Он ходит по комнате взад-вперед, а я не могу придумать, что сказать, чтобы всё стало лучше.
— Ты должен положить этому конец. Прямо сейчас. Занятия закончатся через несколько недель, и она двинется дальше, а тебе больше никогда не придётся её видеть.
— Линк...
— Просто брось её и забудь, что она когда-либо существовала, — продолжает он, бормоча что-то себе под нос, как будто формулирует в голове какой-то план.
— Этого, черт возьми, не произойдёт. — Мой тон грубый, но устрашающе твёрдый.
Слова вылетели из моих уст ещё до того, как у меня появилась возможность их обдумать, но я о них не жалею.
То, что он говорит, неправильно. Гораздо более неправильно, чем то, что двое взрослых людей по обоюдному согласию вместе, что бы там ни говорили другие.
— Что? — требует он.
— Я не собираюсь бросать её как игрушку, которой я пользовался и которая мне наскучила. Она лучше этого, и я тоже.
— Она просто девушка на раз, братан, сексуальная, согласен с тобой, но ты не можешь рисковать своей карьерой, своей репутацией ради какой-то цыпочки.
Я хватаю его за шиворот и прижимаю спиной к стене ещё до того, как он заканчивает фразу.
— Никогда больше не говори о ней так, — рычу я.
Его глаза расширяются от удивления.
— Ты сейчас серьёзно? Набрасываешься на меня? Меня? На твоего лучшего друга... После всего, через что мы прошли, ты собираешься угрожать мне из-за какой-то цыпочки, которую трахаешь?
Я прижимаю его к стене ещё сильнее.
— Она не какая-то цыпочка, — угрожающе говорю ему я. — Ее зовут Пэрри, и я не просто «трахаю» её, я в неё влюблён.
Он втягивает воздух, и тут до меня доходит то, что я делаю.
Я в тридцати секундах от драки с моим самым близким другом.
Мой кулак медленно разжимается, и я отступаю назад, глядя на свою руку так, словно она мне не принадлежит.
— Ты любишь её?
Я смотрю на него так, будто он больше даже не говорит по-английски.
— Ты. Любишь. Ее? — требует он, говоря со мной так, словно я тупой.
Я медленно киваю, правда всплывает наружу.
Он знает.
Я с Пэрри, и он знает об этом.
Он мог уничтожить меня этим знанием, но что ещё более важно, он мог уничтожить её, и после того, как я только что с ним обращался, я бы даже не стал винить его за это.
— Прости.
— За что? За то, что связался со студенткой или за то, что подрался со мной, словно дворовой мальчишка?
Я встречаюсь с ним глазами.
— Мне жаль, что я поставил тебя в такое положение, мне жаль, что я поднял на тебя руку… Но за неё мне ни капельки не жаль.
— Ты действительно готов ради неё потерять работу? — спрашивает он с недоверием на лице.
— Если это то, что должно произойти, то да, так и есть.
Он выдыхает.
— Я не знаю, что на тебя нашло, чувак.
Я пожимаю плечами. Я тоже не уверен, что на меня нашло.
— Тот Лиам, которого я знал, никогда бы не переступил такую черту.
— Ну, может быть, я больше не тот Лиам, которого ты знал. Я изменился после той аварии, не так, как Эйприл, но и я уже не тот. Как я могу быть таким же?
Он смотрит на меня с выражением боли на лице, и становится очевидно, как сильно он на самом деле заботится обо мне... Я знаю, что хочет мне только добра, но я не собираюсь стоять в стороне и позволять ему проявлять неуважение к женщине, в которую я влюбился.
— Разве ты не можешь просто порадоваться за нас?
Он на мгновение задерживает на мне взгляд, прежде чем выдохнуть и опустить глаза в пол.
— Если бы это была не студентка, я был бы за тебя на седьмом небе, ты же знаешь. Но это… Я это не поддерживаю. Я не могу.
— Она не будет моей студенткой долго, как ты и сказал, занятия закончатся через несколько недель, и тогда мы сможем делать все, что захотим.
— Так это был твой план? Подождать, пока год закончится, а потом притвориться, что вы только сошлись? Врать мне вечно?
— Я хотел тебе сказать, но боялся, что ты, черт возьми, отреагируешь точно так же, как сейчас.
— А как мне реагировать? — требует он, повышая голос.
Я качаю головой и раздражённо выдыхаю.
— Я не знаю, чувак, я действительно ни хрена не знаю, но я не хотел ставить тебя в такое положение, вот почему я не сказал тебе... Не потому, что не хотел, чтобы ты знал.
Он снова начинает расхаживать по комнате, на этот раз останавливаясь перед дверью.
— Что ты собираешься делать теперь? — спрашиваю я осторожно, мой голос звучит сдержанно.
Он качает головой, повернувшись ко мне спиной.
— Я не знаю.
Я киваю, моё сердце колотится о грудную клетку.
— Справедливо.
— Просто чтобы ты знал: я рад, что ты собираешься развестись, я знаю, что ты любил её, но пришло время.
— Это так, — соглашаюсь я.
— Но ты подставил меня, Лиам. Я застрял между молотом и наковальней. Это касается не только твоей карьеры, но и моей тоже.
— Ты делаешь то, что должен, я понимаю, — спокойно говорю я ему.
Он кивает, открывает дверь и уходит.
— Блять! — кричу я. Я смахиваю стопку книг со столешницы, и они летят на пол.
Все пошло прахом, и я не знаю, что, черт возьми, мне теперь делать.
Я в отчаянии провожу руками по лицу.
Пэрри, должно быть, слышала каждое её слово, и она, вероятно, готова сбежать от меня при первом же удобном случае.
Я не могу её потерять.
Не сейчас.
Не из-за этого.
Я делаю глубокий вдох.
Этот случай прояснил для меня некоторые вещи. Я знаю, чего хочу, без всяких сомнений.
Теперь мне просто нужно знать, чувствует ли она то же самое.
Глава 20
Пэрри
Он тихо входит в спальню с разбитым выражением лица, и я не удивлена после того, что там только что произошло.
Я чувствую такой себя виноватой за своё участие во всем этом.
Не так Линк должен был узнать о нас и наших отношениях.
Лиам
