узких бедрах сидели облегающие черные спортивные штаны, а сверху обычная белая футболка, на плечах лежала толстовка. Он протискивался сквозь толпившихся подростков, расталкивая их в разные стороны.
– Кто этот тип? Он что-то сделал тебе?
Его волосы были взъерошены, будто он только что проснулся, ну или попал в ураган, а черные глаза блестели беспокойством. Ревнует?
– Во-первых, успокойся, прекрати этот цирк, во-вторых, глупо ревновать меня к нему, я всего лишь сделала ставку на ребят. Стоп! А какого черта ты забыл в моей школе? – Эта влюбленность настолько расплавила мне мозги, что я не сразу поняла, почему он здесь.
– Шутишь? Трудно не ревновать тебя. Все эти парни только и думают об одном, за тобой нужен глаз да глаз, – Богдан вытянул свои длинные руки и сгреб меня в свои объятия. Я чувствовала, как стучит его сердце и как часто вздымается его грудь от тяжелого дыхания. Легкий аромат его одеколона ударил мне в нос.
– Я задала тебе вопрос и намерена получить на него ответ.
Виктор уже поспешил скрыться в толпе, как только Богдан подобрался ко мне ближе. Наверное, испугался. Ну, или просто не захотел проблем, более чем похоже на правду.
– Тебя захотел увидеть.
– Что-то мне подсказывает, что я не говорила тебе об игре, тем более о том, что я здесь собираюсь быть.
– А я никогда и не говорил, что играю честно, -Богдан запустил в мои собранные в пучок волосы свою пятерню и хорошенько встряхнул их. Теперь уж точно на голове образовалось гнездо. Или прическа в стиле – ля, я упала с сеновала.
Я промычала:
– Господи, скажи спасибо, что сегодня я добрая и в хорошем настроении, иначе ты бы остался без пальцев. Если конечно тебе повезло бы, а так могу че нибудь и похуже выкинуть.
– Какая злюка.
Парень наклонился чуточку ниже, прямо к моим губам и легонько чмокнул, в самый верхний уголок. От прикосновения приятно покалывало. В ответ я приподнялась на носочки, а это было сделать не так легко – Богдан выше меня на целую голову, – и так же легонько поцеловала в скулу. Единственное, до чего смогла дотянуться.
По дороге в зал, где будет проходить игра, я наткнулась на Рони. Ее красные волосы, разметавшиеся по лицу и плечам, виднелись издалека. Солнечные веснушки на ее щеках виднелись чуточку больше, чем прежде. Она широко улыбнулась, когда заметила, что я не одна. Девушка волокла за локоть своего парня. По кислому выражению лица Кира можно утверждать, что подруге долго и, возможно, не без последствий, пришлось уговаривать друга. Я искренне улыбнулась. Мы обменялись парочкой слов, обнялись и каждый пошел на свое место, чтобы насладиться предстоящим матчем.
Игра была в самом разгаре. Четвертый период почти подходил к концу, команды уже успели поменяться кольцами между вторым и третьим периодом, так что теперь наше кольцо находилось чуть ближе к нам. Наши с легкостью забивали в кольцо противника, иногда не самым честным образом, получая фолы, но ребята хотя бы умели играть, в отличие от соперников. Молодой парнишка получил пас от своего же командира и стоял в полной растерянности, кажется, никто не объяснил ему, что нужно делать с мячом, если он по счастливой случайности попал к тебе в руки. Ведущий игрок приказал ему отдать пас и свалить с площадки на защиту своего кольца. Бедный парень обливался потом и покрывался багровыми пятнами, пока бежал на свою позицию. Поразительно, что хотя бы он знает, где должен стоять.
Мои руки то и дело сжимались в кулаки от тупости команды соперников. Такая игра веселила всех, но меня в большей степени раздражала. Какого черта их выпустили на игру, если они ровным счетом не понимают ничего?! Замечая мою открытую нервозность, Богдан едва мог сдерживаться, посмеиваясь над моей бурной реакцией.
– Что? – С нажимом спросила я.
– Ты так реагируешь на процесс игры, что иногда мне кажется, будто я встречаюсь с профессиональной баскетболисткой, ну или заядлой болельщицей. Если честно, то я не особо люблю спортивные игры, но ради тебя и твоей реакции готов потерпеть, – с трудом отрывая взгляд от игры, я уставилась на парня. Мне же не послышалось? Он сказал, что встречается со мной? Нет, у меня, наверное, галюники.
Оставив услышанное при себе, я отвернулась обратно в сторону баскетбольной площадки:
– Я не особо смыслю в этом виде спорта, но все-таки не глупая и кое-что понимаю. Не знаю как тебя, но нас в школе хорошенько подучили, что и как там делается. Если бы не авария, то была велика вероятность моего участия за школу в женской команде.
Глубоко вдохнув пару раз, я обмахнула себя ладонью. В зале было слишком жарко и очень душно. Если бы на мне сегодня была толстовка, то я бы точно сейчас обливалась потом.
Мяч был у наших ребят. Оставались считанные секунды до окончания игры. Номер пять с легкостью обходил соперников, уклоняясь от блоков. Когда он достиг трехочковой линии8, то сделал остановку прыжком и с максимальной точностью закинул мяч прямо в кольцо, тем самым объявляя поражение другой команде. Зал с шумом взорвался громким свистом и диким ором с трибун. Я подскочила с места, на лету хватая слетевшую с колен сумку. Победа! Отовсюду слышались победные кличи, визг девушек из группы поддержки. Голоса сливались воедино, становясь не более чем фоновым шумом.
Наши ребята подлетели к игроку. Обнимаясь и одновременно празднуя свою победу, они стукались кулаками, пихали друг друга в спины и ворошили свои мокрые от пота волосы. Я улыбалась, искренне радовалась за чистую игру и очевидную с самого начала победу.
Когда тот самый пятый номер, обеспечивший победу команде, развернулся и посмотрел прямо на меня, я вздрогнула. Зеленые глаза, с маленькими крапинками – я знала, что они там точно есть, – искрились чистой печалью и гордостью. Сердце сжалось. Илья. Он забросил тот самый мяч. И сейчас смотрел не на кого-то, а на меня. Я гордилась им, потому что верила в него. Так хотелось его сейчас обнять, прыгнуть к нему в его огромные руки и утонуть в тепле его доброты и заботы. Я сдержала порыв, оставив его до лучших времен, и широко улыбнулась, произнеся одними губами: я обещала придти, и я горжусь тобой. Не знаю, насколько ему удалось это разобрать, но плечи его расправились, он легонько улыбнулся левым уголком губ и прошептал в ответ: спасибо.
С души, будто плита свалилась, которая всем своим весом давила сверху, не давая вздохнуть
