усмешкой добавил:
— Или боишься, что я сбегу на нём? Куда я денусь с этого острова?
Лулет рассмеялась — звонко и беззаботно, как ребёнок.
— Сбежишь на силторе? — она вытерла выступившие от смеха слёзы. — Ян, силтор запрограммирован только на меня. Он слушается только своего владельца. Ты даже дверь не сможешь открыть без моего разрешения.
Лулет вскочила с кресла, в её движениях читалась та же детская непосредственность, что и в смехе.
— Ладно, пойдём, — махнула она рукой. — Покажу тебе наши «чудеса техники». Только ничего не трогай без разрешения, договорились?
Ян поднялся следом, довольный тем, что его план сработал.
— Обещаю вести себя как в музее, — сказал он с невинным видом. — Руками не трогать, громко не разговаривать.
— Точно, — кивнула Лулет, направляясь к тропинке. — И не задавай слишком много вопросов. А то я без системы не всегда могу объяснить, как что работает.
Ян с удовольствием предвкушал возможность изучить эйкорские технологии изнутри. Кто знает, что интересного можно там обнаружить?
Они остановились на поляне, и он, задрав голову, с интересом разглядывал силтор. Корабль парил в пятнадцати метрах над землёй, бесшумно покачиваясь на невидимых воздушных волнах.
По форме он напоминал заострённую с одного конца вытянутую каплю. Никаких острых углов, никаких выступающих деталей — только плавные линии, переходящие одна в другую. Светлая матовая поверхность с серебристым блеском напоминала металл, покрытый жемчужной пылью.
По бокам корпуса тянулись голубые светящиеся полосы. Свет мягко пульсировал, создавая иллюзию того, будто корабль дышит. В носовой части и по всему корпусу зияли тёмные прямоугольники иллюминаторов.
— Шикарный, — кивнул Ян, щурясь от солнца. — Совсем не похож на наши старые самолёты.
— Это не самолёт, — поправила Лулет. — Силтору не нужны ни крылья, ни двигатели. Он управляет гравитацией.
Яну нравились технологии эйкоров.
Корабль висел в воздухе так естественно, словно воздух был его родной стихией.
— А как он держится? — спросил он. — Я не слышу шума.
— Антигравитационное поле, — объяснила Лулет. — Корабль отталкивается от планеты, как два одинаковых магнита.
Ян представил, каково это — владеть таким чудом и летать куда вздумается. Свобода, о которой он мечтал в юности, теперь стала реальной, осязаемой. И, увы, она принадлежала не ему.
Странное чувство. Ещё неделю назад он смотрел на пролетающие силторы с ненавистью. Они были символом всего того, что отняли у людей эйкоры, — превосходства и недосягаемости, напоминанием о том, что человечество стало второсортным. А теперь, стоя под этим парящим чудом техники, он чувствовал… восхищение.
Может быть, дело было в том, что раньше он видел силторы издалека и воспринимал их как угрозу. А теперь мог рассмотреть все детали, оценить красоту инженерного замысла. Конструкция поражала элегантностью: каждая линия имела смысл, каждая деталь выполняла свою задачу.
Или дело было в том, что он наконец увидел эйкоров не как безликих захватчиков, а как… людей? Лулет с её детскими косичками и забавными попытками понять человеческие эмоции. Владимира с его слишком человеческой жесткостью. Они были чем-то другим, но не машинами.
А может, он просто устал ненавидеть. Двадцать пять лет злости — это долго. Особенно когда понимаешь, что ненависть ничего не меняет, а лишь отравляет тебя самого.
— Пойдём внутрь? — предложила Лулет.
Ян кивнул, продолжая разглядывать корабль. Ему нравились эйкорские технологии. Это не делало его предателем. Он просто был честен с самим собой.
Лулет взмахнула рукой, и в боку силтора бесшумно открылся проём. Световой луч подхватил их и плавно втянул внутрь.
Ян снова оказался в знакомом коридоре, но теперь смотрел на всё другими глазами. Раньше он просто удивлялся, а теперь пытался понять принцип работы.
— Этот свет, который нас поднял, — это тоже гравитационное поле?
— Модифицированное, — кивнула Лулет. — Оно может захватывать объекты и перемещать их с заданной скоростью. Очень удобно для погрузки.
Они вошли в гостиную и остановились у панорамного окна, из которого открывался вид на зелёную поляну внизу.
— А это настоящее окно или экран?
— Настоящее. Материал прозрачный, но при необходимости может становиться непрозрачным. Или отображать дополнительную информацию поверх изображения.
Ян подошёл к креслу, в котором сидел во время полётов. Он помнил, как оно подстраивалось под его тело.
— Можно?
— Конечно.
Он сел, и кресло тут же начало мягко обволакивать его, принимая идеальную форму.
— Откуда оно знает, что мне удобно?
— Сканирует мышечное напряжение, температуру, пульс. Подстраивается под оптимальные параметры.
— А если я захочу сидеть неудобно?
Она удивлённо посмотрела на него.
— Зачем?
— Ну… иногда люди специально выбирают дискомфорт. Чтобы не расслабляться, оставаться начеку.
— Странно, — покачала головой Лулет. — Но если хочешь, можно отключить автоматическую настройку.
Но Ян уже заинтересовался голографическими панелями, которые помнил по прошлым полётам.
— А вот это любопытно, — пробормотал он. — Можно посмотреть поближе?
Лулет на секунду задумалась, но потом кивнула.
— Только ничего не меняй.
Ян тихо подошёл к одной из панелей; она тут же ожила показывая символы и схемы, которые ни о чём ему не говорили. Но структура интерфейса была понятна: древовидное меню, вложенные разделы, логические связи.
— Это похоже на операционную систему, — сказал он, проводя рукой над светящимися значками. — Только намного сложнее.
— В каком-то смысле так и есть, — согласилась Лулет. — Силтор управляется единой системой, которая контролирует всё — от навигации до климата в каютах.
Ян попытался коснуться одного из символов, но его рука прошла сквозь голограмму.
— А как активировать команды?
— Нужна авторизация, — объяснила Лулет. — Силтор распознаёт только меня. Биометрия, нейронные паттерны, даже запах.
— Серьёзно? Запах?
— У каждого эйкора уникальный биохимический профиль. Подделать его невозможно.
Ян кивнул, мысленно отметив ещё одну степень защиты. Эйкоры никому не доверяли свои технологии.
— А что будет, если ты… ну, не сможешь управлять кораблём? Заболеешь или…
— Силтор автоматически вернётся на базу, — ответила Лулет. — У него есть протоколы безопасности на все случаи жизни.
— А можно посмотреть на двигательную систему? — спросил Ян. — Или что у вас там вместо двигателей?
Она задумалась, видимо, не желая заходить так далеко.
— Технически это не двигатели… Но можно показать генераторы поля. Только там всё довольно сложно.
Она провела его через коридор в заднюю часть силтора. Дверь бесшумно открылась, и Ян увидел помещение, больше напоминающее внутренности живого организма, чем машинный отсек.
Стены пульсировали мягким светом, а по ним тянулось что-то вроде сосудов или нервов — тонкие трубки с текущей по ним рубиновой жидкостью. В центре помещения вращался кристалл размером с человеческую голову.
— Это ядро системы, — объяснила Лулет. — Оно генерирует поля, которые позволяют силтору летать.
Ян осторожно приблизился. Кристалл был прозрачным, но внутри него поблескивали едва заметные
