Между тем, гильдейский глава кричал и размахивал бумажками, Бартоломью с пеной у рта доказывал, что для новых жителей Чу налог на магию нужно делать выше, ибо магам не хватает финансирования, Эу-хений вставлял то и дело ехидные замечания, а Наместник пытался как-то этим всем рулить. Ири успела высказаться по существу ещё в самом начале обсуждения, потому теперь просто гипнотизировала свитки в надежде, что они все же закончатся.
Влетевший в окно вестник, пахнущий знакомой льдистой магией, заставил её резко поднять голову. Это было срочное сообщение от Фьорда, и, если он решил её потревожить… Не могло же с Ихором что-то случиться? Она бы почувствовала, правда?!
Драконица стремительно поднялась на ноги и собрала все своё самообладание, чтобы на лице не отразилось ничего лишнего.
— Прошу меня простить, господа, — сказала она. — Срочные дела.
— Нечто, о чём мы не знаем? — поинтересовался Наместник вкрадчиво. — На нас напали?
— Пока нет, — холодно улыбнулась Ири. — Но вполне могут, если я сейчас не отлучусь. Моё почтение.
Отойдя от кабинета Наместника, она стремительно развернула свиток.
Ну, запрыгать или завизжать от радости ей не позволил бы статус, потому драконица ограничилась закружившими по комнате огненными шарами, распускающимися цветами, узорами и салютами. Они согласились, все же согласились! Он придёт! Она все же не сдержалась и рассмеялась, но потом одёрнула себя. Эх, ну и тяжко же быть влюбленной женщиной, когда ты — страшный Властелин!
Усмехнувшись собственным мыслям, она обернулась огненным вихрем: к истинному хотелось попасть как можно скорее, но и подготовиться нужно. Это же не драконье обличье, где чешую огнём отполировала — и красивая!
* * *
Самоходная машина плелась так медленно, что драконице отчаянно хотелось её сломать и вновь обернутся вихрем. Однако, потом перед ней неминуемо встала бы проблема транспортировки иномирцев. В огненном обличьи их не перенесёшь, на спине посторонних не покатаешь. Можно было бы, конечно, создать им прозрачную сферу, но… Не стоит класть все деньги в один кошелёк. Ири предпочла бы, чтобы пока потешный дракон, Властелин и женщина были в сознании Ихора отдельны друг от друга — до тех пор, пока они не узнают друг друга получше.
Пока не станет понятно, что он захочет остаться.
Когда Ири явилась, атмосфера между боевиками и иномирцами царила на удивление уютная.
Фьорд чем-то отпаивал беременную магичку (Ири насторожилась бы, будь это кто другой, но беловолосый великан, хоть и выглядел сущим отморозком, по сути был мужиком с представлениями о чести: женщины и дети были для него на гражданке категорически неприкосновенны — одна из причин, по которой с предыдущим главой боевиков отношения у них не ладились). Ихор стоял тут же, наблюдая за действиями боевого мага. Остальные двое иномирцев расположились на походном покрывале и оглядывались по сторонам.
При виде неё гвардейцы молча вытянулись в струнку. Ихор, как и прошлый раз, завороженно замер. Мелочь, а приятно!
— Моё почтение, — сказала она, задержав на паре взгляд на три удара сердца. — Фьорд, что у нас тут?
— Мой… кхм… моя госпожа, на два слова.
Последнее, чего хотелось драконице вот прямо сейчас — это обсуждать с Фьордом его очередную параноидальную идею. Тем не менее, она послушно отошла в сторону.
— Девица — опаснейший менталист, — без предисловий сказал беловолосый. — Она пробила мои щиты, просто прикоснувшись, и способна налаживать ментальную коммуникацию между разноязычными существами.
Ири приподняла брови, представив, какой объём информации должен постоянно обрабатываться в девушкиной голове, а после нахмурилась:
— Чем ты её поишь?
— Восстанавливающим составом, — пояснил мужчина, слегка смутившись. — У этих голодранцев такого не найдёшь, а используют они девку… ну, то есть, её дар постоянно. Не поймите превратно, мне плевать, я просто подумал…
— Фьорд, — оборвала его Ири. — Мне кажется, те, перед кем нужно оправдываться за проявление милосердия — недостойные существа. Не причисляй меня к ним.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кхм… в общем, не позволяйте ей себя касаться. И, если будет распределение, прошу её для нашего ведомства. Ну, потом, когда она разродится.
Ири с трудом сдержала фырканье.
— Договорились, — сказала она. — Может, составишь нам в таком случае компанию в прогулке по городу? Присмотришь за этими красавцами заодно.
"И мне будет на кого их оставить, когда я приглашу Ихора на ужин", — мысленно добавила Ири, но вот этого Фьорду знать уже не следовало.
— Служу вам! — тут же вытянулся парень с явным энтузиазмом.
* * *
— Как она работает? — Ихор потрясенно смотрел в окно на то, как двигаются железные лапы самоходной машины.
— Первый вопрос артефактора, — рассмеялась Ири. — Но тут я вам, боюсь, не помощник. Я бездарна в артефакторике, совершенно и абсолютно. Тем не менее, если все же решите остаться, вам предстоит это изучить. Это — и многое другое.
Её истинный тут же посерьёзнел и внимательно посмотрел ей в глаза.
— Если — если! — мы решим остаться, чем мы будем заниматься?
Краем глаза Ири отметила, что напряглись все присутствующие: благодаря Маллани содержание их разговора было известно всем присутствующим.
— Служить городу Чу сообразно вашим способностям, — сказала Ири мягко. — Касаемо лично вас… Не буду скрывать, нам интересны ваши таланты, поскольку у нас практически нет артефакторов — и, увы, совсем нет хороших.
— Почему? Не поймите неправильно, но я хочу понять заранее, в чём подвох.
Ири прищурилась. Когда ведёшь переговоры с собственным истинным, проблема в том что ему до смешного не хочется лгать.
— Артефакторов мало, — сказала она честно. — У них обычно есть широкий выбор мест, где можно работать, и они предпочитают более безопасные, чем Чу. Мы пытались заполучить несколько выпускников подобного профиля, но даже высокие гонорары не перевесили необходимость денно и нощно ждать нападения. Благо, не одни мы в силах предложить большие деньги годным магам. Артефакторика требует особого склада ума, и усидчивости, и внимания к деталям, и жертвенности — потому что иные артефакты выпивают своего создателя до основания. Опять же, врождённые способности — это хорошо, но на артефакторов нужно долго и упорно учиться. Если вы согласитесь, вам предстоит сидеть над книгами днями и ночами.
— Вот уж что меня никогда не пугало, — Ихор улыбнулся тепло и чуть иронично, отчего у Ири стало чуть легче на душе. — Это моё пожизненное состояние. Но, боюсь, в этих самых книгах я ничего не пойму.
— Да, это один из пунктов, — кивнула она. — Нам нужно будет начать с внедрения вам языковой сферы. Это ментальная конструкция, которая создаёт в вашем мозгу ассоциативный ряд и помещает в вашу память определённый пласт информации.
— То есть, как закачать переводчик прямо в голову?
— Если вам угодно. Но должна предупредить: это не даст мгновенные знания, практиковаться все равно придётся. Также мы не можем создать матрицу, пока у нас нет носителей обоих языков. Так что, вам очень повезло, что у нас есть Эу-хений.
— Да, это мой счастливый билет, — пробормотал Ихор в достаточной степени скептично, чтобы Ири мысленно усмехнулась.
Ну да, Жрец Тьмы не выиграл бы конкурс на самого милого человека на всём белом свете, зато в конкурсе на самую большую сволочь некоторые шансы у него были. С другой стороны, для того, чтобы навести порядок в отдельно взятом государственном аппарате, зачастую и надо быть сволочью, как минимум, по общепринятым меркам — так работает игра. Да что уж там, тот же Ос Водный, каким бы милым и вежливым существом ни казался, на деле вежливо же сожрал не одного политического противника. И как бы могла Ири его за такое осуждать?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Извините, можно задать личный вопрос?
Драконица поощрительно улыбнулась, готовая сообщить, что совершенно не замужем.
— А вы — эльф, да?
