остриженными мужиками, товарные поезда и снова вагоны. вагоны, вагоны… Последний сеанс из этой серии закончился неожиданно: я готовил побег из лагеря и в полной темноте полез в кузов грузовика, но какой-то высокий офицер в длинном плаще неожиданно схватил меня сзади и швырнул в канаву. Он что-то злорадно кричал, а потом два раза выстрелил мне в лицо! И я, сидевший у себя в постели в позе лотоса, почувствовал мощный удар по лицу, который откинул меня назад, и я ещё ударился головой об стенку! И тут же, конечно, «пришёл в себя». В моих последующих тантрийских медитациях я каким-то образом доходил до очень чётких, но кратковременных картинок из множества своих прежних воплощений, и ТАМ я узнавал всех, но, когда возвращался в мою нынешнюю жизнь, я помнил только странные, никогда не виденные раньше «декорации». И через каких-то тридцать с лишним лет, когда из моей башки стали буквально вылезать то, что можно называть стихами, у меня появились на эту тему вот такие два «опуса», подтверждающие мою
абсолютную веру в теорию Реинкарнации:
ЛИЦА
Бывают ночи – попадаешь в круг
такого же, как Бездна, мироздания,
какое окружает нас. И вдруг
как будто преломляется сознание.
Внезапно, как в тумане, как сквозь сон
перед глазами падает страница,
и сквозь потусторонний странный звон
ты различаешь возникающие лица.
Вот офицер с Георгиевским крестом.
А вот старик. Вон юноша в доспехах.
Монах – китаец, Женщина с лицом
испанского шестнадцатого века…
О, как они внимательно глядят!
Без выраженья, пристально и строго.
Чего-то ждут? И что они хотят?
Ответа? Удивления? Восторга?
Я вас узнал, вместилища мои!
И понял ваш вопрос! Нет, я не предал
ни одного из НАС! И все бои
веду в самом себе! А наше кредо –
принять всё то, что было и грядёт,
как ЧУДО, нам ниспосланное Богом,
я пронесу сквозь каждый день и год
и Духом буду крепнуть с каждым годом!
Дурного совершил я сколько мог
Невольно, хоть жестоко, может статься.
И если в судный час помилует Нас БОГ,
то с Вами, ЛИЦА, я смогу обняться!
ПОДАРКИ
В какой-то вчерашней, позавчерашней,
советской, греческой, македонской,
в какой-то далёкой, нелепой и страшной
жизни – египетской, вавилонской
меня убивали и в лоб, и с флангов –
мечами, дротиками, стрелами, пикой…
Но и я убивал! В смертоносных фалангах
я был впереди, и Александр Великий –
мой Бог, мой Вождь, потомок Геракла –
дарил мне золото и диаманты!
А я боялся лишь яда или теракта,
особенно в Индии и в Самарканде.
Или вот: я – Верховный Жрец в древнем Египте:
умирая, Фараон – «Владыко Вселенной» –
дарит мне место в своей пирамиде.
Пришлось в сорок лет вскрывать себе вены.
И будто вчера я таскал пулемёт в Испании,
а потом в Кзыл-Орде – тачки с рудой в знойном июле.
Умирал равнодушно, без страха, без паники,
получив от чекистов в подарок две пули.
Я очень хорошо запомнил суть своего палача в моём медитативном сеансе, и через какие-то полгода я встречаю этого человека в Доме Кино! Мне показалось, что он меня тоже как-то странно узнал, и каким-то образом мы разговорились, а потом даже стали приятелями. А позже «знающие люди» мне сообщили, что он стукач! Он оказался человеком забавным, а его оскал, когда он смеялся, был точно таким, каким я его запомнил во время моего убийства в моей медитации. И лично у меня нет никакого сомнения, что он являлся перерожденцем моего палача из прошлой жизни! У меня и об этом есть стишок:
Как же мне повезло в этой жизни!
Возможно, за счёт предыдущей?
Кто пытал меня в прежней?
Убивал и закапывал в яме?
И нашёл ли я их? Я, за ними идущий?
Да, нашёл. И узнал. Но мы стали друзьями
_______
В конце 70х я познакомился с человеком, организовавшим группу, в которой я стал заниматься боевыми восточными искусствами, преимущественно китайскими – У Шу и Тайцзи Цюань. Это полностью соотносилось с моей «восточной ориентацией». Года через два-три я стал более или менее «продвинутым» бойцом. Но больше всего мне нравилась Тайцзи Цюань, и где бы я ни был, я всегда делал так наз. «форму» Тайцзи школы «семейства Ян» – дома, в путешествиях, на съёмках и даже на концертах за кулисами, пока на экране шли мои ролики. Когда я приезжал в Алма-Ату, я уходил в Ботанический сад, а когда жил в горах на даче сестры, то поднимался на большую гору, где была удобная площадка, и там с удовольствием тренировался. Внешняя суть этой «формы» заключается в несколько десятков позиций, плавно перетекающих одна в другую. Внутренняя – медитативная – ментально слиться с Небом – энергией Ян и с Землёй – энергией Инь. И много разных хитрых штучек, связанных с энергиями Ци и Цзинь. Однажды днём во время тренировки к моим ногам с большим любопытством подошла куница, вероятно даже не представляя, что перед ней находится человек, и я минуты две продолжал делать плавные движения на её глазах. Но стоило мне на долю секунды остановиться, как она тут же исчезла. Иногда я делал форму в кромешной тьме азиатской ночи, и один раз чуть не упал в обморок – на моё плечо легло нечто тяжёлое, тёплое и живое, оказавшееся головой чёрной лошади! Но самый удивительный случай произошёл со мной в сочинском санатории, где я нашёл небольшую площадку почти у самого моря, закрытую со всех сторон деревьями, и ходил туда каждый день тренироваться перед сном. Тогда мы занимались У –Шу и «проходили» стиль «Крысы», где все приёмы были на согнутых коленях, будто ты стелешься по земле, не поднимаясь. И в какой-то момент я почувствовал, что на меня кто-то смотрит! Я повернул голову, продолжая начатый элемент, и увидел, что ровно в метре от меня сидят в ряд четыре здоровенные крысы и смотрят на меня, как на артиста в театре. Когда я приехал в Москву и только начал рассказывать моему учителю, что во время тренировки почувствовал, что на меня кто-то смотрит… «Крысы? – спросил он, смеясь. – У нас в Уссурийске это часто бывало».
_______
В 1980 году я был утверждён на главную роль в фильме, который поначалу назывался «Колода без туза» – этакий «взрослый» вариант «Неуловимых мстителей». Очень яркий, приключенческий фильм киностудии Ленфильм. И тут происходит почти точное повторение истории фильма Павла Чухрая! И наше «Гос.Кино», и дирекция киностудии «Ленфильм» и,
