красавицы, в глазах которой блестели слезы.
Я собрался стрелять, но Марсель уже убрал меч, явно не собираясь убивать Эрику прямо сейчас. Подойдя ближе, он с размаха пнул ее ногой, а потом опустился рядом с ней на одно колено. Схватив за густые черные волосы, Марсель приподнял голову красавицы, пытаясь поймать ее взгляд, но Эрика потеряла сознание.
Слишком уж он вложился в недавний удар ногой, так что насладиться мгновением триумфа не сумел. Выругавшись расстроенно, Марсель отпустил Эрику, так что она безвольно свалилась на землю, ударившись головой — лицо ее закрыли рассыпавшиеся черные волосы.
Я к этому моменту уже был совсем рядом — убрав лук и достав копье, все же пока не уверен в себе как в стрелке. И не размениваясь ни на патетику, ни на разговоры, зашел со спины и просто снес мятежному Марселю голову. Милосердие-милосердием, но говоря о «заблудившихся хороших людях» Здравомыслов наверняка совсем не его имел ввиду. Голова покатилась в сторону, а лежащую Эрику придавило обезглавленным телом — хорошо хоть кровью не обливая.
К счастью для своей психики, в сознание смуглая красавица еще не пришла. Взяв Марселя за ноги, я как бревно перекинул его дальше вперед, наклонился над Эрикой. Жива, дышит неглубоко, но ровно. Поднял на руки, отнес ее подальше — чтобы убитого не видела, посадил у столба с почтовым ящиком.
Веки подрагивают, скоро в себя придет, так что не теряя времени вернулся к телу Марселя. Лежащие рядом с ним предметы были едва-едва подсвечены аурой сияния — изогнутый меч зеленым, первый раз такое вижу, а перстень ментальной защиты, почему-то соскользнувший с пальца, фиолетовым.
Массивный перстень надел себе на палец — после этого он практически исчез, истончившись и превратившись в едва заметный ободок. Меч убрал в пространственные ножны, надев браслетом на левое запястье. Проверил догадку — бинго, копье оказалось рядом, просто на серебряном браслете теперь два зеленых камня. Каплевидный — копье, треугольный — меч. Пока разбирался с трофеями Эрика уже пришлась в себя, безуспешно пытаясь подняться. Сидела спиной, меня не видела — да и не очень интересно ей было происходящее вокруг пока, судя по рвотным звукам. Сильно ей все же по голове попало.
— Еще раз здравствуйте, Эрика Кирилловна, — подходя со спины, приветствовал я смуглую красавицу. — Второй и последний раз делаю вам предложение сдаться.
Выглядела Эрика совсем неважно — лицо перекошено гримасой боли, по грязным пыльным щекам чертят мокрые дорожки слезы. Осмотрев себя, она поправила рваную рубашку, потом вздохнула и всхлипнув болезненно, даже не поднимая на меня глаз положила ладонь на землю. Нужную фразу она скорее всего прошептала — я ничего не услышал, но фигура ее исчезла во вспышке размытого сияния.
Так, ну куда, зачем, а поговорить? Постоял немого, в растерянности глядя на пустое место. Мда, надо было чуть по-другому начинать беседу — нам ведь реально поговорить нужно было, да что ж такое.
Ладно, я похоже победил, но ни фанфар, ни приветствий победителю не слышно. Зато вокруг снова активировалось сияние — очередное сужение безопасной зоны, приближающаяся стена света отсюда уже хорошо видна.
— Ну и? — спросил я, осматриваясь вокруг.
Может еще кто-то остался? Насторожившись, взял копье наизготовку, мысленно пересчитывая всех участников. Первый сдавшийся бородатый эльф, три лесных бандита — два убиты, один сдался, две сдавшихся Эрике дриады, экспериментатор Андрей, сдавшийся бородач, Вадим с Марселем, сама Эрика и я — двенадцать участников, никого не упустил.
— Сломалось что? — спросил я, глянув в небо, но никто мне не ответил.
Начиная понемногу нервничать, двинулся к зданию коммьюнити-центра. Двенадцать арок не закрыты белым сиянием как недавно, но словно бы подернуты маревом — за которым угадываются очертания внутреннего убранства. Судя по яркому лазурному отсвету, у них там даже бассейн с фонтаном.
Постояв немного, перехватил копье и шагнул вперед, проходя через ближайшую арку. Даже осмотреться не успел, потому что как только оказался за порогом, мир вокруг начал обесцвечиваться, закручиваясь в белесое ничто, а несколькими секундами все пришло в норму. Только оказался я уже на другой стороне — в мире-отражении, находясь в самом центре эльфийского поселения. Арка была порталом — ясно-понятно.
— А неплохо… — осмотрелся я, понимая, что здесь мне предстоит провести ближайшие два месяца.
Глава 11
Оказался я в круглом зале-атриуме беломраморного святилища, размером примерно с комьюнити-центр коттеджного поселка. Но на этом все сходство заканчивалось — вокруг плавные изогнутые линии и растительные узоры эльфийского стиля. Пропало и белое сияние — крыши у святилища нет, сверху фиолетовое ночное небо. Луны не вижу, но мрамор стен блестит под ее призрачным светом.
Святилище двухэтажное, по окружности второго этажа галерея с изящным ограждением, серебрится обвивающая его густая поросль плюща. Никаких светильников или фонарей вокруг, но все прекрасно видно — как будто в вечерних сумерках. Находиться здесь было удивительно приятно, несмотря на каменные стены нет ощущения, что в рукотворном здании — все вокруг как будто творение природы.
Сердцем помещения являлась изящная мраморная колоннада, огораживающая небольшой бассейн. Рядом родник, откуда чистая вода стекает по каменным желобам в сторону широкой входной арки, от которой я оказался на противоположной стороне круглого помещения. Там — на улице через проем выхода, видны фигуры местных жителей, но присмотреться к собравшимся я не успел. Уловив движение сбоку, обернулся и оказался лицом к лицу с седовласым эльфийским старцем. Облачен он был в торжественные одежды, в руках держал массивный древесный посох. Как будто из пространственного кармана выпрыгнул — ну не было его здесь только что.
Не говоря ни слова, с величавой грацией эльфийский старец склонил голову в приветствии и жестом пригласил меня за собой, уже направляясь к широкой арке выхода. Я задержался немного, проверил— браслеты с копьем и мечом на месте, лук тоже. Единственная стрела — в колчане. Рюкзака нет, где потерялся неизвестно. Оглянулся — нет нигде. Ладно, пора с народом пообщаться, двинулся я вперед быстрым шагом. Догнал эльфийского старца только у высокой арки и едва переступил порог, как зазвучали переливы арфы и звон колокольчиков.
Мы вышли на широкое крыльцо-помост, перед нами на главной площади лесного поселения расположилась немаленькая толпа
