– Черт, – с досадой пробормотал Егор и посоветовал: – Там наверняка в воротах шкворень есть. Попробуй выдернуть его и приоткрыть створки.
– Шкворень-то есть, – согласился я, осмотрев загнанный в землю шкворень и ворота, – да вот на обеих створках цепь висит, а на ней замок.
Это было еще одно непредвиденное обстоятельство, мешавшее нашему плану проникновения в собор. Как же впустить на территорию собора моих товарищей, прячущихся где-то по ту сторону ворот в темноте? На всякий случай я все же выдернул из земли шкворень и потянул на себя ворота, но цепь позволила раздвинуть створки только сантиметров на десять. Разумеется, проскользнуть в такую щель не мог бы даже ребенок. Оставалось только одно… Это было, конечно, не лучшим, к тому же опасным вариантом, но другого выхода в создавшейся ситуации я не видел.
Сунув на место шкворень, я вновь двинулся к помещению охранника. Взявшись за ручку двери, потянул ее на себя, но безрезультатно – дверь была закрыта изнутри. Я обошел угол сторожки, приблизился к окну, толкнул его, но и оно оказалось заперто. Но хоть в чем-то должно повезти?.. Я поднял голову и над одной из створок окна увидел форточку. Встав на цыпочки, вытянул руку и надавил на нее. Наконец-то повезло! Форточка сдвинулась с места. Я надавил сильнее, и она распахнулась настежь.
– Ну, что у тебя, Игорь? – вновь раздался в наушнике голос Егора.
– Попробую что-нибудь придумать, – пообещал я. – Только не мешай мне пока своими вопросами.
– Хорошо, – пообещал Тепляков и отключился.
Слава богу, а то говорит что ни попадя под руку. Я подтянулся, поставил одну ногу на подоконник, затем вторую и, перевесившись вовнутрь, дотянулся до поворотной ручки, повернул ее, и окно открылось. Я проскользнул в сторожку и замер с бешено стучащим сердцем. Мне почему-то чудилось, что охранник притворяется, не спит и, только я сделаю шаг по направлению к нему, вскочит с кресла и с разворота звезданет мне прямо в челюсть огромным кулачищем. Но нет, охранник спал беспробудным сном, все также положив голову на руки.
Оставалась самая неприятная часть задуманного мной плана. Я подошел к охраннику, готовый в любой момент при малейшем движении с его стороны врезать ему так, чтобы он, если не уснул от усыпляющего газа, вырубился от удара моего кулака, осторожно провел рукой по карманам, пытаясь нащупать ключи, но ни в карманах брюк, ни рубашки их не нащупал. Что ж за невезуха такая, подумал я уныло и уже собрался выйти из комнаты, как вдруг сообразил. Рискуя разбудить охранника, расцепил его руки и выдвинул их немного вперед. Напрасно я беспокоился за сон охранника. Даже когда голова его, соскользнув с рук, со стуком ударилась о стол, он не проснулся – наркоз был сильным. Предположение мое оказалось верным – связка ключей, вернее, колечко от связки ключей было надето на палец правой руки. Пришлось немного повозиться, прежде чем я сумел снять его, но мои старания увенчались успехом, и вскоре связка, где висел и заветный ключик от калитки в воротах, находилась у меня в руках. Я закрыл окно, форточку и, распахнув дверь, вышел на улицу.
– Все в порядке! – включив микрофон, сообщил я наверняка ждавшим моего сообщения товарищам. – Ключ от калитки у меня в руках, сейчас открою.
У Егора вырвался вздох облегчения, вздохнул с облегчением и я – дело, кажется, налаживается. Подойдя к калитке, перебрал несколько ключей, нашел нужный, открыл замок и бросил в эфир:
– Все! Вход открыт. Командуй дальше, Егор!
Тепляков только и ждал этих слов.
– Первыми пойдут сестренки, – сказал он с готовностью. – Вы меня слышите, девочки?
В наушнике щелкнуло – это подключилась Женя.
– Да, – сказала она.
– Слышим, – вторила ей Лерочка.
– Площадь пересекаете по одной, – продолжал распоряжаться Егор. – Когда окажетесь во дворе собора, дадите мне знать.
– Ладно, – отозвались два девичьих голоса.
Я приоткрыл дверцу, чтобы сестренкам было проще ориентироваться, куда именно бежать, и выглянул наружу. Из темноты, там, где начиналась трехметровая стена с арочными проемами, в которых стояли статуи, вынырнула девичья фигура, одетая в черное, и скорым шагом двинулась через площадь к воротам. На пустынном пространстве в желтоватом свете фонарей ее темная фигурка казалась демонической.
«Дьяволица! – мысленно усмехнулся я. – И куда ж тебя в храм несет-то?»
Следом за ней припустила через площадь тоже одетая во все черное Валерия. Девушки проскользнули в калитку, и я услышал в наушнике Женин голос:
– На месте!
– Отлично! – чуть ли не ликуя, воскликнул главный «бес», руководивший нашей дьявольской компанией. – Женя, поднимаешься на левую террасу второго этажа, Лерочка – на правую, и начинаете поочередно заклеивать изолентой датчики движения. Когда закончите, дайте знать. А сейчас к собору отправляется Саша Смольникова.
В ухе раздался щелчок, и тут же голос моей подружки:
– Иду.
Я продолжал наблюдать за площадью. Из темноты вынырнула еще одна дьяволица и скорым шагом стала пересекать открытое пространство перед воротами церкви.
– На месте! – несколько минут спустя доложила Саша.
– Пошел Николай Сильвестров, – скомандовал «дьявол», засевший в гостинице.
На борова, шедшего через площадь, я любоваться не стал. И калитку распахивать перед ним даже не подумал, не барышня, чай. Оглянулся на двор собора. Лучи большей части датчиков движения уже погасли, девушки продолжали медленно подбираться к следующему датчику и заклеивать окошечки, откуда подавался импульс.
– Я на месте! – пробубнил ввалившийся в калитку, словно медведь в берлогу, Сильвестров.
– Следующей идет Маша Тропинина, последним – Михаил Березин! – скомандовал Тепляков.
Наконец погасли последние инфракрасные лучики датчиков движения, и девицы доложили:
– Мы закончили!
Вход во вторую половину двора был свободен.
– Саша и Михаил отправляются по местам! – продолжал руководить нами Егор. – Саша, после того как отключишь сигнализацию, дай знать. Николай, запомни, пожалуйста: отключаешь электричество только тогда, когда я дам на это команду! Иначе сработает сигнализация!
– Да понял я, понял! – проворчал Сильвестров, трогаясь вместе со Смольниковой через двор к противоположному его концу.
Приблизившись к собору, Саша свернула налево в закуток, где находился щит со скоммутированной на нем системой сигнализации, а Сильвестров – вправо, в щитовую. В это мгновение во двор вошла Мария Тропинина и доложила:
– На месте!
– Когда подойдет Михаил, Маша, – продолжал командовать Тепляков, – возьмешь у него баллончик с газом и встанешь у двери в комнату охранника. Я так понял, она открыта, Игорь? – спросил он меня.
