мы от тебя не отделаемся» — мелькнула мысль в озадаченной моей голове.
— Хватит! У нас много дел! Вы ответ получили! Можете идти по домам! — вмешалась в разговор Кремлина, которая, скорее всего, устала от всего этого балагана.
Парочка ушла, хлопнув за собой дверью, а мы и не догадывались, что на этом все еще не закончилось.
«Стерва»
После того, как самые «красивые» мира сего покинули наше скромное жилище, Слава повеселела. А вот Негорад стал хмурым, суетным. На мои вопросы ничего не отвечал, отмахивался. Это меня стало напрягать. Но Кремлина меня успокоила. Поэтому спокойно уже вернулись к своим делам. Пообедав, мы отправились в «дальний путь», как уверяли мне домочадцы, чем и оправдывали тот факт, что Кремлина наложила нам в корзину с собой продуктов. Тащить с собой лишний груз я не собиралась, но спорить с заботливой матерью, отправляющей своих детей в «дальний путь» было бессмысленно. Помощница и тут была рядом, старалась не отставать.
— И это далеко от дома? — фыркнула я, когда мы через несколько десятков минут уже были на месте.
— Конечно! — как-то по-детски заявил Негорад, а потом и сам рассмеялся.
— Мы так давно не были тут, что помним это место детскими воспоминаниями. Когда мы с тобой были совсем маленькими, отец был жив, и все было хорошо, мы ходили сюда всей семьей, с корзиной и подстилкой. Маленькими ножками мы проходили этот путь медленно. Вот и запомнилось, что это находится далеко.
— А почему больше не ходили? Мылись то как? Кремлина сказала, что только летом и в реке. Где же мылись вы, если не здесь? — стала удивляться я.
— Как и все. В городском купальном месте. Где все моются, там и мы мылись. Река там извивается, Властитель приказал поставить небольшую запруду, и получилась как купель. Течение там замедляется, вода прогревается лучше. А о том, что веселее мыться большими компаниями, и говорить нечего.
С трудом представила, как бы это могло происходить. И при всех попытках Славы и Негорада рассказать о том, как это весело мыться отдельными компаниями девочек и мальчиков, все равно разделить их восторг мне было сложно. Брат рассказал, что это место далеко и ниже по течению реки. Так как я стала переживать, что вода будет приходить грязная к нам летом. Дальше мы поболтали про детство, накидали план, где и как будет стоять баня. Я предложила, чтобы она стояла недалеко от реки и обязательно на сваях. И чтобы от ее двери шли мостки в воду, ведь и окунуться можно в прохладную воду после жаркой парной, да и наполнять баки так будет куда удобнее. Чем ближе водоем, тем короче путь с ведрами. Все согласились, так как никто не понимал до конца, что должно получиться в итоге. Рассчитали примерное количество материала, который потребуется на строительство. Перекусили. И я попросила Негорада проводить Славу домой, так как день был тяжелый, да и смеркалось уже.
— А как же ты? — мялся брат, но было видно, что отпускать похорошевшую помощницу одну он тоже не хотел.
А побыть с ней наедине, думаю, вообще был безумно рад. Все-таки и я была молодой. И в моем организме бушевали гормоны, и трепыхалась любовь. Я знаю, как это остро, как это приятно и волнительно — любовь в первый раз. Поэтому заверила, что доберусь сама благополучно. И отправила их прохаживаться вдвоем при свете первых звезд. Влюбляться сильнее, узнавать друг друга и очаровываться то ли моментом, то ли друг другом.
У меня осталась корзинка с недоеденным провиантом. Что тоже было не плохо. Посидеть с чем-то вкусным наедине, тоже приятно время от времени. Только были, как всегда, но… Еда без соли, специй и соусов для меня была не вкусной. И одной побыть в этом мире мне почему-то сложно. Так как обязательно кто-то да появляется. На этот раз не знаю, что именно притянуло ко мне мужчину мое обаяние или недоеденный провиант в корзине. Но обо всем по порядку.
Глава 20
Радигост
После разговора с Стеханой нет-нет да всплывали мысли о ней. Не могу сказать, что я был в восторге от ее внешности, но отдавал себе отчет, что она была красива, не было желания проучить и заставить ее подчиняться, хотя соглашусь, что непокорных подчинять куда интереснее, чем покладистых. И вроде жизнь нас больше не должна была нас сталкивать, ведь до исцеления она мне не встречалась, и то, что она есть на этом свете, я знал из-за того, что Кремлина работала в моем замке. Но мысли о ней все приходили и приходили в голову и я не мог с ними ничего сделать. Мне было интересно, что она еще придумает, чем развлечет сельчан, что она ела, как спала, не мерзнет ли на улице. Не обижает ли кто. И постепенно для меня это становилось все важнее, я думал об этом все больше. И мне это стало очевидным, непривычным и неправильным. Зачем я выделяю одну сельчанку из всех своих людей? Она живет так же как и все. И пользы от нее для меня не больше, чем от других, только вот еще силы пришлось тратить, чтобы жива осталась. И только я решила, что надо заканчивать, пресекать поток мыслей о ней, как до меня дошел слух о том, что она выходит замуж за Кареслава. И даже был озвучен выкуп.
Я не знаю почему, но у меня внутри все закипело. Совершенно несвойственные для меня чувства. Я знаю, что такое злость. И в моем исполнении она страшна. Но это была не она. Что-то непонятное, неведомое мне до ныне стало изводить изнутри. И я не мог с этим ничего сделать.
— Что ты тут делаешь? — нашел девушку на самом краю их земель у самой реки.
Я не знаю, само так получилось при облете Земель, или я летал в поисках её? Да и мне стало все равно. Было просто радостно увидеть эту чудесную девушку. Понимать, что у нее все хорошо, и еще больше радовал тот факт, что она одна.
— Пикник устроила, — не думая и минуты не пугаясь от моего внезапного появления, ответила девушка.
— Что устроила? — не понял значения нового для меня слова.
— Перекус на свежем воздухе в красивом месте, — указала она на корзину и скомканный кусок ткани на большом ледяном валуне.
— В одиночестве? — удивился я и стал искать подвох, высматривая кого-то поблизости.
— Нет, но пикник закончился, и я осталась одна, —
