…- Привет. — Доброго. — Здорово. — Да, попали, беда со снаряжением. — Доброго. — Дела отлично. — Не жалуюсь… — пробираясь к длинной стойке и суетящимся за ней гоблиншами-кухарками, отбивался Юра от знакомых и не очень офицеров, которые отчего-то резко захотели с ним поякшаться. Прям как ровесники с тем подростком, которому родители подарили самый крутой на деревне мотоцикл.
Мотоцикла у Юры не было, точнее был — особый местный, но он никак не хотел работать. Зато имелась в наличии небольшая победа, которая на фоне произошедшего разгрома, казалась солидно больше, чем она есть на самом деле. Слухи среди монстров расползались со скоростью ветра, и в этих слухах блистательный Юрша играл не последнюю роль. Ну, может не блистательный, но уж точно не ударивший в грязь лицом.
Отздоровавшись и подойдя к командующим за стойкой поварихам, молодой человек немедленно получил порцию зелёной женской любви. Даже две порции и компот. Весьма радовало то, что любовь выражалась исключительно в продовольственном эквиваленте, ведь если наполнить местными гоблиншами майский выпуск журнала Плейбой, то июньские спермопотери среди читателей рискуют упасть на добрые 100 % процентов.
Получив хлеб, зелень и большую тарелку рагу из кабана, попаданец занял место за длинным общим столом. Не успел он зачерпнуть ложкой порцию аппетитно пахнущей массы, как рядом с ним буквально материализовались Стилет, Рахан и Свисток, которые на правах боевых товарищей уселись на соседних местах.
— Хотите свою порцию «кулинарного счастья», штурмуйте бастион кухарок самостоятельно. Или попросите Белку, он в этом деле мастер, — пошутил взявшийся за еду Юра.
— Нужно нам твоё рагу… — отмахнулся гордый Стилет, однако воздух носом потянул заинтересованно.
— Экая несправедливость, я тоже герой недавней осады, а ел кашу с олениной! — обиженно вставил Свисток.
— Рагу из кабана только для старших офицеров и только для гоблинов, а то для троллей и огров не напасёшься, проглоты бездонные, — прокомментировал недовольство собрата Рахан. — И вообще, — продолжил он, — обычные бойцы не первой густоты уху хлебают и не возмущаются? Ты чем-то недоволен? — подытожил он и принялся ковыряться в зубах тонкой острой щепкой.
— Снабжение фракции тот ещё головняк, — заговорил Стилет. — Разведчики, из тех, которые следят за лагерем гноллов, докладывают, что самая частая причина сор у вонючих псин — ссоры из-за еды. Доходит до убийств. Псины к этой теме вообще чувствительны: у них типа считается, что кто лучше жрёт, тот и главнее. Эллегии даже пришлось посадить всех на типовой рацион, чтобы пресечь обиды из-за жратвы.
— У них там стая, а мы — существа социальные, у нас общественная иерархия, — гордо вставил Свисток.
— Курятник у них там шерстяной, а не стая, — зло прокомментировал сказанное Стилет.
Возникла пауза, во время которой Юра активно работал ложкой и хрустел похожими на салатные листьями.
— Это, — прожевав, оторвался от еды попаданец. — Нет информации зачем нежить нам стену попортила? Главным образом мне не ясно почему они после в атаку не пошли? И зачем днем припёрлись? — спросил он.
— Увязли бы они во внутренней структуре лагеря, вот и не пошли. Демонстрация это. «Демонстративное подавление», — уверенно произнёс Стилет.
— И всё же что-то здесь не вяжется… — задумчиво произнёс Юра, после чего вернулся к рагу.
— Завтра на совещании Аринтон всё скажет, у него голова большая, — вставил Свисток.
— А сегодня что, утренней планёрки не было? — с полным ртом пробубнил попаданец.
— Нет, почему-то не было. Отменили. Наверно из-за восстановительных работ, — ответил Свиток.
Рахан, который среди зелёных командиров всегда отличался обстоятельностью, бережливо убрал в карман своей грубой куртки щепку-зубочистку, после чего произнёс:
— Знаете, в чём слабость Зелёной фракции?
Присутствующие моментально направили своё внимание на него. Даже сидящие с другой стороны стола тролли притихли.
— Слабость Зелёной фракции в Аринтоне… — озвучил свою мысль гоблин.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты это о чём? — недовольно произнёс Стелет.
Приняв мрачно-авторитетный вид, Рахан заговорил:
— Предположим, численность Серой фракции ровно 200 000 монстров. Из них 199 900 тупая, пусть и не всегда слабая нежить, однако оставшаяся сотня в виде Серых стражей и Старших личей — способные принимать ответственные решения командиры. Заметьте, не аналог наших старших офицеров, а нечто уровня «Полководец» и выше. Тот же Проповедник — та ещё заноза в заднице, по слухам, он есть среди нежити большой авторитет и опытный управленец.
Далее возьмём гноллов. Пусть из зверолюдей в Желтой фракции один лишь Эллегия, зато Гноллы-генералы — естественные командиры, способные командовать большими отрядами своих собратьев при помощи телепатии. Хорошо хоть их у врага всего пара десятков, но они есть. А что мы? У нас за всех думает Аринтон. Увы, это наша специфика как вида — гоблины, тролли и огры социальный, но сброд. Командующий выбрал и обучил старших офицеров, и мы хороши, не спорю, но мы боевики, а не стратеги. Наш предел — эффективное командование парой — тройкой отрядов. Смешно, но у Аринтона даже вменяемого зама нет. Есть Белка, но амбиции этого похотливого тролля не выходят за рамки его бравого отряда. И не обладай этот — чавкающий как молодой кабанчик заблудший непонятным статусом, — ткнул гоблин в Юру своим узловатым пальцем, — замом бы давно стал он… Но глаза нашего Юрши светятся желанием побыстрее свалить в свой родной Озоторг и, что обидно, мы даже не в праве его за это осуждать…
«Я правда чавкаю? — панически подумал попаданец. — А ведь он до обидного прав», — осмыслив общий смысл услышанного, подумал Юра.
Стол погрузился в тягостную тишину.
— Со сказанным сложно спорить, но всё же мы не должны поддаваться унынию, — махом залив в себя остывший травяной чай, прервал тишину Юра. — Да, наша беда в том, что у нас есть только Аринтон, но он же и наше большое счастье, счастье, что он у нас есть… Предлагаю не вздыхать, а ценить то, что имеем, не забывая при этом свои слабые стороны. Кстати, я как раз собираюсь зайти к Аринтону. Только в баню наведаюсь. Может что узнаю до вечера, — задумавшись над своей новой проблемой, а именно, где раздобыть подобие зубочистки, произнёс молодой человек и встал из-за стола.
От сказанного настроение слушателей слегка улучшилось.
И всё же, несмотря на показную браваду, слова Рахана оставили некоторую тревогу в душе, солидно подпортив приподнятое с утра настроение.
***
Женя — товарищ Юры по команде, как-то размышлял на тему, что объявить основным инстинктом сексуальный, может только очень зажравшееся человечество. В смысле расстановки первоочередных приоритетов, режиссёры второсортных зомби-ужастиков, по его мнению, являлись куда более прозорливыми людьми. Да что говорить, даже мертвецы из их фильмов знали толк в самом необходимом, ведь мозг есть весьма питательная субстанция.
В первый месяц гоблинского плена, Юра питался довольно регулярно. В понедельник у него был завтрак, во вторник обед, а в среду ужин. А с четверга по воскресенье — разгрузочный день. В общем, с тем, что, когда очень хочется есть, жизненные приоритеты сильно меняются, он соглашался вполне искренне.
А вот дальше мнения разделились. Сам молодой человек после голода ставил холод, от которого в своё время настрадался, прямо моржом поневоле стал. Но закалка это одно, а когда тебе холодно двадцать шесть часов в сутки — совсем другое. Женя в этом вопросе с товарищем не соглашался и настаивал, что за голодом по степени угнетения идет физическое состояние, ведь когда у тебя что-то болит, тебе порой и не до голода и не до холода и тем более не до противоположного пола.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Это всё к тому, что лишь когда ты накормлен, у тебя ничего не болит, а голая задница не покрывается инеем, то тогда можно и детей заделать.
