Потом Коратцо осознал, что он конкретно подставляет Сигурда. Вполне могут найтись те, кто запомнил, что именно ванир был тем посетителем, после визита которого лавочку вчера прикрыли. Пришлось пустить слух, что настучали на братца позавчера, а вчера днем его исключительно ловили. Вроде бы пираты поверили. Коратцо проверял мысли некоторых визитеров и ему попадались отрывочные воспоминания именно о позавчерашнем везунчике, заполучившем золото. Сигурд может спать спокойно.
Но удовольствие от удачно найденного способа немного активизировать поиски смазалось отсутствием известий о брате, скрывшемся вчера от магов. Пираты исправно забирали три золотых, обещали непременно обо всем докладывать, но на главную награду никто из них так и не покусился.
Оставалась надежда на Тару. Дух долго пользовался её телом, и вполне возможно, девица сумела запомнить некоторые его привычки или те места, в которые он любил заглядывать. От ответов воительницы зависело очень многое. Коратцо хотелось сначала разобраться с более мелкой рыбешкой, но если Тара не скажет ничего полезного, придется переключать внимание на брата-мага.
На шестой послеполуденный колокол Коратцо закрыл «Сто золотых за человека» и отправился домой к оружейнику. По пути заглянул на «Хлебную». Просто так. Проверить. На этот раз ничего интересного.
Чтобы не жалеть о потраченном на обход времени, Коратцо решил воспользоваться благами базара. Купил у хлеботорговца три горячие сдобные булки с медом, потом разжился кувшином молодого вина и, устроившись под уютным навесом, приступил к трапезе.
Вообще-то дух Камня потребности в пище не испытывал, просто пытался приобщаться к человеческим традициям. Еда и вино занимают не самое последнее место в людском миропонимании. Так что придется учиться по достоинству оценивать вкус тех или иных продуктов. В этом деле Коратцо опирался прежде всего на воспоминания зингарского пирата, чьим телом он сейчас владел, и на привычки окружающих.
Булки с медом и молодое вино должны были ему понравиться, потому дух и получил от них удовольствие.
Потрапезничав Коратцо поспешил в ремесленные кварталы. Сигурд должен вот-вот придти, а девица скорее всего уже очнулась.
Оказалось же, что наоборот. Дверь Коратцо открыл Сигурд и поинтересовался, скоро ли Тара придет в себя.
— Странно, — заметил дух. – Уже должна была. Она как выглядит?
— Нормально, — ответил ванир, пропуская Коратцо внутрь. – Мы тут с Черсом перекусили. Оставили тебе немного мяса и вина.
— Спасибо, я поел, — сказал дух Камня и понял, что его терзает какая-то странная мысль, словно он забыл нечто очевидное.
— Ты чего? – поинтересовался Сигурд.
— Вспоминаю что-то, — сказал Коратцо, усаживаясь на стул, — а вспомнить никак не могу.
— Бывает, — посочувствовал ванир.
Тут слух Коратцо потревожил тихий звук, отдаленно напоминающий стон. Сигурд, казалось, тоже что-то расслышал.
— Не пугайтесь вы так, — посоветовал незаметно подкравшийся Черс. Пареньку надоело дежурить у постели раненой воительницы. – Это Бродо орет. С голодухи.
— Вот оно! – хлопнул рукой по столу Коратцо. – Мне оружейник-то покоя и не давал. Совсем нехорошо мы с ним обошлись.
— Правда, Черс, — согласился с духом Сигурд, — почему с голодухи? Ты что его не кормил?
— Не-а, — признался юнга. – Я хотел, но меня его дружки просто достали. Всё норовили в дом вломиться. Вот я и решил, пусть за них страдает.
— Какие дружки? – встрепенулся Коратцо.
— Приходили сегодня днем, — сказал Черс. – Сначала двое каких-то толстяков требовали от меня, чтобы я сказал им, где Бродо. Этот гад в подвале, видать, их голоса услышал и как начал заливаться. Сволочь. Хорошо, толстяки не только тупыми, но и глухими оказались. С ними в общем проблем не было.
— А с кем были? – задал наводящий вопрос Сигурд.
— С заказчиками, — мрачно сказал Черс. – Это не товарищи по базарной торговле. От них просто так не отделаешься. Утверждали, что Бродо им к сегодняшнему дню обещался сработать два десятка метательных ножей. Деньги они внесли, а товара пока что не получили.
— Гадко, — согласился Сигурд. – Сколько их хоть было?
— Как и толстяков, двое, — ответил Черс. – Я не сразу сообразил, что делать. Сначала хотел им ключи от лавки отдать, чтоб сами всё взяли. Но потом решил, что так только внимание лишнее привлечем. Думал, может сходить к Бродо, объяснить ситуацию, что да как. Потом вспомнил, что он не кормленный, не поеный, и вчера мы с ним нелестно обошлись. Понял, в положение наше торговец входить не захочет. И тут меня осенило. У нас здесь осталась часть того золота, что мы наколдовали для выплаты вознаграждений. Спросил я у заказчиков, сколько они Бродо за ножи заплатили. Они подвох какой-то заподозрили, отвечать отказались. Ну, я и сказал им, как на духу: запорол Бродо ваш заказ, но торговец он честный, и расходы возместит, и неустойку заплатят. Ребята эти хоть и мрачные были, но хитрецы еще те. Такую сумму назвали, что мне чуть плохо не стало. Поторговался немного с ними для приличия и пошел выскребать золотишко из наших запасов.
— Как всё непросто, — заключил Коратцо.
— Вот и я говорю! — выразил полное согласие Черс.
— Всё равно зря ты хозяина не покормил, — посетовал ванир. – Не по-людски это.
— Да я собирался, — признался юнга, — а тут вы пришли, вот и вылетело из головы.
— Иди, отнеси ему мой ужин, — сказал Черсу Коратцо.
Юнга взял со стола кувшин вина и тарелку с мясом и направился в сторону подвала. Сигурд и Коратцо внимательно слушали. Вот Черс спустился по ступенькам. Послышались радостные вопли Бродо, которые тут же перешли в отборную ругань, стоило юнге вынуть изо рта кляп. Оружейник обличал, возмущался и требовал. Коратцо с нетерпением ожидал звука разбитого кувшина или грохота от летящей в стену тарелки. Но ничего такого не происходило. Наоборот, Бродо через какое-то время умолк, а из подвала вылез улыбающийся Черс.
— Ну, как? – спросил ванир.
— Я сказал, что через четверть колокола, — ответил Черс, — я снова заткну ему рот кляпом и если он не успеет за это время поесть, это будут исключительно его, оружейника, проблемы.
— Такой молодой, а такой злой, — усмехнулся ванир.
— Я справедливый, — самоуверенно заявил Черс.
— Пошли наверх, — предложил Сигурд. – Тара уже должна вот-вот очнуться, если верить словам Коратцо.
— Постой, — сказал дух, — у меня есть к тебе разговор.
Черс засобирался в комнату Тары, чтобы не мешать беседе. Но Коратцо его остановил.
— Останься, — сказал он. – Твоя голова в этом деле лишней не будет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
