Глаза мужчины, напоминающие сейчас два черных угля недовольно вперились в неё, встретив её собственные глаза, не менее недовольные. Мужчина медленно встал и подошёл к её столику, опустившись на стул.
— Не успел я уехать от тебя банши, как ты уже здесь, — проговорил он, недовольный её нахождением в этом месте.
— То же самое я могу сказать и о тебе: не успела я избавиться от тебя, как ты снова появился, — раздосадованно бросила Вирджиния, окинув взглядом этого шотландского паразита.
— Удивительно просто, что в одно время, да ещё в одном месте мы встретились с Вами. Не так ли? Может Вам так невыносима разлука со мной, не взирая на то что Вы говорите обратное?! — насмешливо ухмыльнулся горец, пронзив её прямым взглядом.
— Чтобы такое произошло меня должна будет укусить собака с бешенством, в здравом же уме я никогда в жизни не буду горевать по Вам. Так что спуститесь с небес, лорд Аргнет. Это всего лишь досадная случайность.
— Ну кому досадная, а кому даже очень приятная, — нагло улыбнулся он, продолжая взирать на лицо Вирджинии. — Правда мне интересно одно, что Вы делаете здесь? — став уже серьёзным, спросил он.
— Не Ваше дело. Я свободная личность, куда хочу туда и хожу, — пронзила она его колким взглядом, испытывая раздражение.
— А мне казалось жених должен быть осведомлён о том, где находится его невеста и что она там делает!?
— Но так как я не Ваша невеста, то и знать Вам об этом необязательно.
— Ладно. Главное, что теперь Вы в моей компании.
Услышав это Вирджиния поморщилась.
"Лучше бы я сидела дома", — с сожалением подумала она, кляня себя за это импульсивное решение приехать сюда.
— Ну раз уж мы здесь, то давайте выпьем?
— Как я уже и говорила: Раз я обречена сегодня на Вашу компанию, то конечно лучше выпить.
Мужчина рассмеялся, а потом его глаза моментально сделались пристальным и он проговорил:
— Скоро Вы не только на сегодня, а на всю жизнь будете обречены моей компанией.
— Уж лучше умереть, чем это.
— Только после меня.
— Значит моя смерть завтра.
— А сегодня Вы намерены меня убить?
— Если Вы будете не намерены распускать свои руки, то живите. А то знаю я Вас, когда Вы готовый…. Готовый не только по состоянию, а и готовый по чужим покоям шастать.
— Ну я не настолько мазохист, чтобы снова получить от Вас, — с веселой улыбкой ответил он, не сводя с неё взгляда.
— А я думала обратное.
Через десять минут им принесли заказ и Вирджиния тут же потянулась к бокалу.
— За тебя, банши.
— Можно было обойтись и без банши, — возмущённо бросила она и приложила свой бокал о стакан мужчины.
— Вот станешь хорошей девочкой, тогда будет без неё, — издевательски бросил он, наградив её глумливым взглядом.
— А ещё что тебе, горец? Может по другой щеке вмазать, чтобы губу не раскатывал? — озлобленно бросила она, вперив в него разъяренный взгляд.
— Не надо. У меня ещё между ног не пришло в норму, а ты хочешь наградить меня новой неприятностью. Давай сегодня обойдёмся без рукоприкладства. Вот приду я домой поздно и пьяным, тогда можешь бить меня сколько угодно, я согласен. А пока не за что, — вновь направил новую издёвку в её сторону мужчина.
— А ты вижу от А до Я всё распланировал и обдумал. Не боишься, что это может не осуществится?
— У тебя нет другого выхода, как принадлежать мне, — твёрдо произнёс он, после чего Вирджинии захотелось в ту же секунду его придушить.
"Спокойно, Вирджиния. Он намеренно хочет вывести тебя из себя", — успокаивала себя женщина, пытаясь не вестись на провокацию мужчина.
Она не поддалась на его фразу и молча пригубила крепкий алкоголь.
Прошёл час, и за выяснением отношений с горцем она не заметила как выпила больше положенного. Отставив от себя недопитый бокал, она посмотрела на горца и испугалась. А всё из-за того, что в ней возникло желание к нему.
"О боже, только не это. Вирджиния приди в себя. Это же шотландский паразит. О чём ты думаешь!?", — самобичевание Вирджинии мимолётно пронеслись в голове и унеслись вдаль, разбившись о его глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Внимательные глаза, в которых было такое же желание, как и у её.
Тяжёлый взгляд мужчины не отрывался от Вирджинии, проявляя в глазах усиливающийся блеск.
Вирджиния отвернулась.
"Вирджиния, ты кремень. Только не вздумай идти на провокацию своего тела".
Вид женщины сейчас напоминал борьбу добра и зла. Одна часть молила о пощаде и пыталась образумится, вторая, пасть перед своим желанием и отдаться ему.
"Хрен редьки слаще. Раз, два, три… О, Господи, о чём мне подумать, чтобы отвлечься?", — спутанные, сбитые с толку мысли Вирджинии понеслись в её голове в поисках спасения. Но взгляд то и дело возвращался к мужчине. В голову бесстыдно полезли мысли, как он её целует, а потом раздевает, лаская её тело нежными поцелуями. С каждой мыслью интимный процесс доходил всё дальше, а тепло внизу живота становилось всё жарче.
— Я пойду выйду на улицу, — резко подскочила она со своего места, и больше ничего не сказав, помчалась на выход. Выйдя наружу, она вдохнула прохладный воздух и облегчённо выдохнула.
"О, Господи, ещё бы чуть-чуть и всё дошло до критического момента".
Стоило ей об этом подумать, как кто-то бесшумно подошёл к ней со спины. Тепло чужого тела осязательно почувствовалась на своей коже и Вирджиния непроизвольно поежилась. Потом чья-то рука легла ей на живот и прижала к себе. Уткнувшись в мужское тело у Вирджинии перехватило дыхание. Мужчина склонился к ней и прошептал возле её уха:
— Я вижу, что ты хочешь меня так же, как и я тебя.
Сердце Вирджинии замерло, а нежное тепло от его дыхания пробудило в ней желание ещё больше.
Мужчина прижал её к своему телу и Вирджиния почувствовала, как что-то твёрдое уткнулось в её поясницу. Дыхание мгновенно отяжелело, а мысли поплыли к кровати и к тому как этот мужчина лежит на ней, медленно двигаясь.
Вирджиния вмиг отстранилась от него и обернулась.
— Не совращай меня, горец. Я тогда точно оставлю тебя здесь без всех жизненно важных частей твоего тела.
"Вирджиния Клеверли, по матери Уотерли, а по бабушке Лодли, держи себя в руках. Ты выше этого глупого возбуждения".
Вирджиния нервно глотнула, а потом перевела уверенный взгляд на горца.
— Специально меня напоил, сволочь. Так и знала, что от тебя ничего хорошего не стоит ожидать.
— А мне показалось, что ты сама так увлеклась алкоголем, что с удовольствием осушала бокал за бокалом!? Неужели показалось?! — с насмешкой бросил он, продолжая находиться в непозволительной близости от неё.
— Если бы ты меня меньше раздражал ничего бы такого не было. А так я просто изгоняла стресс.
— И по видимому не только стресс.
— Если ты о том желание, которое случайно и на несколько секунд по ошибке возникло во мне, то ты ошибаешься.
— Значит всё-таки мне не показалось и ты действительно хочешь меня, — довольно проговорил мужчина, продолжая загораживать собой вход в таверну.
— Было и прошло. Всё. Я домой. Была не рада с тобой посидеть. Споил проклятый горец и чуть не изнасиловал, — пролепетала она, и развернувшись, в ту же секунду резко помаршировала к карете.
— Давай хотя бы проведу, гордая банши, — через несколько секунд догнал он её и стал идти рядом.
— И сама дойду.
— Дойти, то дойдешь. А вот как залезешь… Не хотелось бы, чтобы ты валялась на земле возле кареты, открыв свою красу посторонним. Я то этого ещё не видел, и делится с другими не намерен.
Вирджиния резко остановилась. Вспыхнувшая мгновенно ненависть заставили её сжать ладони и с убийственным взглядом повернуться к горцу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Сейчас не я, а ты будешь лежать здесь, кобелина. Чё ты увязался за мной!? Я тебе вообще-то не позволяла себя провожать.
— Ух, сколько страсти льётся из твоих уст, банши. Не был бы я настолько совестливый, взял бы тебя прямо здесь и сейчас.
