Сегодня был въезд в Токио Императрицы, после отлучки в Хиросима. Наша Женская школа выходила встречать, и ей дано было по дороге отличное место, полиция поставила ее у самой линии следования процессии, так что девочки наши смогли сделать реверанс Императрице своей в самом виду у ней. Народу было почти также много, как вчера.
20 мая/1 июня 1895. Суббота.
Утром, до шести часов, Петр Мисима заявился, и сказано ему, что на Хацидзёосима поедет Илья Яманоуци, что он, впрочем, вчера еще знал. Мисима пустил, что Окуяма — разбойник (с оружием грабивший) на всю жизнь определен был на каторгу и только что помилован после двадцатилетней каторги, что вчера вечером, ночуя у Павла Хиронако, узнал все это, что Хиронако отказался от поездки фотографом на Хацидзёосима и в смущении, что рекомендовал такого человека, — тем не менее я не мог ничего сделать, как дать Мисима одну ену на дорогу обратно в Мито, сказав, что о месте служения его будет рассуждено, когда соберутся священники на Собор. Хотел было он взять содержание на шестой месяц, обещанное вследствие слезной просьбы его жены, но я побоялся, что он с ним останется здесь и все растратит, а после месяц нечем будет жить, и потому содержание это — шесть ен, отослано сего дня в Мито на имя его жены.
Захворал дизентерией катихизатор на Сикоку Иоанн Иноуе; очень жаль будет, если помрет, — человек способный и усердный.
Завтра Великий праздник Сошествия Святого Духа, но на всенощной весьма мало было христиан; без учащихся Собор почти совсем был пуст; и устали же мои бедные девочки и мальчики, поя такую трудную службу, как сегодняшняя, особенно такие трудные ирмосы! — Господи, скоро это проснется японский народ и массами двинется к Свету Божию? Добрый он народ, слова нет; много нравственности в нем, без чего, верно, бы так, как пошли хананеи, ниневитяне, перуанцы, мексиканцы; «естественное законное творимое» хранило его доселе, но пора бы уже ему открыть глаза, узреть хранившего его Бога и поклониться ему!
21 мая/7 июня 1895 года. Воскресенье.
День Святого Духа.
Богослужение совершил я с о. Романом Циба и Ф. Осозава. О. Павел Сато говорил очередную проповедь. На вечерню облачался и он; на вечерне священнослужащие также стояли с цветами в руках. Во время службы смущал меня диакон С. Кугимия своей невнимательностью или забывчивостью. Молящихся было довольно много; но, как всегда в воскресенье, немалое число язычников увеличивало людность. Пред Обеднею совершено крещение человек восьми, и потому причастников было очень много; с детьми считая.
За Обедней появился новый богомолец — Игнатий, сын Якова Димитриевича Тихая, приехавший в отпуск к матери; обучается в мореходных классах в Херсоне, а прежде учился в Духовном училище в Одессе; ныне ему уже семнадцать лет; по–японски забыл все.
Яманоуци даны книги для Хацидзёосима, не весь запас, каким может снабдить Миссия, а необходимое для начала преподавания вероучения — человекам тридцати слушателей и тридцати ученикам. Прочее все, что нужно, обещано выслать по его письму чрез два месяца, если понадобится. Сомнительно, чтобы были большие успехи. В епископальном журнальце напечатано, что и оттуда собираются на проповедь в Хацидзёосима. Должно быть, Окуяма и у них, а может, и у других, клянчил так же настойчиво, как у нас, в видах пригнать больший прилив мудрости к своему берегу.
Раздосадовал учитель Андрей Минамото, академист, леностию по проверке ученических сочинений: на дрянном сочинении — 5, на яснейшем по мыслям и умнейшем (Саваде, в Катихизаторской школе) — 2, с отметкой «не ясно», и выговором за это. Сделал ему строгое замечание и отдал перечитать и поправить свои отметки.
22 мая/3 июня 1895. Понедельник.
Святая Троица.
Перед обедней был из Коодзимаци о. Павел Савабе спросить о деньгах, подписанных на «Адмирале Корнилове» на утварь для его Церкви. Я ему показал деньги — 130 ен, сданные мне о. Стефаном, священником крейсера, и сказал, что за эти деньги, быть может, уже идет сюда прибор сосудов, выписанный о. Стефаном из Владивостока. Потом убеждал о. Павла найти для Церкви в Коодзимаци более удобное место, чем нынешнее, и купить его; христиане его прихода должны это сделать и имеют средства сделать, там есть богачи — Моисей Хамано, нынешний член Парламента, и приобретший известность в Токио капиталист, Моисей Тодороги — тоже очень богатый старик, Павел Хирума, немало и других состоятельных. Если будет приобретена удобная под Церковь земля, то построить Церковь помогут русские, с военных наших судов — как ныне же вон дают деньги приобрести хорошую утварь; можно и в России попросить помощи. О. Павел ушел одушевленный, но не знаю, хватит ли его одушевления на исполнение предпринимаемого, а мог бы он сделать эту великую услугу Тоокейской Церкви!
За литургией мало было молящихся, почти одни учащиеся. Был, между прочим, Окуяма с Хацидзёосима. После службы заходил ко мне вместе с Ильей Яманоуци. По–видимому, в восхищении от службы и тронут ею; разговор все возвращался к тому, что очень благодарен, что дают катихизатора, и обещался всячески содействовать основанию Церкви в тех местах. Говорил, что Павел Кикуци на Огасаварадзима — первый капиталист ныне, владеет самыми большими там сахарными плантациями, даже одним целым островом, «приобретение которого ему стоило двух писем к губернатору только, но который стоит семь тысяч ен».
Был, в продолжение дня, некто Smart, миссионер из банды бишопа Корфа в Корее; учится здесь японскому языку, чтобы проповедовать в Корее японцам, живущим там по торговым и другим делам; второй раз он уже у меня; человек крайне добрый, но крайне недалекий, как англичанин, авторитетно судит о всем и всех; нужно сдерживать улыбку при иных его суждениях, но и то важно, что на все отзывается и все ему не чуждо; этим и сильна Англия — солидарность всех своих членов, духовных и светских, во всех своих интересах, светских и духовных.
Епископальный миссионер Armine King, один из лучших у них, пожертвовавший когда–то десять долларов на постройку нашего Собора, письмом спрашивал; «переведены ли у нас Правила четырех первых Вселенских Соборов?» Еще, «где можно купить недавно отпечатанный наш Служебник?» Я ему послал в подарок обе книги: «Служебник» и «Книгу Правил»; он трогательным письмом благодарил.
23 мая/4 июня 1895. Вторник.
По сегодняшним газетам: «Майници симбун»: «В храме (у нас) на престол упало письмо, содержание его неизвестно; но после него полиция и переодетая, и в свой форме строго охраняет внутренность и внешность Миссии». «Цихоо симбун»: «Ежегодно в пятом месяце в Сендае (sic) производился большой Собор Японской Православной (Греческой) Церкви, на который отправлялся Епископ Николай; но ныне из подлежащего ведомства (соно судзиёри) ему сделан был намек, чтобы воздержался от путешествия, — и потому Собор отменен». Ложь мешается с истиною: в Соборе у нас, действительно, подсунуто было на аналой, под икону, угрожающее письмо; но полиция еще прежде стала охранять Миссию. В Сендае действительно отменен собор, но больше по неудобству производить там Собор, и он был там в первый раз ныне проектирован; прежде же никогда не был, и не в пятом, а в седьмом месяце Миссия всегда производила Собор в Токио, или в Оосака.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
