В голове все окончательно смешалось, от удивления даже рот открылся. Эф встал на задние лапы, тронул меня передней за плечо и зашелестел удивительно теплым голосом:
– Ни твой кровожадный ангелочек, ни этот псевдоумный блондин – оба не дураки, вот совсем. Потерять тебя – это для них полнейший слив. Им твоя помощь нужна, но сначала каждый будет навязывать тебе максимально удобный им вариант. Не сумеют – начнут искать компромиссы. С тобой, друг с другом. Чтобы получить хоть что-то. Того и жди, раз первая ставить условия стесняешься.
А ведь он прав… Лина, несмотря на все мои выходки, кинулась вызволять меня и из замка, и из фиолетового города, а Юра был сама вежливость и не причинил мне никакого вреда. Сегодня они оба остались в кишащей Тенями аудитории, велев мне спасаться. Я действительно им нужна, и нужна живой.
Я тяжело вздохнула и призналась:
– Мне страшно.
– Справишься. – Эф ласково провел кончиком хвоста по моей щеке и чуть склонил голову набок. – И хватит сопли распускать. А то мне лениво второй раз сушиться.
Я закусила губу и, не совладав с накатившими чувствами, обняла его. Он не стал вырываться. Шелестяще заурчал и потерся щекой о мое плечо. Ух ты! Я тискаю главную Тень! С ума сойти!..
В коридоре раздались шаги, скрипнула дверь.
– М-да… – ошарашенно выдали из-за двери.
На пороге показался Лейман с круглыми, как спутниковые тарелки, глазами.
– Костик, не ревнуй, – хихикнул Эф, и не думая слезать с моих коленей. – Кто пришел в кружевном платьице, тот и няшка.
Невольно представила себе няшку Леймана, не удержалась и тоже хихикнула.
– Жаль прерывать столь трогательную сцену, – хмыкнул он, – но у тебя гости. И думается мне, ты их не звал.
Эф навострил уши, слетев с моих колен. Вскарабкался по стене к панели с кнопками. Пара нажатий когтистым пальцем, и на вспыхнувшем подобии дисплея забегали красные линии, словно на кардиомониторе. Судя по дергающимся зигзагам, пациент находился на грани сердечного приступа…
– Да ёкарная бабайка их пожри, – прошипел Эф, – и сюда явились.
– Тени?.. – пискнула я.
– А то ж! – Он спрыгнул со стены. – Тоже не дураки. Вычислили, где прячусь. Костик, хочешь абонемент на безлимитное борзение?
– Смотря что надо делать, – ухмыльнулся тот.
– Увести ее отсюда.
– А почему она до сих пор здесь?
– Испугалась, и портал схлопнулся, – пояснил Эф, сковыривая когтями плитку с пола – одну, вторую, третью – и швыряя их в тазик. – Минут через десять можно будет попробовать с ней еще раз.
– Их там много, знаешь ли, – отметил Лейман. – Ты столько потянешь?
Тот фыркнул и, вытащив очередную плитку, обратился шариком дыма и просочился сквозь пол. Ничего себе… Вдалеке что-то громыхнуло, красные линии на дисплее задергались как ненормальные. Я на ватных ногах поднялась с лавки, шагнула к Лейману. Он хапнул меня за руку и потащил в коридор, зыркнув так, будто неистово мечтал прибить и сказать потом Эфу, что это вышло случайно. За порогом сердце от ужаса подпрыгнуло к горлу и едва не вылетело наружу. Потолок был затянут черными тучами с прожилками молний, в воздухе летал пепел, стены плавились и с шипением стекали вниз. Лейман мчался вперед, не особо заботясь, что творится у него за спиной. Вот, оказывается, что чувствует маленькая беспомощная машинка на буксире у летящего с горы грузовика!
– Я про тебя никому ничего не скажу, – клятвенно заверила я, чудом лавируя на каблуках и едва вписываясь в повороты. Не знаю, что пугало больше: сверкающие тучи, шипение стен или свирепое выражение лица моего якобы спасителя. – Честное слово…
– Да? – насмешливо протянул он, не сбавляя скорости. – Ты же вроде собиралась всем рассказать о том, какой я придурок.
Вот как можно быть таким… таким… Злопамятным!
Впереди замаячил знакомый бассейн, коридор ощутимо тряхнуло. Кракен-осьминог, шевеля масляными щупальцами, выползал из воды наперегонки с зубастыми водорослями, сплошь усеянными острыми иглами вместо листьев. И это туда я падала?! Донесся истошный гул, над нашими головами затряслась крыша и, щедро сыпанув в бассейн трухой, проломилась. Через дыру засочились черные дымчатые силуэты. Боже! Тени уже здесь… Лейман обронил парочку слов, за которые мама непременно поставила бы меня в угол, и замер на выходе из коридора. Я врезалась в него и в панике оглянулась. Пепел бушевал метелью, стены стекли и подбирались к нам расплавленной лужей.
Кракен, утробно рыча, карабкался по стене вверх, водоросли по-змеиному колыхались из стороны в сторону, увеличиваясь в размерах. Лейман скатал в свободной ладони шарик тьмы и бросил его вниз. Тот с шуршанием впитался в глубокую трещину на полу, которая стремительно поползла в обе стороны. Зал с треском отделялся от коридора, я очутилась на краю зияющего пустотой обрыва. Лейман как-то особенно радостно мне улыбнулся и… отпустил мою руку. Гад!..
Соскользнувший с края каблук, ощущение свободного полета. Мир перевернулся раз десять, пустота открыла свои холодные объятия. В ушах засвистело, а затем их попросту заложило – от собственного визга. Влетела я во что-то вязкое и плотное, окутавшее мгновенно со всех сторон. На далеком дне замельтешил крошечный огонек, становясь ярче и отчетливее, а я словно зависла в шаре для хомяков, только этот был соткан из дыма. Шар медленно плыл вниз, а через секунду в него бесцеремонно влез Лейман, заключив меня в тесные объятия. Совсем не скромные! Его руки обвили мою талию, а потом и вовсе спустились ниже, оказавшись в опасной близости от того места, которое вечно ищет приключений.
– Видимо, подвал – это наша судьба, – томно сообщил он мне на ухо.
– Ты специально меня уронил?.. – прохрипела я сорванным горлом. – Почему заранее не сказал, что поймаешь?!
– Зачем? – делано удивился этот хам. – Тогда бы ты так прикольно не визжала.
Возмущение во мне достигло невероятных, почти космических размеров. Ох, сколько всего бы я ему высказала! Не стесняясь в выражениях! Меня бы не остановил даже светлый мамин образ с поджатыми от осуждения губами. Остановило другое – грохот. Бабахнуло адски, пространство наверху расчертило молниями. Кажется, Тени вовсю проходят кракеновский фейсконтроль… Я стиснула зубы и попыталась вывернуться из навязчивых объятий.
– Будешь дергаться – грохнешься, – на полном серьезе заявил Лейман.
Понятия не имею, угроза это была или предупреждение, но я притихла. Вцепилась пальцами в норовящий задраться край юбки и сконцентрировалась на своем дыхании. Вдыхать глубже, выдыхать резче. Говорят, помогает сосредоточиться… Хм, а ведь меня обнимает парень, о котором половина курса мечтает. Столько девушек бы сейчас обзавидовалось! Тьфу, о чем я думаю?! К счастью, Лейману интереснее было высматривать что-то сбоку, чем наблюдать за моей смущенной физиономией. Потом он чуть отстранился, его руки переместились на мою спину.
Опора под ногами появилась внезапно, свет засиял ближе. Дымка зашуршала и рассеялась. Шара не стало, как и объятий. Впрочем, мою руку Лейман не отпустил. Я расправила затекшие плечи, огляделась. Красота какая… Мы были на дне умопомрачительной многоярусной пещеры. Камни в блестках, россыпь кристаллов на стенах, нежная розовая подсветка. На верхнем ярусе, высотой с десятиэтажный дом, стояла гигантская свеча. В ее оплавленном провале сияло пламя, нижние ярусы покрывал радужный воск, стекая дальше подобно волшебному водопаду.
– Готова? – осведомился Лейман.
– Перемещаться домой? – уточнила я осторожно.
– Нет, лепить фигурки из воска. Чур, я делаю улитку. Как символ вечности. Ты же вечно тупить собираешься, да?
Я с трудом подавила желание наступить ему на ногу, вроде как нечаянно. Сверху донесся гул, из темноты долбанула молния – прямо в свечу. Пламя дернулось и чуть не погасло. Но все же выровнялось…
– Готова, – неуверенно пробормотала я.
Пещера завибрировала, Лейман отвел меня к дальней стенке – подальше от воскового водопада – и повторил сегодняшний фокус. Призванный дым закрутился воронкой, на миг поглотив окружающее пространство. Обиженно зашелестел и исчез без следа. Опять не получилось?..
