В современном мире многое зависит от непрогнозируемых изменений настроений широких масс. Этими изменениями можно управлять за счет контроля над национальными СМИ (разумеется, при условии их качественной работы). Надо сказать, что агитационно-пропагандистская работа российских средств массовой информации, несмотря на постоянную критику, раздающуюся в их адрес, не просто эффективна, а высокоэффективна. Практически не существует такого сегмента аудитории, с которым бы прицельно не работала группа средств массовой информации, или отдельный телеканал, или хотя бы передача. Даже относительно небольшие интеллектуальные клубы, почти полностью закрытые от воздействия электронных СМИ, накрываются специализированными журналами или хотя бы отдельными мероприятиями, проводящимися для целевой группы на постоянной основе. При этом минимальный размер такой группы может составлять три-пять человек, а организатор мероприятия являться обычным энтузиастом. Однако то, что такие энтузиасты – лидеры мнения малых групп – постоянно появляются и идут в народ, также оказывается заслугой организованных центральных СМИ, снабжающих энтузиастов аргументацией, дающих им непротиворечивую, логичную версию развития событий, составляющую нечто вроде информационного скелета, общего для всех лидеров мнений, что дает возможность, наращивая на «кости» «мясо и мышцы», не сильно отклоняться от «генеральной линии».
Тем не менее при всей эффективности работы российских СМИ у народных масс есть одна особенность. Иногда они начинают вести себя как прыгающие со скалы лемминги. Вчера еще незыблемые авторитеты теряют доверие. Популярные СМИ больше не собирают аудиторию, а эклектичные программы с невыразительной режиссурой и неясной смысловой нагрузкой вдруг обретают популярность. Логику этих изменений невозможно постичь. Время их наступления нельзя предвидеть. Но в такие периоды вся огромная машина государственной пропаганды становится бессмысленной и начинает работать вхолостую. Более того, люди начинают воспринимать сообщения официальных СМИ от противного, ставя минус там, где их убеждают поставить плюс, и наоборот. В такие периоды массы не просто подвержены альтернативным влияниям – они сами создают альтернативную реальность, живут в ней и часто добиваются того, что эта альтернативная реальность становится настоящей жизнью, подрывая устои государства и до неузнаваемости меняя общество.
Чаще всего (если не всегда) такие периоды наступают, когда народ не понимает действия власти и пытается найти им разумное объяснение. Большая часть людей так или иначе, на любительском уровне, интересуется политикой, но, не обладая достаточными знаниями и навыками в этой области, обнаруживает в своих объяснениях действительности логические разрывы. Легче всего эти разрывы заполняет и объясняет теория заговора.
Теория заговора иррациональна. Как именно она будет трактовать события, действия власти, даже обычные бытовые проблемы, невозможно просчитать заранее. Например, в 1991 году члены ГКЧП пытались спасти СССР от безумной политики Горбачева и от ельцинского популизма. Но народ выступил против них, уверив сам себя (СМИ даже не успели ничего показать, кроме «Лебединого озера» и пресс-конференции), что члены ГКЧП – исчадия ада, мечтающие всю страну отправить в сибирские лагеря. И даже после того, как их правота полностью подтвердилась, после того, как редкий гражданин исчезнувшей страны не лягнул (словесно или хотя бы мысленно) Михаила Сергеевича и Бориса Николаевича именно за то, что им вменяли 19 августа члены ГКЧП, последние так и не были реабилитированы народной памятью. К каждому члену ГКЧП в отдельности (из тех, кого помнят) отношение нормальное, к большинству (кроме Янаева – из-за того что у него дрожали руки) даже позитивное, но к самому ГКЧП, ничего толком не успевшему сделать, – резко негативное.
А ведь именно иррациональная реакция народа на действия ГКЧП похоронила СССР, который и народ, и ГКЧП собирались спасти.
Уже четырнадцать лет абсолютно неадекватно реагирует на внешние раздражители значительная часть народа Украины. Многие почему-то верят, что Порошенко или Яценюк, со времен Кучмы участвовавшие в политике, причем всегда на стороне власти (любой власти, пока сами властью не стали), – оппозиционеры, что США и ЕС только и мечтают, как бы облагодетельствовать каждого отдельно взятого украинца, и лишь мизерное количество отщепенцев – агентов Путина не дает им этого сделать. А если отщепенцев убить, то будет хорошо. А если их больше, чем половина страны, то тоже не страшно – они же «совки», ретрограды, таких убивать сам Бог велел. А им, «совкам», убивать порядочных евроориентированных людей никак нельзя – это покушение на общечеловеческие ценности.
Говорят, что их зомбировали СМИ. Нет, они зомбировались значительно раньше, чем СМИ начали массированную кампанию. К ноябрю 2004 года все, кто участвовал в перевороте первого майдана, уже были зомбированы, а СМИ переключились только в декабре, и толпа выдала им уже готовые концепты. СМИ не транслировали новые смыслы, они просто говорили то, что люди хотели слышать.
Характерно, что после 2004 года количество зомбированных практически не увеличивалось до марта 2014 года. На второй майдан выходили те же, кто был на первом. Даже обида за перешедший в Россию Крым не намного изменила соотношение зомбированных и незомбированных.
Не думаю, что ситуация на Украине в конце 1990-х существенно отличалась от ситуации в других постсоветских странах. Зомбированных, пораженных теорией заговора, верящих в спасительную миссию «нового» политика из старой обоймы граждан везде должно быть примерно поровну. Только выявляет их кризисная ситуация. А до того они такие же люди, смотрят те же передачи и верят тем же «гуру», что и все. Пока кризисная ситуация не запустит скрытую программу.
Весь мир сейчас переживает кризис, кризис системный. Старый мир заканчивается, новый создается. Никто не знает, каким он будет, этот прекрасный новый мир. Большинство людей на логическом, осмысленном уровне не отдают себе отчет, что живут в эпоху кардинальных перемен, но инстинктивно, интуитивно чувствуют, как исчезает, растворяется во времени и пространстве привычная комфортная среда и подступает неизвестное, а потому неприятное и опасное будущее.
Когда общество находится в таком состоянии, скрытая программа может запуститься в любой момент. И это главная опасность, подстерегающая общество, находящееся на пороге победы, когда так велико искушение сдаться.
Только активные действия, только громкие, несомненные, не допускающие двойной трактовки победы наполняют людей гордостью и уверенностью, создают ощущение праздничного единства народа и власти. Именно потому так важен был Крым. Но кризис идет, изматывающая борьба продолжается, а эффект Крыма практически исчерпан – давно закончился праздник единения и наступили серые будни.
Обществу нужен очередной праздник, очередная громкая, очевидная победа. Не победа, добываемая за столами дипломатических конференций, фиксирующих новую геополитическую реальность, незаметную и непонятную обычному гражданину, а победа, выраженная новым очертанием границ, флагами на башнях, салютами и фейерверками.
