которая дальше змеилась в сторону полого балки. Халлек посмотрел наверх. В небе одна за другой высыпали звёзды. Он поймал себя на том, что видит их в несколько раз больше, чем раньше. А если присмотреться… показалось, будто яркие огоньки стали чуть ближе, померещились даже какие-то неясные кружочки, ровные или сплющенные, и крохотные шарики, сотканные из тусклого дымка. Помотав головой, он подхватил наполнившиеся посудины и пошёл обратно.
Среди ночи Кэтлин проснулась от необъяснимого беспокойства. Костёр давно прогорел, но узкий серпик луны переполз так, что слабый свет проникал в их убежище. Халлек дышал мерно, глубоко и едва слышно. Будь поблизости настоящая опасность, он уже подскочил бы, значит её пробудило что-то другое.
— Он сейчас не проснётся, — до её слуха донёсся тихий, но разборчивый женский голос, причём вроде бы знакомый.
Она вышла из каменного домика. На траве рядом с отвесным склоном гольца сидела Кёна в своём зелёном охотничьем наряде.
— Привет, — негромко поздоровалась она.
— Доброй ночи. Тут-то ты…
— Тебе подарок принесла. Потому что могу, — хихикнула Кёна. — Держи.
— Можно сразу посмотреть?
— Нужно. Примерь.
Кэтлин раскрыла лёгкий свёрток. Между пальцев заскользила необычно гладкая плотная ткань.
— Эммм… платье? — удивилась она.
— Ты надень.
Сняв лёгкую куртку и штаны, она осталась в короткой, по бёдра, льняной рубашке. Платье как-то текуче облепило её руки, слилось по ногам и остановилось, весомо покачиваясь на середине лодыжек. Стало сначала жарко, потом слишком прохладно, но в следующее мгновение она почувствовала, что ей удобно как никогда.
— А теперь прикажи ему принять другой вид.
— Какой? — опешила Кэтлин.
— Да любой. Ну вот как у меня.
Девушка внимательно посмотрела на Кёну и мысленно пожелала, чтобы платье приобрело такой же облик. Ткань зашевелилась, меняя плотность и цвет, сползла ниже по голым ногам. Несколько мгновений, и на Кэтлин был походно-охотничий костюм из прочной тёмно-зелёной материи, усиленный на локтях и коленях, перехваченный в талии узким кожаным пояском.
— Вот это да! — шёпотом воскликнула она и обняла Кёну. Та пискнула — всё-таки силы, по женским меркам, северянке было не занимать.
— Вя. Задушишшь, — просипела гостья.
— Ой, прости, — смутилась Кэтлин.
— Оно само чистится и тело тоже чистит. Примет любой облик, какой можешь представить. Может уменьшиться до белья, — Кёна расстегнула куртку и приспустила её с плеч, показывая диковинную… как поняла баронеса, это такая грудная повязка на тонких лямках, только из двух частей с перемычкой и украшенная вышивкой. — В общем, всё что увидишь, запомнишь, намечтаешь. Ещё оно даёт хорошую защиту. Стрелу шагов с тридцати или нож точно удержит.
— А если кольчугу прямо на него сверху надеть? — спросила она, возвращая платью первоначальный вид.
— О! Сейчас, — Кёна положила ладошку ей на плечо, плотно прижала. Ненадо появилось лёгкое покалывание.
— Потом надень кольчугу и увидишь. Тебе понравится.
— Благодарю, — она отступила на пару шагов и учтиво кивнула.
— Да ладно тебе. Могу, вот и сделала. Удачи вам, — Кёна спустилась в сторону родника, а потом в какой-то миг просто растворилась в ночи. Обернувшись, Кэтлин ойкнула. Опершись локтем на скалу, на неё с интересом смотрел Халлек.
— Ох уж эти… сущности, — ухмыльнулся он. — Хороша обновка?
— Очень, — Кэтлин закружилась на месте, платье взметнулось и опало тяжёлыми складками. Ткань вела себя по своему разумению, если такое вообще возможно. — Дай кольчугу, а? Кёна сказала…
— Это я уже слышал. Сейчас, — он нырнул в укрытие, покопался в сумках и вернулся. Собрал тихо звенящее полотно. Девушка вставила ладони в рукава и нырнула внутрь брони. Металл легко скользнул по гладкому платью, а потом Кэтлин ахнула. Кольуга словно впиталась в него безо всякого следа!
— Таааак, — протянул Халлек. — А попроси, — он на мгновение задумался, — проявиться.
Она кивнула, и тут же под слабым светом растущей луны заиграли тёмные переливы мелких стальных колечек. Он подошёл вплотную, провёл ладонями, понажимал под весёлое хихиканье в разных местах.
— Такое чувство, будто на тебе под низом настоящая толстая стёганка, а не вот эта тряпица, — поднял он складку юбки. Ткань как-то слишком легко вырвалась из его пальцев. Убежала.
— Ну Кёна, затейница бродячая, — покачал Халлек головой. Кэтлин зевнула:
— Сейчас упаду. Что-то глаза закрываются. И есть охота.
— Хм. А Кёна не сказала, откуда оно берёт силы для работы?
— Ты думаешь, прямо от меня?
— Уже уверен. Не бывает подобных подарков без подвоха.
— Ну, тогда потолстеть мне точно не грозит.
Глава 14
Весь следующий день, пока они пережидали светлое время, Кэтлин забавлялась с платьем, осваивая всевозможные виды, покрои и формы. И съела втрое больше обычного, подтверждая предположение. А едва легли плотные сумерки, они с Халлеком оставили укрытие среди скал и поднялись в воздух. Платье по приказу хозяйки отрастило несколько тонких прочных жгутиков, которые обмотались вокруг выступов гребня, освободив руки. Впереди лежали более двух тысяч миль саванны и каменистых пустынь с редкими оазисами с севера на юг, и около полутора тысяч с запада на восток. Достоверных карт этой местности не было, только путевые заметки купцов о том, что видно вдоль долгого караванного пути. Но сравнительно недавно их стали предельно вежливо, по меркам Сусассы, выпроваживать с проверенных за столетия троп. Это и дало очень примерную наводку на то, где могли обосноваться чужаки из пределов Восточного океана.
Острое драконье зрение позволяло Халлеку свободно видеть с высоты трёх с лишним тысяч шагов даже в безлунную ночь, а только выползший из-за горизонта серпик создавал для него причудливую картину с длинными тёмными тенями от каждого кустика, деревца или большого камня. Он внимательно разглядывал проплывавшую внизу землю и наконец увидел то, что искал — немного западнее проходила хорошо натоптанная дорога ныне закрытого торгового тракта. Опираясь на неё, оазисы и редкие посёлки, можно прочёсывать пустоши. Высмотрев что-то, заметное пока только ему одному, Халлек направился вниз.
Это оказался старенький и заброшенный теперь глинобитный караван-сарай с колодцем во дворе. Кэтлин слезла на утоптанную до состояния камня землю и заглянула под крышку. Запустив прямо внутрь небольшой светляк, она рассмотрела локтях в двадцати внизу чёрное зеркало воды.
— Да, сейчас лучше не показывать, что тут кто-то есть, — Халлек подхватил сумки и кивнул на тёмный проём входа. Дверь была снята. Похоже, уходя, отсюда утащили всё, что не слишком сильно приколочено. — Возможно, все подходящие места под присмотром. Ну, я бы так сделал.
— А если сусассцев можно назвать лодырями, то их гости вряд будут зевать, — закончила его мысль Кэтлин.
— Угу, — он зашёл внутрь. Здесь тоже ободрали почти всё что могли, но оставили поломанную мебель: пару столов, почти
