— Ваше Величество, это домыслы трусов. Мои парни делают все, что могут. Стена разбита. В башнях и донжоне немало проломов, трунсомцы не раз тушили пожары внутри замка…
— Но ворота устояли, — возразил король.
— А как я могу направить к ним таран, когда ров еще не завален? — возмутился воин. — Поле усеяно трупами наших солдат! Лучники Тариха безжалостно расстреливают всех, кто приближается ближе, чем на три сотни локтей. Где взять людей?
— В деревнях и городах Трунсома! — закричал Ксатлин. — Пусть воины гарана провинции убивают своих родных и близких. А тех, кто откажется работать, мы казним прямо перед замком.
— Блестящая идея! — воскликнул Тарис. — Давно пора взяться за этих мерзавцев. Они начали прятать зерно и скот от наших фуражиров. Так пусть же потрудятся во славу короля Фессалии!
Владыка Данвила довольно рассмеялся. Упорство Тариха начало ему надоедать. На быструю победу Ксатлин, конечно, не рассчитывал, прекрасно зная упрямство рыцаря, но имея изрядное превосходство, надеялся сломить боевой дух защитников. Ведь у них нет ни единого шанса на спасение. Трунсомцам никто не придет на помощь. Одрин и Инхам разделены, с Закатной стороны на Уотсол наступают магинцы — идеальная ситуация для захвата власти!
Мондор оказался прав: самолюбивые и надменные гараны Артага и Гатвэя думают только о своем личном благополучии, а Вален чересчур труслив. Но ничего, придет время, и Ксатлин приберет к рукам и их земли. Надо лишь немного подождать. Огнем и мечом новый король пройдет по просторам Фессалии. Услышав имя короля, люди в ужасе будут падать на колени!
Однако Трунсом пока сопротивлялся, а Тарих наотрез отказывался вести переговоры о сдаче. Катапульты с самого утра начинали обстрел замка, и это приносило свои плоды — восходная стена крепости имела значительные разрушения.
Казалось, что Трунсом падет быстро. Сегодня состоялся пятый штурм, но, увы, — все атаки данвилцев были вновь отбиты. Поле усеяно трупами убитых, десятки мертвецов гниют в вонючей воде рва, а сотни солдат залечивают раны в лагере.
Ксатлин видел, как в одном из проломов мелькнул знакомый горшкообразный шлем со стальным деревцем на макушке. Гаран дрался в первых рядах своих воинов. Да и что ему оставалось делать? Только личным примером можно было подбодрить защитников замка.
Когда враги отступили, Тарих выскочил на зубцы стены, вскинул вверх меч и громко возвестил об очередной победе. Ему вторили уцелевшие трунсомцы. Они выдержали штурм, но долго такое положение дел длиться не может. Король прекрасно знал, что у противника оставалось всего сотни четыре здоровых бойцов. С такими силами крепость Тариху не удержать.
Достаточно одного удара, и кавалерия Данвила ворвется в замок, сметая все на своем пути. Из казни непокорного гарана правитель Ксатлин сделает настоящее представление. Местные жители содрогнутся от ужаса и поймут, кто теперь настоящий властитель Фессалии! Время слюнтяев Андаров истекло, и на трон поднялся первый король из династии Скортов!
Неожиданно взгляд короля упал на мидлэймца. Презрительно усмехнувшись, гаран Данвила спросил:
— Карин, а ты чего молчишь?
— Мне нечего сказать, — пожал плечами рыцарь. — Я получил приказ Холона помогать в штурме Трунсома и делаю это. Моих людей никто не посмеет обвинить в трусости. Мы похоронили уже полторы сотни солдат. А то, что мидлэймцы не хотят сражаться с другими фессалийцами, давно не секрет. И это странное появление Селены на одном из постов… Слух мгновенно разнесся по полкам. Переубедить людей непросто.
— Неужели надо привезти сюда труп королевы, чтобы эти олухи поверили в смерть Селены?! — воскликнул Ксатлин. — Она мертва! Повешена, недалеко от Аксана. На ее обезображенное тело может взглянуть любой желающий!
— И, тем не менее, Далим медлит, — резонно возразил воин. — А две тысячи его солдат здесь бы не помешали. Так же рассуждают и остальные люди. Давно надо было показать им труп правительницы.
— Так и сделаю! — гневно закричал король. — Надеюсь, те ротозеи, которых застали врасплох и связали трунсомцы, казнены?
— Нет, — откровенно ответил Карин. — Это сразу вызовет бунт. Неужели Ваше Величество желает потерять союзников? Я послал их в передовых рядах на штурм. В живых остались лишь двое…
— Хорошо, — несколько успокоился данвилец. — Но впредь за распространение слухов, подрывающих дух армии, казнить немедленно. Этот приказ касается всех!
Ксатлин хотел еще что-то добавить, но тут в шатер бесшумно проскользнула низкорослая сгорбленная фигура магинца. Приподняв капюшон, колдун бесцеремонно произнес:
— Мне надо поговорить с королем наедине.
Рыцари посмотрели на гарана. Легкий кивок головы, и воины быстро покинули палатку. Правитель и чародей остались одни. Только теперь Мондор расправил плечи и подошел к столу. Демонстрировать свой настоящий облик перед солдатами магинец не хотел. Взглянув на план, колдун бесстрастно заметил:
— Тарих доселе держится.
— Осталось его добить, — проговорил данвилец. — Через два дня замок падет. Мы завалим ров, опустим мост и сломаем ворота. А уж если конница…
— Это легко сказать и трудно сделать, — вымолвил чародей.
— У меня есть план, — зловеще усмехнулся Ксатлин.
— Я знаю, — Мондор оперся руками о край стола. — Давно было пора привлечь к работе крестьян. Избежали бы лишних жертв. Но я пришел по другому поводу.
— Что-то случилось? — король взглянул на своего советника.
— Да, — проговорил колдун. — Мы почувствовали несколько сильных магических всплесков на Восходе. Раньше такого не наблюдалось.
— Но ведь там Валвил! — удивленно сказал правитель. — Дикий край. Альвы и гномы живут в лесу и никогда не показываются на глаза людям…
— Что не мешает их жрецам заниматься волшебством, — возразил магинец. — Мы догадывались об их силе. Поражение дафратцев — не случайность.
— Пусть так, — вымолвил данвилец, беря в руки кувшин с вином и делая несколько больших глотков через край. — Почему меня должна волновать какая-то магия? Главное, чтобы пал Трунсом! Валвилцы пусть занимаются, чем угодно. Я не боюсь дикарей.
Надо отдать должное чародею, выдержка у него была превосходная. На лице магинца не дрогнул ни один мускул. Не спеша, поправив капюшон, Мондор проговорил:
— Король обязан думать о многом… Ты можешь сколько угодно обманывать свою армию и мидлэймцев, но мы-то знаем, что Селена еще жива. Карин прав, пока ее тело не будет выставлено напоказ, фессалийцы не успокоятся. А теперь представь такую ситуацию: жене Эдрика удалось пробраться к форту Райген. В Салмире она найдет горячего и верного сторонника. Рыцарь так и рвется в драку…
