– Скорее всего в понедельник.
– Значит, все выходные мне придется обходиться без машины?
– Переживете. Представьте себе, что вы подросток и вам приходится просить машину у мамочки.
– Неплохая мысль, – согласилась я, сообразив, что и впрямь могу взять «Дельту 88».
Маме очень понравилась мысль предоставить мне «дельту» – особенно когда я сказала, что она мне нужна для расследования, – и она предложила сама отвезти меня туда, куда нужно.
– Мам, должно быть, ты чувствуешь себя хорошо! – воскликнула я, вспомнив, как она любит сидеть за рулем своей таратайки, взгромоздившись на телефонный справочник.
– Не совсем, но все к тому идет, – улыбнулась мама.
По пути в офис Джеффри, где я намеревалась пообщаться с Джоан, его кабинетной сестрой, я объяснила маме цель этого визита: мне надо выпытать у Джоан, что она имела в виду, сказав, будто у ее работы «есть другие преимущества».
– По-моему, эта женщина что-то скрывает, – заметила я.
– Например, дорогая?
– Не знаю. Но если повезет, выясним.
Как я и ожидала, Джоан не обрадовалась моему появлению. Не обрадовались и копы, занятые в рамках расследования просмотром досье доктора и допросом его коллег.
– Вы, должно быть, спятили, если появились здесь в такой момент! – прошипела Джоан, когда мы с мамой подошли к ее столу. – Тут полно полицейских!
– Я не убивала доктора, Джоан, – сообщила я. – И имею полное право появиться где хочу.
– Ну так пойдите в другое место! – отрезала она.
– Будьте любезны, не разговаривайте с моей дочерью подобным тоном! – заявила мама. – Дебора пришла сюда по моей просьбе. У меня закончились прописанные доктором Гиршоном витамины, и Дебора согласилась привезти меня сюда, чтобы я купила их.
Я посмотрела на маму с уважением. Она прекрасно изображала светскую даму.
– Хорошо. – Джоан направилась к шкафу, вынула оттуда пузырек и протянула маме. – Мы принимаем и чеки, и наличные. Как вы будете платить, миссис Пельц?
– Я выпишу чек, – благосклонно ответила мама.
Пока они занимались своими делами, я быстро пробежала в уме несколько сценариев. Все они были разработаны для того, чтобы снова завоевать доверие Джоан. В конце концов я предпочла выразить соболезнование.
– Мне хотелось бы сказать, как я сожалею о том, что случилось с доктором, – начала я. – Как сожалеем мы с мамой. А ваше горе трудно даже себе представить, поскольку вы работали с ним бок о бок целых десять лет.
У Джоан задрожала нижняя губа.
– Я не собиралась приходить в кабинет, – сказала она. – Но здесь столько бумажной работы! У доктора Гиршона была очень большая практика.
– Разумеется. Моя мама – живой пример того, как высока была квалификация доктора Гиршона.
Джоан, взглянув на маму, кивнула. Она явно смягчилась.
– Наверное, вы испытали шок, узнав, что он убит, – продолжила я.
– Слово «шок» слишком слабо выражает мое состояние. Когда изо дня в день, год за годом работаешь с кем-то бок о бок, а потом – бах! – и человека нет, такое ощущение, что мир рухнул. Я все никак не могу поверить, что он умер.
Я погладила Джоан по руке.
– Удовлетворите мое любопытство: вы не знаете, были ли у доктора Гиршона враги? Или недовольные пациенты? Адвокаты, занимающиеся делами о врачебных ошибках?
– Нет, у доктора Гиршона врагов не было.
– Несмотря на его скверный характер? – Я напомнила Джоан ее же слова.
– Он имел куда больше положительных качеств, чем отрицательных. Достаточно упомянуть о том, как по-джентльменски он относился к постоянным наскокам бывшей жены.
– Франсины?
– Да. Сколько бы денег он ей ни давал, все было мало.
– Не хватало для покупки обуви и сумочек?
– Эта женщина – сущая пиявка. Доктору никак не удавалось отделаться от нее.
Вполне возможно. Но не избавилась ли она от него?
– Вы, случайно, не знаете, у Франсины есть ключи от дома доктора? – спросила я.
– Думаю, есть, потому что он так и не поменял замки после ее отъезда. Доктор потрясающе неорганизован в личной жизни.
Я кивнула, размышляя о том, изменил ли Гиршон завещание. Но больше всего меня занимала мысль, почему Джоан всякий раз в разговоре со мной упоминает Франсину. Почему обливает грязью бывшую жену Джеффри, беседуя с посторонним человеком? Может, она видела во Франсине угрозу? Ревновала бывшую миссис Гиршон и к деньгам своего босса, и к его бывшей любви?
– Ну что ж, Джоан, мы уже и так отняли у вас много времени. – Я взяла маму под руку. – Хотя еще одно не дает мне покоя.
– И что же?
– В прошлый раз я спросила вас, почему вы оставались с доктором целых десять лет, а вы ответили, что у этой работы есть другие преимущества. Что вы имели в виду?
Джоан подобралась:
– Хоть это и не ваше дело, но я скажу: мне очень хорошо платили, куда больше, чем обычной кабинетной сестре. А еще мне доверяли такие ответственные дела, какие редко поручают кабинетным сестрам. Доктор доверял мне безоговорочно, позволял устраивать его личные дела, а не только помогать по работе, он обращался со мной как с членом семьи. Наши отношения можно охарактеризовать как…
– Да?
– … особое партнерство.
Я кивнула, заинтригованная ее словами. Это побудило меня задать еще один вопрос:
– Мы очень вам сочувствуем, Джоан. Должно быть, смерть Джеффри подействовала на вас так же, как убийство Кеннеди. Полагаю, для вас это одно из тех событий, когда ты точно помнишь, где и в какой момент тебя застало это известие.
– Так и есть.
– А где вы об этом услышали?
– О Кеннеди или докторе Гиршоне?
– Докторе Гиршоне.
– Я была дома.
– Одна?
– Нет. С моим бесценным Шелдоном.
– Вашим ребенком?
– Моим котом.
– О! А как вы узнали об убийстве?
– В одиннадцатичасовых новостях. Я чуть в обморок не упала, когда они показали эту мерзкую фотографию доктора. У меня дома столько чудесных снимков, а они взяли эту!
Боже, Джоан предана своему боссу, как собака! Она, совершенно очевидно, души не чает в этом человеке. Но что именно привязало ее к Джеффри на целое десятилетие: его харизма или внушительная сумма, которую он ей платил?
Когда мы с мамой покинули кабинет, я подозревала Джоан ничуть не меньше, чем до нашего визита. Может, и больше.
* * *
Из маминого дома я позвонила детективу Гилби.
– У меня есть для вас еще одна ниточка. Даже две.
– Мы вполне успешно ведем расследование, мисс Пельц.
– Не сомневаюсь, но я сегодня побеседовала с кабинетной сестрой доктора Гиршона, Джоан… Джоан… Не знаю ее фамилии.
– Шелдон.
– Нет, так зовут ее кота.
– А также это имя ее покойного мужа.
