С этими словами Пандит Давасарман достал из внутреннего кармана сюртука довольно длинный предмет, завернутый в кусок цветного шелка, и подал его Томеку. Воцарилось молчание. Глядя прямо в глаза Пандиту Давасарману, Томек ощупал рукой подарок, завернутый в шелк. Он уже знал, что прислал ему магараджа Алвара. На рукоятке кинжала он нащупал крупный камень. Это был, конечно, большой кровавый рубин. Юноша быстро развернул шелк.
- Кинжал магараджи, - изумленно шепнул он.
- Ты угадал, сагиб, это кинжал Манибхадры, изготовленный по его заказу лучшим индийским мастером-оружейником, - спокойно подтвердил Давасарман. - Магараджа никогда не расставался с этим кинжалом. В доказательство искренней дружбы, которая всегда способна многое простить, он передает свой кинжал вам.
Вильмовский и боцман удивленно переглянулись. Боцман незаметно, но многозначительно коснулся рукой подбородка.
IX
По дороге в Сринагар
Поезд все дальше и дальше шел на север от Алвара. Вдоль пути виднелись бамбуковые хижины, разбросанные среди рисовых полей, бобовых и табачных плантаций; иногда поезд останавливался на грязных станциях у городов с запущенными домами, проезжал через болотистые джунгли, или густую чащу бамбука, зарослей терновника и тростника.
Через несколько часов поезд стал приближаться к Дели, древней столице Великих Моголов[80]. Старинный город носил первоначально название "Дилли", что на санскритском языке значит "порог". Это название прекрасно характеризовало географическое и политическое значение города. Если посмотреть на карту Индийского полуострова, то можно увидеть, что Дели расположен на западном конце Индостанской низменности, в центре северной Индии. К западу от Дели белеют пески обширной пустыни Тар, окаймленной на юге горами Аравалли, которые двумя размытыми эрозией хребтами доходят до самого города. К востоку простирается урожайная долина Священного Ганга, на которой разбросаны многочисленные города, а среди них священный Бенарес (Варанаси) и Илахабад. С верхнего Инда к верхнему Гангу ведет извечный путь, по которому воинственные народы шли завоевывать Индию. По этому пути двигались арии, персы, греки под командованием Александра Великого афганцы, а потом во главе огромных монгольских орд, Тамерлан, положивший начало династии Великих Моголов. Город, основанный в XIII веке магометанской династией, был совершенно уничтожен Тамерланом, потому что всякий, кто хотел господствовать над плодородной долиной Ганга, должен был перейти реку Джамну[81] и захватить расположенный на ее берегу священный город Дели.
Когда поезд проходил через Дели, Пандит Давасарман рассказал спутникам о великолепных памятниках магометанской и индийской архитектуры, находящихся в этом городе. Пандит Давасарман обладал энциклопедическими познаниями о своей стране, притом был хорошим рассказчиком, поэтому Томек, Вильмовский и боцман забрасывали его вопросами относительно различных подробностей.
- Мне приходилось слышать, что некогда индийцы в Дели подняли мятеж против англичан и, говорят, здорово им тогда намяли бока, - начал моряк. - Интересно было бы узнать об этом, потому что, как я вижу, множество индийцев позволяет горсточке англичан хозяйничать в своей стране таким образом, что человека диво берет. И как это индийцы дают водить себя за нос?
Вильмовский и Томек стали незаметно давать своему другу знаки, чтобы он не спрашивал индийца, сотрудничающего с англичанами, об истории знаменитого индийского восстания, но так и не сумели удержать боцмана.
А Пандит Давасарман дружески ему улыбнулся, что не ускользнуло от внимания Томека, и ответил:
- Ты говоришь, сагиб, что на одного англичанина приходится множество индийцев? Это правда, но в нашем муравейнике все кишмя кишит. Англичане умеют из всего извлекать пользу и поэтому заимели верных союзников из числа индийцев. Благодаря этому они господствуют в стране. Это прирожденные конквистадоры[82]. Надо признать, что англичане в критические моменты умеют проявить героизм.
- Значит, вы считаете, что они храбро подавили восстание? - спросил боцман.
- Если это вас интересует - послушайте. Собственно говоря, восстание началось вовсе не в Дели, а в Мератхе[83], городе, расположенном несколько севернее, в Соединенных провинциях Агра-Ауд[84]. Индийские патриоты считали, что они располагают численным превосходством над англичанами, достаточным для достижения независимости. А в этом они видели единственное спасение от нищеты и голода, ставших уделом большинства населения страны. Именно голод и был подлинной причиной крупного индийского восстания, которое вспыхнуло в Агра-Ауд.
Первыми восстали сипаи, то есть индийские солдаты, состоявшие на службе англичан. Поводом к бунту сипаев послужили телесные наказания, которые применяли англичане за отказ солдат вытягивать зубами пыжи из патронов[85] перед зарядкой ружья, так как эти пыжи были пропитаны коровьим и свиным жиром. Бунт подняли одновременно сипаи-индуисты и магометане; первые считали, что нарушен догмат о священности коровы, а вторым магометанская религия запрещала употреблять в пищу свиное мясо и сало. Таким образом, в Мератхе, в воскресенье 10 мая 1857 года вспыхнуло восстание. Взбунтовавшиеся сипаи захватили Дели, убили почти всех европейцев, находившихся там, и объявили о восстановлении империи Великих Моголов. В те времена арсенал в Дели находился вблизи кашмирских ворот. Не имея возможности спасти арсенал и не желая, чтобы оружие и амуниция попали в руки восставших, англичане взорвали арсенал и сами погибли при этом взрыве.
- Ну, ну, не ожидал я этого от англичан, - недоверчиво буркнул боцман.
- Однако это факт. А восстание все ширилось. В Лакхнау[86] население тоже восстало. Во дворце губернатора находились в осаде около трех тысяч человек, в том числе тысяча мужчин, европейцев. Кроме того, там были пятьсот верных англичанам сипаев, в большинстве сикхов[87], пятьсот женщин и детей и несколько сот человек туземных слуг.
Силы восставших росли день ото дня. Горсточка англичан и сикхов, неся большие потери, должна была противостоять всему населению города, насчитывавшему около семисот тысяч человек и тридцать тысяч восставших солдат. Смерть косила защитников дворца. И только через месяц на помощь осажденным пробился полковник Хейвелок во главе отряда из тысячи восьмисот солдат, оставшихся у него после похода через охваченную восстанием страну. Осажденные восемьдесят дней отражали ожесточенные атаки. Они страдали от голода, но все, кто хоть чуть умел владеть оружием, бились на стенах крепости. Защитник Лакхнау, Лауренс, был смертельно ранен, но до конца продолжал руководить обороной. Несмотря на храбрость, всех защитников ждала бы неминуемая гибель, если бы на помощь не подоспел сэр Колин Кемпбел во главе десятитысячной армии. Несколько влиятельных магараджей поспешили англичанам на помощь. Англичане подавили восстание и начали жестоко мстить противникам. Они сносили с лица земли целые поселения и, желая, чтобы будущие поколения индийцев раз и навсегда перестали думать о новом восстании, не позволяли восстанавливать разрушенное.
