- Долго ли нам придется ехать до Сринагара? - спросил Томек.
- Если менять лошадей через каждые пять миль, то хватит и нескольких часов, - ответил Пандит Давасарман. - Это будет, конечно, утомительно, однако надо спешить, а то буря может задержать нас надолго.
- Я согласен, что не следует терять времени. Ведь мы стремимся как можно скорее увидеть Смугу, - сказал Вильмовский. - А долго ли будет идти наш багаж?
- Через два дня он должен быть уже в Сринагаре. С собой мы возьмем лишь самое необходимое. Пойдемте к моему знакомому, который занимается тут перевозкой почты и пассажиров.
Владелец станции дилижансов встретил Пандита Давасармана и белых сагибов низкими поклонами. Это был высокий, полный кашмирец с хитрым выражением лица.
- Как дела, Бабукхан? Мы направляемся в Сринагар и хотели бы на твоих тонга добраться до Барамула, где пересядем на лодки. Ты и погонщики получат хороший дастур[93], если, конечно, мы останемся вами довольны, - сказал Пандит Давасарман.
- Селям[94], благородный господин, - ответил Бабуххан, прикладывая правую руку ко лбу. - Ты можешь не говорить о дастуре, потому что я знаю твою щедрость. Но увы, два тонга слишком мало, чтобы поместить сагибов и их багаж. Ты хорошо знаешь, о радость моих очей, что дорога очень плохая.
- Знаю, знаю, досточтимый Бабукхан. В тонга поедем только мы, а багаж ты отошлешь почтовым экка. Поспеши, пожалуйста, так как у нас очень мало времени. Метеорологический пост предупреждает, что в горах ожидается буря.
- Ты сказал, благородный и щедрый господин. Уже бегу давать соответствующие указания.
Бабукхан поспешно удалился. Во дворе послышался его громкий голос, как видно, он был возбужден перспективой хорошего заработка. Хозяин подгонял своих возниц.
- В тонга могут поместиться только два человека, поэтому молодой Вильмовский и я, как самые легкие из всех, поедем в одной повозке и возьмем с собой необходимый багаж, а вы сядете в другую повозку. Это позволит нам ехать с одинаковой скоростью - предложил Пандит Давасарман.
- Прекрасно, - согласился Вильмовский. Он предпочитал не оставлять простодушного боцмана наедине с Пандитом Давасарманом.
Не прошло и часа, как две легкие повозки остановились у дома. В первой из них заняли место Томек и Пандит Давасарман. По-видимому, Бабукхан, кроме условленной платы, получил хороший дастур, потому что "селямы" лились из его уст, как струи горного потока. Возницы уселись на козлы, Бабукхан еще раз поклонился Пандиту Давасарману и коснувшись рукой лба, сказал:
- Селям, благородный господин! Пусть всемогущий аллах[95] хранит тебя в пути. Но, если ты предпочитаешь другое, пусть сопутствует тебе Шива, Вишну, или какая-нибудь могучая и красивая богиня!
- Селям, достопочтенный Бабукхан! Пусть и тебе благоприятствуют боги, дадут здоровье и... счастье в делах, - ответил Пандит Давасарман, многозначительно подмигнув мусульманину.
Возницы-пенджабцы, рослые и крепкие люди, хлопнули в воздухе бичами. Повозки тронулись в путь.
Томек задумчиво смотрел на необыкновенную картину, развертывавшуюся перед его взором. На севере, на фоне чистого, голубого неба, высились покрытые снегом вершины южного хребта Гималаев. После длительного, тяжелого путешествия по жарким равнинам Индии свежий горный ветерок был особенно приятен путешественникам. Сколько раз приходилось Томеку слышать в школе, что Гималаи представляют резкую климатическую границу между южно-азиатской сферой муссонов и континентальным климатом Средней Азии. Здесь проходил извечный путь через Кашмир из Индостана в Тибет, Памир и Китайский Туркестан. Здесь, на этом пути, встречались древнейшие культуры человечества.
Размышляя о том, с какой целью Смуга поехал в глубины Азии, Томек блуждал взором по белым от снега вершинам гор. Что, или кого, искал там Смуга? Предложит ли он им участие в экспедиции, о которой вспоминал в своем письме? Что у него общего с таинственным Пандитом Давасарманом?
Томек машинально взглянул на своего соседа. Пандит Давасарман вовсе не восхищался величественными видами гор. Он, казалось, дремал, опустив голову на грудь. Интерес к индийцу у Томека возрастал. Полковник Бартон утверждал, что Пандит Давасарман и магараджа Алвара относятся доброжелательно к англичанам. Сомневаться в этом было трудно, ведь Давасарман действительно пользовался доверием англичан, доказательством чего было разрешение на поездку в Кашмир, выданное англичанами без лишних хлопот, по одному слову Пандита Давасармана. Но, с другой стороны, рассказ о индийском восстании довольно странно звучал в его устах. Кроме того, разве он не иронизировал над индийскими богами в беседе с магометанином Бабукханом?
"Во всяком случае, Пандит Давасарман - человек необыкновенный, если англичане так считаются с ним", - подумал Томек.
Индиец, словно почувствовав на себе взгляд Томека, поднял голову.
- Вы, наверно, часто бываете в этих краях, если совсем не интересуетесь красочным видом гор, - начал беседу Томек.
- Девственная белизна вечных снегов, лежащих на вершинах гор, плохо действует на мои глаза. Путешествуя по Тибету, я заболел глазами, - ответил Пандит Давасарман.
- Как видно, вы объехали немалый кусок света. Экспедиции подобного рода в слабо изученные страны часто бывают опасны. Вы не боитесь рисковать собственной жизнью?
Индиец улыбнулся и ответил вопросом на вопрос:
- А вы не боитесь рисковать собственной жизьню во время ловли диких животных? Мне кажется, что вы... любите свою опасную профессию!
- Конечно, ловля и приручение животных доставляет нам много радости.
- Вот видите! А я окончил специальную школу, которая подготовила меня к изучению отдаленных стран Азии. Я никогда не бываю уверен, удастся ли мне счастливо вернуться из очередной поездки, но, несмотря на это, охотно рискую жизнью. Взаимное ознакомление сближает народы. Разве такая цель не достойна нескольких скромных человеческих жизней?
- Конечно, если посмотреть на вопрос с такой стороны. Я слышал много интересных рассказов о необыкновенных приключениях Пандитов.
- Нас часто называют Пандитами, хотя этот титул присваивается, как правило, лишь ученым брахманам, - пояснил Пандит Давасарман.
- Не могли бы вы мне сказать, какие страны вам пришлось посетить? Меня очень интересуют такие рассказы.
- Конечно, для друзей мои путешествия не являются тайной. Я три раза посетил Тибет, путешествовал по Китайскому Туркестану, дважды был на Памире, по одному разу на берегах озера Байкал и в Афганистане. Я, естественно, не упоминаю о странах, входящих в состав Британской империи.
