— Если вы о том, что это место опасно для ребенка, то ясное дело! Здесь лес, кочки, чужие фантазии. Можно заблудиться, споткнуться и никогда не проснуться.
Бог вдруг усмехнулся:
— Нет. Ты не могла заблудиться. Уж точно не тогда.
Девушка нахмурила брови и скрестила руки на груди.
— Тогда я совсем ничего не понимаю!
Он махнул рукой, призывая следовать за собой.
— Пойдем! Проще тебе все показать.
Еще некоторое время они молча продвигались вглубь леса. Шелестела трава, хрустели ветки, тропинка стелилась прямо под ноги, а пейзаж не менялся. Теперь уже и сны пропали. Не виднелось образов чужих видений, не было ни птиц, ни зверей.
Вспомнилось, как она чуть было не заблудилась в первый свой визит сюда, когда решила последовать за совой. Куда она подевалась, кстати? И что ей было нужно? Если бы не стриж, Аврора, наверное, никогда бы не проснулась.
«А стриж этот больше не появлялся… — неожиданная мысль заставила ее взглянуть на спутника и его маску, — кажется…»
Неужели уже тогда ее спасителем был Царь Грёз? Или птица была его питомцем, посланная им? Так странно все это!..
Наконец, тропинка прервалась, и деревья расступились, открывая перед ними необыкновенной красоты строение.
— Невероятно!.. — вырвалось у девушки.
Оно оказалось точной копией Башни. Подумать только! Ее, Авроры, родной Башни! Только построенная не из камня, а будто бы из хрусталя или чего-то подобного. Стены не были прозрачными, но они были гладкими, как стекло, и блестящими, как кусочки льда на свету. И окружали ее не заснеженные горы, а ночной лес, наполненный призраками чужих мечтаний.
— Это ваш дом? — спросила она бога.
— Да, ты придумала его для меня, — последовал безрадостный ответ. Словно он был вовсе не рад такой красоте, а в особенности тому, что идея ее создания принадлежала Авроре.
Это ее неприятно задело.
— Я? — спросила девушка, но вместе с удивлением в голосе послышались нотки обиды.
Конечно же, бог это заметил и досадливо вздохнул.
— Все это место — не просто отражение чужих снов или дом богов, как многие считают. Ты же знаешь легенды? О том, что наш мир был создан из Пустоты?
— Да, конечно, — нахмурилась она, не понимая, к чему он ведет.
— Царство Грёз — это не только граница между сном и явью, но и то, что отделяет реальность от Пустоты. Это два разных плана, которые ни в коем случае не должны пересекаться. Иначе… Думаю, ты уже знаешь, что случится в противном случае.
В голове сразу всплыло воспоминание о Магнусе, однокласснике, который заразился пустотой, и его безумии, прогрессирующем с каждым днем. Сколько неприятностей он успел устроить! А ведь это только один человек на ранней стадии болезни! Что будет, если такими станут все?! Ответ прост — наступит хаос…
«Как он там, интересно? — подумала Аврора. — Надеюсь, его вылечили. Не хотелось бы, чтобы он пополнил ряды духов… Но с ним ведь Алекс. Он обязательно обо всем позаботится!»
— Являясь преградой между тем и иным планом, — продолжал бог, — Царство Грёз представляет собой нечто среднее между ними обоими. Ничто не может быть создано из ничего. За все надо платить. И боги, создавая мир из Пустоты, должны были отдать ей что-то важное и дорогое взамен.
Он замолчал, давая возможность осознать услышанное, а девушка отчаянно ждала продолжения.
Многое не до конца было ясно, но основные моменты вполне понятны. Хочешь построить дом — имей при себе материалы. Хочешь достать материалы — придется найти и переработать то, что существует в другом виде: деревья, руда, шкуры зверей…
В любом случае приходится чем-то жертвовать. Просто людям кажется, что цена не так уж велика. Точнее, они не задумываются о реальной цене всего этого. Чтобы строить дома, приходится вырубать леса. Чтобы добыть меха для теплой одежды, приходится убивать животных. В небольших масштабах и цена относительно невелика. Но в мировых… Сложно даже представить!
Именно в таких масштабах и работают боги, если Аврора все правильно поняла. Но они берут это все из собственного воображения, а за материал идет сама Пустота, то есть… ничего. То, что нужно чем-то заменить...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Пустота — прожорливая бездна», — девушка не раз слышала это выражение. Она лишает зараженного больного всего того, что делает его человеком: эмоции, разум, желания, чувства… В итоге духи сами уничтожают то, что прежде любили, то, что имело для них значение: разрушают отношения с близкими, порочат память о предках, предают идеалы, забывают мечты… Для них не остается ничего святого. Они живут только разрушениями и болью.
Неужели боги в конце концов тоже становятся такими? Теряют себя часть за частью, растворяясь в этой бездне без остатка? Так ли это? Если да, то звучит страшно…
Аврора вновь взглянула на прекрасное строение. Если оно было построено так же, как боги строят миры, не удивительно, что Царь Грёз недоволен. Может, она каким-то образом вынудила его построить эту башню и заплатить слишком большую цену?
Не понятно, как такое вообще могло произойти, но все же другого объяснения девушка не видела. Богу это не понравилось, и он лишил ее способности путешествовать по Царству Грёз. Все просто. Справедливое наказание…
— Эту башню построил я, — повторил бог, словно пытаясь подтолкнуть ее к правильной мысли. — Но предыдущую, точно такую же… Предыдущую построила ты.
— Я?! — девушка не верила своим ушам.
Он тяжело вздохнул, как будто ему было неловко признаваться в этом.
— Детям легче всего удается фантазировать. Их мысли и воображение не затуманены надуманными границами, внушаемыми нам взрослыми, обществом и ближайшим окружением. Ты просто представила этот замок, дворец, башню… — называй, как хочешь, — и он появился. Да, красиво. И первое время мне даже нравилось. Но после этого ты пропала и больше никогда сюда не возвращалась…
Кажется, до Авроры начало доходить.
— Подождите! Будучи маленьким ребенком, я была здесь, нафантазировала эту башню, а взамен отдала… способность проникать в Царство Грёз?
— Верно, — кивнул бог.
— Но вы же сказали, это вы построили!
— Эту башню построил я. Но это копия. Точная копия твоей башни. Чтобы вернуть тебе способность путешествовать сюда, мне пришлось разрушить твою постройку.
Он произнес это таким тоном, будто чувствовал себя виноватым за то, что ему пришлось это сделать. Словно не хотел разрушать то, что сотворила Аврора. Словно та башня была ему дорога, как память о ней…
«Нет, глупости! Какое ему дело до меня? Наверное, ему просто не хотелось со мной возиться. Ведь на его территории именно он должен отвечать за мою безопасность. Кто знает, какой еще частью себя, своей личности я могла пожертвовать в угоду творчеству? Какой бы я в итоге стала?»
Только сейчас, узнав, чего была лишена все это время, Аврора осознала, какой несчастной себя на самом деле ощущала. Подумать только — сотворить такое, простой силой мысли! А ведь она даже не богиня, всего лишь человек! Точнее, ведьма, но все же...
Так может, бог увидел в ней соперницу? Ту, что по какой-то необъяснимой причине способна так же, как он сам влиять на мир снов, изменять его по своему желанию и однажды занять его место. Поэтому сейчас не слишком рад происходящему.
И тем не менее, вовсе не хочется видеть в его мотивах зависть и корысть. Ведь уже то, что ее башня теперь снова тут, на этот раз уже построенная им самим, выдает его лучшие побуждения. То, что он рассказывает все это, выдает его заботу и искреннее беспокойство о ней. И это было очень приятно. Вот только…
— Что вы отдали взамен на башню? — требовательно спросила она, повернувшись к нему.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вопрос явно не понравился богу. Он намекал на его слабость и уязвимость, приравнивал к простым смертным.
Хозяин мира снов прищурился и холодно ответил:
— Это тебя не касается!
Аврора дернулась, как от пощечины. А ведь правда, не касается. Кто она, и кто он? Нельзя об этом забывать.
