Да, это идеальное решение проблемы. Простое и практичное.
Хотя не все так просто. Например, он до сих пор носит траур. В соответствии с принятыми в обществе правилами Дэвид не мог даже думать о повторном браке на протяжении еще шести месяцев. Но чем дольше он будет ждать, тем вероятнее возможность того, что Шарлотте станут известны планы Притчарда.
К счастью, в последние годы общество стало более снисходительно относиться к мужчинам в трауре. У Дэвида не было наследников, поэтому ожидалось, что он непременно женится повторно, чтобы обзавестись таковыми. Конечно, Шарлотта может воспротивиться свадьбе до окончания траура, но ему наверняка удастся ее уговорить.
Дэвид нахмурился. Все это так, но сначала нужно убедить ее в целесообразности такого шага. Шарлотта ведь не слишком доверяла ему. Поэтому пока не стоит даже думать о том, чтобы склонить ее к замужеству. Сначала нужно расположить ее к себе.
Что ж, он будет действовать как и раньше: постарается убедить Шарлотту переехать, уговорив принять завещание Сары, а параллельно сыграет на чувствах, все еще существующих между ними. Это не составит труда. Молодая, энергичная, чувственная Шарлотта провела последние шестнадцать лет в целомудрии и наверняка готова поправить ситуацию.
Если только она действительно сохраняла целомудрие… Ведь Шарлотта так и не ответила на вопрос о своих отношениях с Годуином.
Дэвид, нахмурился. Если Годуин и делит с Шарлоттой постель, то этому необходимо немедленно положить конец. Впрочем, как и ухаживаниям с его стороны. Потому что Дэвид не отдаст Шарлотту этому проклятому писаке.
«Осторожнее, приятель. Столь навязчивое желание однажды уже навлекло на твою голову неприятности».
Но тогда все было иначе. Дэвид был молод и глуп, он верил в любовь, перепутав здоровое естественное влечение к хорошенькой женщине с настоящим чувством. На этот раз он принял разумное и вполне практичное решение. И если в процессе завоевания Шарлотты ему придется уложить ее в постель, тем лучше. Почему же не заполучить в жены ту, которую он давно желает?
Погрузившись в размышления, Дэвид не замечал Теренса до тех пор, пока тот не поравнялся с ним.
— Я вижу, вы беседовали с нашим соседом? — без обиняков спросил лакей.
Черт возьми. Теренс, должно быть, стал свидетелем его стычки с Притчардом. Дэвид сначала хотел указать Теренсу на то, чтобы тот не лез не в свое дело, но потом решил, что лучше все-таки иметь слугу Шарлотты в качестве союзника.
— Он оскорбил вашу госпожу, и я предупредил его, что впредь не потерплю подобных высказываний.
В глазах Теренса промелькнуло нечто похожее на восхищение.
— И сделали это очень ловко. Возможно, ваши зубы все же останутся целы.
Дэвид принял комплимент, просто кивнув.
— Я хочу попросить вас не говорить миссис Харрис о том, что я… э… немного вышел из себя. Мне бы не хотелось пересказывать все те гнусности, что сказал о ней этот негодяй Притчард. — А если Шарлотта все же захочет докопаться до истины и выяснит, что владельцем собственности является Притчард, Дэвиду не хотелось бы, чтобы она узнала об их с ним взаимоотношениях.
— Как скажете. Кстати, моя госпожа просила передать вам, что очень сожалеет, но собеседование с кандидатами на место учителя затянулось. Она сказала, что, если вы оставите список, о котором говорили, она просмотрит его, когда освободится.
— Не сомневаюсь, — проворчал Дэвид.
Ему с трудом удалось погасить разгорающийся в душе гнев. Очевидно, Шарлотта боялась, что Дэвид непременно затащит ее в постель, если останется здесь еще на некоторое время. И, надо сказать, она не зря опасалась, потому что на этот раз Дэвид не отступится и не позволит ей диктовать условия их новых отношений.
— Можете известить госпожу, что я буду счастлив вручить ей список сегодня вечером, когда она приедет в мой загородный дом на ужин. Если же у нее не получится, я передам ей список лично завтра утром. Вы поняли?
— Вполне, милорд.
— Хорошо. — Дэвид развернулся и направился к конюшням. Он старался быть терпеливым. Дал Шарлотте возможность отказаться от наследства Сары и его участия в нем.
Но довольно. Пора брать контроль над ситуацией в свои руки. Потому что, так или иначе, Дэвид собирался сделать Шарлотту своей женой. И ее возражения не помешают ему осуществить это намерение.
Глава 12
Шарлотта сидела в своем экипаже и с волнением смотрела на дом Керквудов.
— Все в порядке, мадам? — спросил Теренс, отворяя дверь.
— Просто… я не бывала здесь с того времени, как исполняла роль компаньонки леди Амелии на весеннем балу Керквудов шесть лет назад. — Бал устраивался, чтобы подыскать для Дэвида богатую супругу.
Тогда Шарлотта со всей очевидностью осознала значимость этого приглашения. Леди Керквуд хотела показать, что жизнь Дэвида продолжается, несмотря на попытку Шарлотты сломать ее.
— Но вы ведь нервничаете не из-за того, что снова увидите молодую леди, — произнес Теренс.
— Разумеется, нет.
Шарлотта приехала сюда только ради Амелии.
Этот визит не имел ничего общего с хитрой тактикой Дэвида, пытавшегося соблазнить ее списком выставленных на продажу домов и угрожавшего явиться на пороге Шарлотты завтра утром в случае, если она не приедет на ужин. И он не имел ничего общего с ее отчаянным желанием вновь увидеть Дэвида.
Из груди Шарлотты вырвался стон. Ну хорошо, возможно, она действительно проделала этот путь только потому, что весь день не могла забыть страстные поцелуи и ласки Дэвида и надеялась на повторение, но ведь она отнюдь не жеманная девица, трепещущая от ожидания встречи со своим возлюбленным. Она взрослая женщина с хорошей репутацией, чьей школой так восхищаются молодые леди.
— Мне постучать, мадам? — спросил Теренс.
— Конечно.
Как только Теренс объявил о ее приезде дворецкому и вернулся, чтобы подать ей руку, Шарлотта расправила плечи и гордо поднялась по ступеням. Она не позволит мыслям о скорой встрече с неким соблазнителем превратить ее в сентиментальную дурочку. Это же просто нелепо.
Однако, войдя в дом, Шарлотта почувствовала, что ее уверенность вдруг куда-то разом исчезла. Пока дворецкий объявлял о ее приезде, стоявший в дверях лакей бросал на нее взгляды исподтишка. Несомненно, приезд Шарлотты в такое время и на такой ужин будет обсуждаться слугами еще целую неделю.
К счастью, в холл выбежала Амелия, которая тут же крепко обняла подругу и осыпала ее лицо поцелуями.
— Выглядишь великолепно! — воскликнула Амелия, немного отстранившись, чтобы посмотреть на Шарлотту. — Должна сказать, что за шесть лет ты не постарела ни на день.
