— Чёрт, Айседора, — прохрипел Элиас, обдавая тёплым дыханием разгорячённую кожу. — Но что?
— Но у меня никогда не было шанса, ни одной подходящей возможности…
— До того дня?
Айседора обняла Элиаса за шею и предалась грёзам наяву, исполняя его предсмертное желание.
— Да, до того самого дня. — Она прикоснулась губами к его подбородку и мягко прикусила кожу. — На той неделе мы договорились, что встретимся у водопада. В тот день…
— Ты взяла её?
Айседора выгнулась и, почувствовав, как Элиас погружается глубже, застонала.
— Ohi. Она взяла меня. Я помню, как мои пальцы скользили по её влажной груди. Прекрасной, полной, с твёрдыми сосками, которые так и просили их прикусить. Как я положила руку ей между ног, раздвинула мягкие складочки и погрузила пальцы внутрь. Элиас, она была такой узкой… А-ах, — выдохнула Иса, когда он вышел и мощно толкнулся снова.
— Чёрт, хотел бы я это увидеть, — прохрипел Элиас, набирая темп. — Говори. Хочу знать больше. Что было дальше?
Айседора осторожно прикоснулась к его разуму и отметила, что впервые за долгое время может проникнуть. Неужели он разрешил? Или просто не понимал, что страстное желание опускало все защитные барьеры? В любом случае Иса не собиралась останавливаться и спрашивать. Она мысленно отправила образ в сознание Элиаса и поняла, что послание получено, когда он схватил её за волосы и с силой потянул, заставив поморщиться от боли.
Иса была в его сознании. Член Элиаса запульсировал, сжимаемый горячим лоном, и Айседора показала видение.
Боже, какое это было видение…
Айседора окунула руку в воду, доходившую до середины бедра, и положила ладонь между ног Дафны, ожидая ответа. Судя по цепкой хватке на запястье, Дафна наслаждалась тем, что делала Иса. Но хотелось услышать. Хотелось почувствовать тёплое дыхание на губах, поймать тихий стон и осознать, что это всё из-за неё. Подаваясь бёдрами навстречу, Дафна требовала продолжать, и Айседора, не удержавшись, провела пальцами между набухших складочек, которые так давно мечтала увидеть.
Айседора ни капли не сомневалась — они обе делали то, чего давно желали. Протолкнув палец глубже, Иса услышала произнесённое с придыханием:
— Kiyalo.
Она наклонилась, едва касаясь губами соблазнительного рта, отдавшего приказ. Улыбнулась и поддразнивая ответила:
— Ohi.
Дафна обвила рукой её обнажённую талию и, притянув к себе как можно ближе, прошептала:
— Иса, se thelo. Se thelo tó̱ra.
Не в силах больше сдерживаться, Айседора повела Дафну на берег. Оказавшись на земле, блондинка взяла её лицо в ладони и мягко прикусила нижнюю губу.
— Иса, ты сладкая, как нектар, но опасно пьянящая. Будь со мной.
Девушки встали на колени, прижимаясь грудью друг к другу. Длинные пряди чёрных и золотистых волос переплелись, страстный шёпот губ превратился в поцелуй. Играя с требовательным языком, Дафна подтолкнула Ису, и та, не отрываясь от пылкого рта, легла на спину. Из груди Айседоры вырвался едва сдерживаемый всхлип, а сердце, кажется, на миг замерло, когда Дафна легко провела шелковистой ладонью по её рёбрам к бедру.
Господи, как же хотелось, чтобы эта рука не останавливалась. Как хотелось потребовать, чтобы ладонь опустилась ниже между ног, и наконец избавила от всех страданий. Но в этом не было нужды. Дафна желала того же. Её пальцы коснулись нежной кожи бедра, переместились чуть выше, и, когда Айседора раздвинула ноги, задели чувствительный клитор.
С губ Исы сорвался отчаянный стон, и Дафна страстно впилась в её губы. Айседора извивалась под ней и чувствовала, как всё тело, от макушки до пяток, охватывает нестерпимый жар.
«Господи, какая же она сладкая, — подумала Иса. — Сладкая и нежная. Очень, очень нежная».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Когда Дафна начала двигаться, Айседора поняла, что такое истинное умиротворение — будто она была в раю. Почувствовав, как внутрь проникает палец, Иса вскрикнула, и Дафна довольно застонала. Потом обхватила грудь Айседоры и прильнула к соску. Немного поиграв с ним, она посмотрела Исе в глаза и прошептала:
— Se agapo.
Айседору накрыла волна безмерного счастья, в котором она пребывала всё время, пока Дафна занималась с ней любовью. Казалось, ничто не могло омрачить столь прекрасное воспоминание…
— Увидел достаточно? — спросила Иса, тяжело дыша.
Элиас повторил движения Дафны — обхватив большими ладонями, сжал округлые груди Айседоры, и когда та отреагировала глухим стоном, погрузился в горячее нутро, всем телом дрожа от удовольствия.
Она выглядела восхитительно.
Как с ним, так и с Дафной, Айседора была свободной. Он никогда не надеялся сломить её неукротимый нрав. Возможно, так лучше, что в конце концов умрёт именно он. Своим создателям Элиас вряд ли смог бы пообещать, что прикончит вампирессу. Он честно пытался исполнить своё предназначение, но вжимаясь в столь прекрасное создание, которое отдавалось легко и свободно, знал, что никогда этого не сделает.
Элиас моргнул, прогоняя туман из одурманенного похотью сознания.
— Да, чёрт, да. — Иса закинула ноги ему на талию и притянула ближе. Элиас подался вперёд и прошептал на ухо: — Вместе вы смотрелись до умопомрачения красиво. Любовь. Страсть. В своё время я много экспериментировал, но ещё никогда не видел более эротичного зрелища.
— Погоди, — Айседора оттолкнула его и посмотрела в лицо.
Элиас наклонил голову набок в ожидании её слов, но Иса только пристально всматривалась. Если он увидел её настоящую, можно показать и свою истинную натуру.
— Тебе нравится экспериментировать? Что это значит? Тебе нравится наблюдать или…
Элиас решил закончить с разговорами и, навалившись на Айседору, вошёл на всю длину. Услышав вскрик и увидев сверкнувшие за приоткрытыми губами клыки, он честно ответил:
— Мне многое нравится. Иногда я люблю управлять. Но должен признаться, что больше предпочитаю непосредственно участвовать. Хотя это и было очень давно.
Айседора схватила Элиаса за волосы и дёрнула вверх, поднимая его голову. Он выгнул бровь.
— Тебя не должно это шокировать.
— Почему нет? Ты никогда ничего подобного не упоминал. Вы всегда казались таким правильным, настоящим приверженцем традиций, мистер Фонтана.
— А ты всегда казалась любительницей только противоположного пола. Ты никогда не упоминала Дафну.
— Значит, к трио в постели ты относишься спокойно? — игнорируя его слова, спросила Айседора.
Толкнувшись бёдрами и прижавшись сильнее, Элиас подумал, что довольно ясно ответил на заданный вопрос. Кроме того, ему не давало покоя кое-что ещё.
— Почему ты называешь это место адом?
Айседора прикрыла глаза, словно уклоняясь от его вопроса, пока Элиас продолжал двигаться. Она впилась ногтями ему в спину, один из которых проткнул кожу. Элиас выругался. Иса отдёрнула руку и удивлённо уставилась на неё. На кончике пальца подобно расплавленному воску блестела капля серебра.
«Твою ж мать. Что это? Моя… кровь?»
Элиас схватил руку Исы и ловко стряхнул каплю, не дав ей по-настоящему навредить. Округлив глаза, Айседора приоткрыла рот, будто собиралась заговорить, но Элиас начал вбиваться в неё быстрее, чтобы отвлечь от только что случившегося. Он свёл её запястья над головой и Иса, выгнувшись навстречу, прошептала:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я отвечу, если ответишь ты.
Трое в одной постели. Мысль о сексе втроём с Айседорой только ускорила волну оргазма, готовую вот-вот захлестнуть.
— Интересно. Не думаю, что пришёл твой час умирать, Элиас Фонтана.
Как только его имя слетело с губ Исы, Элиас не смог больше сдерживаться. Член дёрнулся, мышцы напряглись, Элиас ощутил пульсирующую вокруг его ствола горячую плоть и мощно излился. Когда эйфория от единения с Айседорой рассеялась, он прошептал:
