распластаться в грязной воде.
‒ Это еще… что такое? ‒ просипел ворчливым тоном Потёмкин, глубоко вдыхая и выдыхая, а затем, сфокусировав на мне и на Симонне взгляд, слегка нахмурился. ‒ Захарушка? А кто вы… юная альвийская леди?
Боюсь, эта юная леди будет твоего возраста, старикан.
‒ С воскрешением, Александр Александрович, ‒ тихо рассмеялся я. ‒ Отпускать? Стоять сможете?
‒ Типун тебе на язык, Захарушка, ‒ проскрежетал тот весело хриплым басом. ‒ Если, кто узнает, что такого как я воскресили, то патриарх меня на костре сожжет, да и лучину сам поднесёт. Он еще тот пройдоха и давно этого хочет. Тьму он, видите ли, на дух не переносит. Лицемер старый! ‒ а затем, прислушавшись к себе, утвердительно кивнул. ‒ Отпускай. Чувствую себя отвратно, но что-то мне подсказывает, что без вашего вмешательства уже давно бы удобрял погост. Не так ли?
Руки моментально опустили заметно исхудавшее тело пожилого мужчины. На секунду он вновь окунулся всем телом в воду, но уже миг спустя стоял на своих ногах, подрагивая всем телом и придерживаясь за борт.
‒ Моей заслуги в этом нет, всё благодаря Симонне, ‒ указал я рукой на женщину.
‒ Как понимаю, альвы уже на Земле? ‒ усмехнулся понятливо старик, а после взглянул на меня. ‒ Твоих рук дело? Хотя, чьих же еще? Твоих, конечно же. Ты тот еще хитрый жук…
‒ Альвы здесь покамест частично. Их перемещением из форпоста стигмы сейчас занимаются, причем один из них ваш сын. Так что заступничество Костлявой Тени Императора им сейчас не помешает.
‒ С огнем играешь, ‒ усмехнулся советник, пожурив меня тощим пальцем. ‒ Но тебе так и быть прощаю. Долго я провалялся?
‒ Более чем достаточно, чтобы пропустить много интересного, ‒ подтвердил я, снимая полог тишины. ‒ Екатерина Львовна! Можете входить!
‒ Юная леди, благодарю вас за помощь этому старику! ‒ галантно поблагодарил альву светлый князь, а после, как и подобает аристократу, поцеловал той руку.
Вот только сделал он в тот самый момент, когда скопище перепуганных Потёмкиных ворвалось внутрь купальни, и все они ошеломленно остолбенели от увиденного. Причем во главе находилась супруга советника, Ростислав и, как ни странно, Рострик с кружкой чая, которой и отсалютовал Симонне, поздравляя хранительницу, видимо, с успешно проделанной работой.
Княгиня Потёмкина пару секунд с любовью, тайным трепетом и неверием взирала за исцелённым мужем. Правда, с губ у неё слетели совсем не те слова, которые ожидали многие.
‒ Саша, ты опять за старое? ‒ с наигранным возмущением отчеканила она, под облегченные смешки родных.
Однако все отрицания Потёмкина заглушил сдвоенный радостный вопль внука и внучки, которые со всей скоростью рванули прямо в бассейн.
‒ ДЕДА!!!
‒ Стоять! ‒ холодно рявкнул я, подхватывая мелкого сопляка за шкирку, словно нашкодившего щенка. А вот Куню уже ловить пришлось чуть мягче и перекидывать через левое плечо. ‒ Убить вздумали? Князю нужен отдых.
‒ Хотя бы в течение трёх-четырёх дней пока резерв не окрепнет до самого конца, ‒ следом за мной отозвалась до невозможности усталая альва. ‒ А теперь, если никто не против, я хотела бы немного передо…
Правда, фраза была оборвана на полуслове, глаза её закатились, а сама Симонна под тревожные вопли Потёмкиных медленно начала оседать прямо в воде, поэтому она оказалась третьей кого я успешно подхватил за талию.
* * *
Как бы меня ни благодарили, возмущались и не требовали Потёмкины остаться у себя на ночь, пришлось спешно покидать их резиденцию на руках с бессознательной хранительницей. Ведь после осмотра изумлённых проделанным магинь жизни, те констатировали, что все процедуры отняли у женщины все силы и сейчас она спала крепким и беспробудным сном.
Замечу, что даже мелкий сопляк оказался не против моего общества в резиденции, но в этом вопросе я был непреклонен и в сопровождении конвоя его императорского высочества Ростислава, на руках с Симонной и довольным Ростриком рядом, был сопровожден до самого своего княжеского обиталища. Причем, по приезду на место хватило одного взгляда, чтобы понять, что за усадьбой присматривали сразу четыре двойки из третьего тайного отдела.
Как ни странно, но первыми, кто меня встречали, была Хельга с лисицами, радостная Рита и до безумия веселая Лиза, которая оказалась на руках у довольного Карза, и уже где-то за ним маячили его собственные дети. Вот только с толку сбивала виноватая физиономия Кертайса, а также перепуганный и бледный вид Калиры, которая с самого начала боялась поднять на меня взгляд.
‒ Дядя Зеантааааар!.. ‒ правда её счастливый визг тотчас затих, когда она увидела Симонну, и та ладошкой с виноватым личиком прикрыла собственный рот. ‒ Простите, дядя Зеантар… Что случилось с этой тётей?
‒ Привет, подруга, всё в порядке, не переживай, ‒ подмигнул я шепотом Евсеевой младшей, укладывая альву на диван в гостиной, а после приложил к губам палец и потрепал малышку по голове. ‒ Тётя сильно устала и сейчас крепко спит. Так что не будем ей мешать.
‒ Хорошо, дядя Зеантара, ‒ одними губами произнесла она, не сводя зачарованного взора с альвы, стоя рядом со мной и рассматривая её во все глаза.
‒ Пока я поздороваюсь с остальными, можешь познакомиться вот с тем дедушкой, ‒ изрёк я, указывая пальцем на Рострика, который с интересом осматривал интерьер гостиной, при этом удовлетворенно причмокивая.
И когда свою порцию приветственных объятий получила Рита и Хельга, а Лиза уже вовсю осаждала старого артефактора, я, наконец-то, обратил взор на семейку Карза.
‒ За мной в кабинет, живо! ‒ скомандовал я, пропуская вперед троицу, а после обратился к оставшимся в гостиной. ‒ Рита, Хельга, Терентий, присмотрите покамест за Симонной, а мне нужно срочно уладить кое-какой вопрос.
* * *
Стоило мне переступить порог собственного кабинета, следом активировать полог и присесть на кресло, а дверям захлопнутся, как рядом со мной со стремительной скоростью оказалась бледная, словно сама смерть Калира, улыбка Карза тотчас поблекла. Кертайс же в этот самый момент пытался найти пятый угол в помещении, чтобы оказаться от меня как можно дальше.
‒ Зеантар… я… я не знала… честно. Я не просила об этом… ‒ затараторила сбивчиво и чуть не плача альва. ‒ Я не хотела вмешиваться в твои дела… Клянусь тебе!
‒ Тихо, Калира. Сядь и не мельтеши, ‒ расслабленно отрезал я, медленно выворачиваясь из петли галстука на шее.
Все взволнованные вопли девушки моментально прекратились, и затем взгляд сразу же дёрнулся к
