Проницательные глаза короля оглядывали все вокруг, ничего не упуская. Мадлен почувствовала ту мощь и силу, которая превратила его из незаконнорожденного сына заурядного герцога в короля Англии.
Король перемолвился словом с мадам Селией, затем подошел к Мадлен. Она нервно облизала губы и снова присела.
– Ну, мадемуазель, – сказал он грубовато, – я привез тебе мужа.
– О! – Мадлен понимала, что должна поблагодарить короля, но вместо этого начала оглядываться, пытаясь увидеть, кого он ей выбрал.
Король рассмеялся:
– Позже. Сейчас я хочу осмотреть замок.
Он предложил девушке руку и повел ее внутрь, предоставив ее дяде и тетке следовать за ними.
Мадам Селия тут же убежала с истошным воплем:
– Вина! Вина королю!
Мадлен судорожно сглотнула.
– У нас нет вина, сир.
– Гораздо лучше выпить эля после длительной скачки в пыли, – сказал король. – Это помещение выглядит несколько по-спартански, мадемуазель. Я уверен, что во времена Герварда оно было обставлено богаче.
Мадлен подала знак принести эль.
– Боюсь, он забрал с собой имущество, когда бежал, сир.
Король уселся на один из двух имевшихся стульев и указал Мадлен на другой. Хмурый Поль расположился на скамье. Слуга с кувшином эля раболепно пробрался вперед. Мадлен взяла кувшин, чтобы обслужить важного гостя, как повелевал ей долг хозяйки замка. Слуга, бледный от ужаса, попятился. Вильгельм взял полную чашу эля.
– Спасибо, мадемуазель, – сухо добавил он. – Я хотел бы, чтобы все англичане испытывали подобный страх при моем появлении.
– Не сомневайтесь, сир, – вмешался Поль, нетерпеливо подавшись вперед. – Мы управляем здешними бездельниками твердой рукой.
Король отхлебнул большой глоток эля.
– Отличного качества, мадемуазель.
Вильгельм подал знак. Вперед выступили два человека – пожилой и молодой – младший был очень крупным и смуглым. «Был ли это ее будущий муж?» – спрашивала себя Мадлен с сильно бьющимся сердцем. Выглядел он привлекательно.
– Мадемуазель, представляю тебе графа Гая де Гайяра и его сына, лорда Лео де Везена. Они составят тебе компанию, пока я отойду в сторонку с лордом Полем. Он, должно быть, много может мне сообщить.
Мадлен видела, как ее дядя нервно сглотнул.
Гай де Гайяр рассматривал молодую женщину, которую предложили в жены его сыну, и испытывал знакомое желание треснуть Эмери головой о каменную стену. Она была настоящим сокровищем. Не писаной красавицей, а цветущей и миловидной, с чистой кожей и белыми зубами. В ее прекрасных карих глазах, искрящихся юмором, светился незаурядный ум. Хотя тут и не было физического сходства, Мадлен сильно напоминала ему Лусию, когда он положил на нее глаз.
Гай оглянулся вокруг в поисках Эмери, но не увидел его. Куда, во имя Господа, он подевался? Одо де Пуисси тоже скрылся, но тот, возможно, пошел засвидетельствовать свое почтение мачехе. Стивен де Фе вертелся поблизости с таким видом, словно не мог поверить своему счастью.
– Леди Мадлен, – спросил Гай, – давно ли вы живете в Англии?
– Только восемь недель, милорд. Я приехала с герцогиней… С королевой, я имела в виду.
– Ах да. Ее величество прислала письмо и подарки для вас. Она высоко вас ценит. Она рассчитывает видеть вас в своей свите, прежде чем ее ребенок появится на свет.
– Как она себя чувствует, милорд?
– Наилучшим образом, насколько мне известно. А вам нравится Англия?
– Она прекрасна, – ответила Мадлен, – и, думаю, могла бы быть раем, если бы не война.
Граф Гай засмеялся:
– Для некоторых людей война и есть рай. Большинство нормандцев считают жизнь скучной без сражений, и викинги, конечно, считали раем Валгаллу, где мужчины могли каждый день сражаться и умирать, возрождаясь вновь, чтобы снова сражаться. Вам следует познакомиться с моим младшим сыном, – продолжал он, – который мог бы рассказать вам о подобных вещах лучше, чем я.
– Он ученый?
Молодой спутник графа рассмеялся:
– Возможно, Эмери и слишком образован для нормандца, но он не из духовных лиц. Вы увидите, когда познакомитесь с ним. – Он тоже оглянулся вокруг. – Не понимаю, куда он исчез. Пойду-ка его поищу.
Он поднялся на ноги. Торопливо подошла мадам Селия и уселась рядом с Мадлен.
– Так приятно, что Одо снова возвратился домой.
– Вряд ли это его дом, тетя, – парировала девушка.
Селия потянулась, чтобы ущипнуть ее, но отдернула руку.
– Нам не хватит еды, – раздраженно сказала она. – Ты отвечаешь за пищу. Чем ты только занималась, ленивая девчонка!
Лео обменялся с отцом многозначительным взглядом и вышел.
Эмери сделал вид, что беспокоится о своей лошади, чтобы не попадаться наследнице на глаза. Пусть Стивен и Одо сражаются за нее, и тогда, может, она не станет присматриваться к нему. Он вспомнил, как она появилась, склонившись перед королем, ослепительная в своем наряде. Ее длинные волосы свободно струились из-под золотой повязки, сверкая по всей длине до самых бедер, и заколыхались, обрисовывая плавные линии ее фигуры, когда она повернулась, чтобы войти в замок с королем.
Все опасения Гирта по поводу дурного обращения оказались вздором, и Эмери не о чем было беспокоиться. Она стала еще прекраснее, чем он помнил. Теперь ему следует только по сто раз в день напоминать себе, что она всего лишь бессердечная ведьма…
– Ну и ну, – сказал, подходя, Лео и не слишком нежно треснул брата по спине.
Эмери уже снял доспехи, и удар оказался достаточно чувствительным. – Ты что же, не хочешь заполучить ее? Славная пышечка.
– Смотря по тому, каков у нее нрав, – мрачно сказал Эмери, и его брат покачал головой.
– У тебя что, вскочили чирьи на заднице? Пока мы скакали сюда, ты становился все угрюмее с каждой милей. – Лео посмотрел вокруг. – Не сказать, что здесь уже ничего нельзя исправить. – Лео окликнул оруженосца и тоже снял доспехи, натянув затейливо вышитую тунику. Затем они с Эмери направились к укреплениям. Лео все осматривал и ощупывал, проверяя на прочность.
– Все это построено наспех, – сказал он. – Камни неплотно прилегают друг к другу.
Возле частокола он толкнул огромное бревно, врытое в землю, и оно пошатнулось.
– Эй, ты! – закричал Лео ближайшему работнику. – Когда это было сделано?
Бедняга испуганно на него взглянул и что-то пробормотал по-английски.
– Что он говорит? – спросил Лео.
– Конечно же, он спрашивает, что говоришь. Неужели никому не приходит в голову выучить язык?
Тут он вспомнил, что кое-кому это пришло на ум.
– Переведи ему мой вопрос, – сказал Лео, теряя терпение.
Вскоре они выяснили, что весь участок был сложен за прошлую неделю. Работник сказал, что понимает, как плохо все сделано, но таково было приказание лорда.
