Яркий букет таких миниатюрных, но по-своему красивых цветов резко контрастировал с серым, угрюмым бетонным полом, на котором он оставил свой скромный подарок.
Эти бархатцы напоминали ему саму Лидию: такие хрупкие на вид, они таили в себе золотую сердцевину и пусть тонкий на первый взгляд, но устойчивый на деле стебель.
Он срезал эти несколько цветков тайком от матери и привез из деревни, бережно упрятав в свой рюкзак. Не нашел ничего лучшего, чем обернуть их в газетную бумагу и отчего-то был уверен: Лидию ничуть не смутит эта весьма не привлекательная упаковка…
Быстро взглянув на часы, он убедился: время почти пришло. Он всегда знал, в каком часу Лидия выходит с дочерью гулять. Он вообще знал о ней так много и одновременно - так мало…
Он знал, как светится ее взгляд, когда она улыбается. Знал, что когда ей хорошо и спокойно, цвет ее глаз напоминает безмятежную лазурь. А когда она чем-то огорчена или обеспокоена - голубизна меркнет, приобретая тревожно-серые оттенки…
Он знал, как она смеется и как плачет. Знал все оттенки ее голоса. А еще - что муж ее совсем не заслуживал. Когда они были рядом… он смотрел на нее, как на какую-то бездушную вещь. А она на него - как на бога…
А он сам отдал бы все на свете, чтобы она просто на него взглянула… Не походя, не мимолетно, не как на всех остальных, а по-настоящему. Чтобы увидела его. Увидела все, что он чувствует…
При каждой встрече с ней его сердце сходило с ума. Он хотел и одновременно страшился того, что она заметит, как он смотрит на нее, как преданно ждет ответного взгляда... Но она этого никогда не замечала…
Наверно, потому, что видела лишь одного мужчину.
И все же эмоции в нем бурлили, требовали выхода… И он с робостью первого, безответного чувства решился на то, чтобы положить ей под дверь букетик…
Просто для того, чтобы она улыбнулась. И, может быть, наконец догадалась…
В мысли ворвался резкий шум - звук отворяемой двери… Он затаил дыхание, подался вперед, чтобы видеть все, что происходило внизу, и при этом оставаться незамеченным самому…
Лидия тихо охнула, завидев его букетик, и сердце его в это мгновение забыло, как биться…
Она наклонилась, бережно подобрала с пола цветы. Ее тонкие пальцы коснулись бархатных лепестков, а губ коснулась улыбка, от которой все внутри него восторжествовало, запело…
Ей понравился его букетик!
Он с восторгом, с щемящей нежностью смотрел, как она ласково гладит лепестки цветов, как подносит их к лицу, чтобы вдохнуть аромат: чуть резкий, горьковатый…
В этот момент он жалел лишь об одном: что не мог кинуть к ее ногам более породистые, дорогие цветы. И вместе с тем внутренне ликовал от того, что она все равно радовалась его подарку…
Лидия с улыбкой прижала букетик к самому сердцу, простояла так некоторое время с закрытыми глазами… А ему невыносимо хотелось оказаться ближе к ней, увидеть все оттенки эмоций на ее лице, в ее взгляде…
Но вот она потянулась к карману, достала оттуда телефон…
Он нахмурился, не понимая: кому она собралась сейчас звонить?..
Ее ласковый голос, донесшийся до него, дал ответы на все вопросы.
- Слав, это ты?..
Он вновь полностью обратился в слух. Благодаря тому, что гулкие стены подъезда отражали и усиливали любые звуки, он сумел расслышать и ответ из динамика телефона:
- А ты, по-твоему, кому звонишь?..
Он напрягся, злясь на эту очевидную грубость. Но Лидия лишь рассмеялась:
- Нет, я про цветы на пороге…
Он сжал кулаки: неужели она подумала, что это муж оставил ей букетик?..
Застыв, он ждал его ответа…
После мучительной паузы наконец раздалось:
- Ах, это… да. Да, это я. Тебе понравился сюрприз?
Кулаки сжались еще сильнее, от гнева потемнело в глазах… Захотелось закричать: да нет же, это я! Это я, Лидия!
Но его остановил ее ласковый голос:
- Спасибо тебе большое. Они такие красивые…
Он осторожно, бесшумно отступил к стене, вжался в холодный камень, желая исчезнуть, раствориться…
Разочарование хлестало плетью по душе, душило обидой…
Но он ничего не мог поделать с тем, что для нее существовал лишь один мужчина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тот, кто ее не заслуживал…
И с этим ему предстояло как-то смириться. Но в этот момент все внутри него ревело, вопило, страдало, разрывалось на части…
Как? Ну как же она не поняла?..
Глава 45
- Подарок от поклонника?
Знакомый голос за моей спиной раздался так неожиданно, что я испуганно подскочила на месте, схватившись за сердце. Я, должно быть, простояла у двери добрых несколько минут, глядя на букетик, погруженная в воспоминания и одновременно пытавшаяся понять: откуда мужу знать, где я работаю? И что у меня вообще есть работа?..
Единственные, кто мог ему сказать - это девочки. Но ни одна из дочерей не рассказывала мне о том, что общалась с отцом за последнее время. Конечно, они могли об этом просто не упоминать, но… возникло ощущение, что я что-то упускаю, чего-то не знаю…
Рамиль вырос прямо передо мной, заставляя обратить все внимание - на себя.
- Не расскажете? - поинтересовался с ухмылкой, выразительно кивая на цветы, так и оставшиеся лежать на полу.
От его насмешливого, но такого пристального и внимательного взгляда, которым он словно бы пытался считать мою реакцию, захотелось ощетиниться. А еще - защитить, укрыть от чужих глаз эти маленькие, пестрые цветочки…
Поразительно, у них даже окрас был точно такой же, как у тех, что я нашла на пороге много лет назад: оранжевые огненные края с золотой сердцевиной…
- Они очень красивые, - парировала я с вызовом, наклоняясь, чтобы забрать букет и так же, как когда-то давно, инстинктивно прижала его к груди.
- А я разве сказал обратное? - удивленно приподнял он брови.
- Нет, но…
А что, собственно, «но»? Я с досадой поморщилась, и сама до конца не понимая, почему же мне все время так не по себе в его обществе, под этим взглядом умных карих глаз?..
- Но? - услужливо подсказал он, и в голосе его звучала улыбка, будто Рамиль и сам прекрасно понимал, что я растеряна и не знаю, что ему сказать.
- И - ничего, - отрезала, протискиваясь в свою комнатку и глупо полагая, что на этом разговор будет завершен.
Но нет, он упрямо последовал за мной. Встал у двери, скрестил на груди руки и уже совершенно серьезным тоном поинтересовался:
- Вы меня избегаете, Лидия?
Вопрос меня поразил. И откуда только в нем бралась эта способность видеть так ясно вещи, в которых я и самой себе не отдавала отчета до этого момента?..
- С чего бы мне вас избегать? - все же пожала плечами, принимая равнодушный вид.
Хотя он, конечно же, был прав. Я старалась лишний раз не натыкаться на Рамиля, насколько это было вообще возможно с учетом моей работы.
- Вот и я не понимаю, - любезным тоном откликнулся он.
- Вам, наверно, показалось…
Он даже не утрудил себя тем, чтобы скрыть смех, который вызвали в нем мои слова. Рассмеялся открыто - глубоким, бархатистым смехом, от которого по коже мигом пробежала непонятная дрожь.
- Давайте-ка вспомним, - вкрадчиво заговорил он, когда смех наконец прервался. - Вы сворачиваете в другую сторону, едва меня завидев. Заходите убирать номер, когда точно знаете, что меня нет. Пару раз я видел весьма занимательную картину, как вы, подхватив ведро, мчитесь куда подальше, едва мне стоит появиться где-то поблизости… Стоит, кстати, отдать вам должное, Лидия - вы в прекрасной физической форме. Никогда еще не видел такого отменного бега с тяжестями наперевес.
Он бил в самую суть каждым своим словом, и от этого мне становилось все более неуютно, и даже… стыдно. Я ведь не могла ему никак объяснить причину своего поведения, не признаваясь при этом в том, что чувствую себя рядом с ним так… странно.
- Я вам очень благодарна, Рамиль, - произнесла после паузы, тщательно подбирая слова. - Я просто не хочу вас больше никак отвлекать…
