Читаем без скачивания Москва – Таллинн. Беспошлинно - Елена Селестин

Варвара вновь задумалась о талантливых; повидала она их в своей жизни достаточно, людей, способных выразить идеи, которые снятся многим. Характер или судьба часто приобщает талантливых к человеческим слабостям, чтобы знали они не понаслышке о душевных деформациях «обычных» людей. Злые ведь страдают, порочные страдают, страстные страдают, так называемые ленивые тоже – и редко талантливым, особенно в молодости, удается избежать «практического» знания об этих мучениях. Зато, если уж пошлет Господь им возможность творить, то не осуждают они других, помня, что в каждом есть добро, и в каждом же и зло. Быть человеком – значит балансировать. Мы встречаемся для того, чтобы помогать друг другу устанавливать равновесие.

Варвара решила, что когда вернется в Москву, найдет девочку, поговорит, не станет все же лишать своего покровительства. Бог с ними, с деньгами, в конце концов. Интересно, сможет ли Маруся написать что-то еще, или останется, как бывает часто, – одна вещь, единственное озарение. Варвара продолжала ощущать свое сходство с Марусей, ей льстило, пожалуй, это сходство. Жаль, что Стасу не передалось ничего необычного, скучный и скрытный человек получился. Кстати, почему она решила, что в Таллинне у Стаса обязательно родился сын, могла же ведь появиться дочка?!

– Яца, – спросила Варвара, наконец, дозвонившись в Москву, – чей ребенок жил у нас дома?

– Ребенок? – голос Ядранки стал резко-злым. – У кого?

– Не у меня же, Яца! И не у тебя, наверное. Спрашиваю, кто жил в моей будванской квартире.

– Не знам.

– Я что – сумасшедшая? Какие-то люди здесь жили. Ключи от квартиры ведь у тебя есть?

– Па да. А кто ребенок – не знам.

В растерянности Варвара попросила передать трубку Стасу – сын на следующий день должен был уехать в Японию в командировку на месяц. Попрощавшись с сыном, повесив трубку, она почувствовала себя старой и усталой. Варвара спустилась к соседям, они сказали – да, у тебя в квартире жила туристка с двумя маленькими детьми, не Ядранка, а незнакомая сербка, похожая на приезжую из Белграда.

В день, когда Варвара вернулась из Черногории, она позвала Ядранку поужинать. Варвара уже не сердилась на то, что в Будве ей пришлось делать уборку, ничего страшного, если добрая Ядранка пустила ненадолго пожить свою подругу с ребенком и, наверное, теперь боится сказать об этом. Стас все еще был в Японии.

Варвара накрыла нарядный стол и поставила бутылку македонского вина. Однако сербка появилась с таким недовольным выражением лица, что Варвара сразу вспомнила свою досаду.

– Так ты давала кому-то ключи от моей квартиры, Ядранка?

– Нет, – и поглядела дерзко.

Варвара не собиралась ссориться, хотела узнать новости про Стаса. Но беседы не получилось, Ядранка почти ничего не ела, быстро ушла.

На следующее утро Варвара решила разобрать шкафы в квартире. Наткнувшись на свои тайники с деньгами, сделала формальную проверку; перед отъездом она часть денег отнесла в банк, а остальные аккуратно пересчитала и внесла в тетрадь, которую брала с собой. Варвара не досчиталась семисот евро, но теперь она не только точно знала, что сама никуда не могла их подевать, она также поняла, кто их взял. И Маруся пострадала напрасно, догадалась Варвара. Она покурила на балконе, вспоминая свою дружбу с Ядранкой, ей было грустно.

Варвара вызвала шофера, съездила на рынок и стала варить борщ по своим сложносочиненным правилам – с черносливом, фасолью и грибами. Жарила и тушила ингредиенты в определенной последовательности. Кулинарные манипуляции всегда хорошо ее успокаивали. Потом она позвонила Ядранке, пригласила ее на обед.

– Не можу данас, – пробасила Ядранка нелюбезно.

– Приходи все же, поговорить надо, – сказала Варвара твердо.

Ядранка молча повесила трубку. Во время разговора Варваре показалось, что в мастерской еще кто-то есть, слышались живые шумы и звуки, хотя вполне возможно, это был телевизор. Недолго думая, Варвара сняла с себя кухонный фартук, вышла на лестничную площадку и позвонила в дверь мастерской сына. Ей долго не открывали, и Варвара решила, что вернется в квартиру, возьмет свой ключ и войдет сама. Однако дверь дрогнула, наконец, из просвета выглянула хмурая Ядранка.

– Иду я, – сказала она недовольно.

Эта интонация мгновенно взбесила Варвару.

– Я теперь сама хочу к тебе зайти, – решительно заявила Варвара, и вдруг увидела в глазах девушки необычное – страх. Ядранка хотела захлопнуть дверь, но Варвара вставила ногу в дверной проем.

– В моем доме! В доме моего сына. Мне надо взять вещи.

– Не убрано у меня.

– Во-первых, не у тебя, ты еще пока здесь никто! – закричала Варвара очень хорошо поставленным голосом, на весь подъезд. – Во-вторых, я войду сейчас!

Она решительно налегла плечом, приоткрыла тяжелую дверь пошире – и увидела испуганного мальчика лет семи, которого обнимал за плечи молодой мужчина.

– Добар дан, – быстро сказал мужчина по-сербски. Взгляд у него были робким.

– Добар дан. Вы кто?

– Милан. – Он был очень высоким и широкоплечим. Вежливо протянул руку. – Приятно. – Лицо у Милана было открытое, даже красивое.

– Приятно. А что вы здесь делаете, Милан?

Красивый серб вопросительно смотрел на Ядранку, ожидая перевода.

– То мои друзья, – объяснила сербка. – Гости мои.

– А Стас знает, что в его мастерской твои друзья?

– Зашто? У меня много друзей.

– Потому что мой сын не любит, когда без него сюда приходят.

Серб тревожно переводил взгляд с Варвары на Ядранку.

– Вы кто, Милан? – прямо спросила Варвара. – И милый мальчик? Како тебэ зовут?

– Душко, – мальчик нахмурился, сверкнул глазами, глаза у него были точь-в-точь как у Ядранки. Мальчик тоже был красивым, очень ухоженным: длинные светлые волосы слегка вились, глаза карие с длинными ресницами.

– Это твой сын? – спросила Варвара Ядранку, понимая, что в ответ на такой вопрос солгать невозможно.

– Так.

Вопреки обескураживающей информации, Варвара почувствовала себя бодрее, к ней вернулся боевой дух, тревоги по поводу больной головы покинули ее. Она рассматривала Ядранку даже с восхищением, думая о том, что более наглой женщины ей в жизни пока не встречалось.

– Идем со мной, Ядранка. Милан, зайди тоже на минутку, я налью тебе борща для мальчика и дам хорошие детские книжки.

Милан не двинулся с места.

– Ядранка, переведи, чтобы твои гости меня не боялись.

Ядранка перевела тихим голосом.

Во время обеда Варвара наблюдала за Ядранкой. Единственная слабость, которую можно было заметить в поведении девушки – ее руки немного дрожали, и она смотрела в сторону.

– Мальчик у тебя красивый, – искренне похвалила Варвара.

– Па да.

– Надолго они в Москве?

– Сегодня пойдут в Белград.

– Ясно. И что мы скажем Стасу?

– Зашто?! – Ядранка смотрела на нее изумленно, будто была возмущена коварством Варвары.

– Послушай, – Варвара пыталась говорить спокойно. – Допустим, ваши отношения со Стасом меня не касаются. Но например…ты ведь брала у меня деньги?

– Деньги?! – Вот кому надо было поступать в театральный, отметила Варвара про себя. – Не надо мне ваши деньги!

– Ах, не нужны? Значит, брала просто так? Ты хоть понимаешь, Ядранка, что я должна обо всем рассказать Стасу?

– Что я сделала?

– Не прикидывайся. Деньги у меня начали пропадать, как только ты, милочка, появилась в моем доме, ключи от квартиры в Будве были у тебя, и ты кого-то туда пускала. Что касается твоих родных…ну-ка ответь, Стас знает, что у тебя есть и муж и сын?!

– Може, я развелась с Миланом, тада мужа нет, ребенок само. Только сын!

– Може и тако, али Стас все равно должен был знать то, ведь иначе получается, ты обманывала всех целый год.

– Это наше дело!

Варвара виду не подала, однако была озадачена таким поворотом дела. Она вдруг очень устала разговаривать с женщиной, у которой в голове все было устроено как-то странно, или в душе. Стас для Яцы, конечно, выгодная партия, но как она может быть такой хладнокровной?

– Не понимаю, как ты можешь жить здесь – и гадить, – удивилась Варвара искренне, – вот что я тебе скажу: уезжай-ка вместе со своими родными. Стас приедет, я ему все объясню. Захочет, он поедет за тобой в Белград… это его дело. После всего я просто не смогу вынести, что ты живешь здесь поблизости, понимаешь? И, кстати, немедленно верни ключи от квартиры в Будве.

Ядранка молчала. Варвара закурила сигарету и ждала; ей вдруг представилось, что жизнь без Ядранки снова станет прозрачной, управляемой. Оказывается, она и сама не осознавала, насколько устала от ее присутствия.

– Стас разрешил мне жить там, я стану ждать его, – произнесла Ядранка веско.

– Вот как ты решила.

– Да, – ответила та, продолжая смотреть в глаза Варваре.

– Ладно, – Варвара стряхнула пепел и заговорила особым голосом «активного воздействия», который заставляет прислушиваться к говорящему, выполнять его команды. Так она, во всяком случае, учила своих учеников. – Значит, ты считаешь, что находишься здесь только благодаря Стасу?