небольшой камбуз и гальюн.
С самого отлета, Кира не переставала думать обо всем произошедшем. Несомненно это был не первый случай в ее жизни, когда она сначала делала что-то, поддавшись импульсу, а только потом начинала думать о последствиях. И, судя по всему, ничему ее жизнь не учила.
Первая эйфория от побега уже прошла, как и восторг по поводу того, что она сможет поговорить с настоящим жителем Земли прошлого. Сейчас в ее голове появлялось все больше вопросов. Если это член экипажа древнего ковчега, то откуда он знает этого… бандита? Зачем этот Радган, или как там его, устроил побег найденному астронавту? Почему она не убежала, как только нарушитель убрал нож от ее горла? Зачем пошла за ними и предложила свой корабль? Зачем? Зачем?
Столько вопросов, но ни на один она пока ответа найти не могла.
Кира сидела за пультом управления, сосредоточившись на приборах, но ее внимание все равно было обращено назад. Туда, где возле маленького столика сидели двое ее странных попутчиков. Говорили они негромко, но некоторые слова все же долетали до ее ушей:
— Он у тебя? — это выживший. Его голос был тихим, немного сиплым. Вероятно из-за долгого криосна.
— Нет, я упустил, — ответил Радган. — Он был у этого в руках, но до захвата.
“О чем они говорят? — Кира замерла, прислушиваясь. — Какой захват?”
— Он нужен нам! — чуть громче просипел землянин. — Это единственный шанс, Сей-ки!
— Мы отыщем его, Син-ко, обещаю. Он у мальчишки, а этот знает, куда он придет.
Кира не выдержала и повернулась. Настолько странным был этот разговор. Оба мужчины смотрели прямо на нее.
— У тебя вопросы? — спросил Радган. Из его рассеченной брови текла струйка крови по щеке, но он, казалось, не замечал этого.
— У тебя кровь, — сказала Кира. — Сейчас мы выйдем за пределы сканеров АСТ, и я обработаю рану.
Мужчины продолжили молча таращиться на нее, и она отвернулась, пытаясь сохранить самообладание. Вся эта ситуация заставляла волосы шевелиться на голове.
Через некоторое время “Ариадна” достигла последней автоматической станции, от которой можно было сделать прыжок. А потом их отследить будет практически невозможно.
После гипера Кира включила автопилот и развернула кресло к пассажирам. Они продолжали молча смотреть на нее. У девушки появилось непреодолимое желание прервать это неловкое пугающее молчание. Она подошла к шкафчику с аптечкой и принялась доставать препараты для обработки ран. Молчание было оглушающим, поэтому она начала говорить:
— Я слышала, что ты был инженером на ковчеге “Отвага”? — спросила она у выжившего.
— Этот был, — непонятно ответил он, но затем поправился: — Я был, да. Имя — Доран Дрейк. А твое?
— Меня Кира зовут, — девушка улыбнулась.
Она достала из упаковки несколько влажных салфеток и подошла к Радгану. Тот следил за ней глазами, даже не поворачивая головы. Она промокнула его рану, вытерла кровь. Мысли бешено носились в ее голове, пытаясь найти верное поведение в этой ситуации. Только сейчас, запоздало, девушка подумала о своей безопасности. Нужно было выяснить намерения ее случайных пассажиров, раз уж она так опрометчиво взяла их к себе на борт. Поэтому она осторожно продолжила разговор:
— Я — археолог. Это такая древняя профессия, хотя тебе она должна быть известна, конечно же, — засмеялась она. Смех вышел немного нервным. Она побрызгала на рану антисептиком, но у мужчины ни одна мышца не дернулась.
— У тебя вопросы? — снова произнес Радган.
— Я изучаю пропавшие ковчеги, — пояснила Кира, — так что да, у меня много вопросов, в основном к Дрейку. Расскажи, что случилось на борту? Почему выжил ты только один?
Доран помолчал немного, как будто собираясь с мыслями, затем скрипуче ответил:
— Это все капитан. Виноват. Все погибли. Из-за него. Он отключил.
“Боги, да у него шок! — вдруг поняла Кира. — Конечно! Очнуться через столетие и понять, что кроме тебя никого не осталось — вот она причина его странного поведения! А я уж подумала…”
Девушка заметно расслабилась, но второй пассажир все еще вызывал у нее смутное беспокойство.
— Куда летим? — спросила Кира, налепляя пластырь на рану.
Увидев непонимающие лица мужчин, она пояснила:
— В смысле, куда мне направлять яхту? Куда-то конкретно или просто подальше от “Тесея”?
— Подальше от “Тесея” — сказал Дориан.
— И конкретно, — добавил Радган, — Летим на “Пристанище”, мальчишка вернется туда.
К удивлению мужчин, Кира звонко расхохоталась.
— Если вы про мифическую пиратскую базу “Пристанище”, то боюсь разочаровать вас. Ее не существует.
— Существует, этот там был, — Радган ткнул пальцем себе в грудь. — Я знаю, куда лететь.
— Поверю на слово, — ответила Кира, убрала медицинские принадлежности на место, и вернулась на свое пилотское кресло, но не стала разворачивать его к пульту, а спросила:
— А вы откуда знаете друг друга?
Пассажиры переглянулись.
— Мы не знаем, — ответил Дрейк.
— Мы на станции познакомились, — пояснил Радган.
— Ну-у, ладно.
“Ага, как же! На станции они познакомились!” — подумала она, повернулась к пульту и собиралась попросить координаты “Пристанища” — легенды и сказки космических дальнобоев, но услышала свистящий шепот:
— Она не верит. Она знает…
“Что я знаю?” — мелькнула мысль в голове Киры, но она не успела озвучить ее, так как получила по голове чем-то тяжелым и ее сознание отключилось.
Часть 3. Пиратский тайник. Глава 3. “Исшари”
Легкая хитонская яхта “Исшари”
Пассажир оказался очень активным и неугомонным. Ирч поглядывал на человека краем глаза с раздвоенным зрачком и изредка щелкал жвалами.
Тим осматривал небольшую яхту хитонца с восторгом вылупившегося детеныша, который только-только покинул кладку с яйцами.
— А вот это что такое? — спрашивал человек, тыкая одним из пальцев то в одно, то в другое.
— Это табло ирионного ускорителя, — как ребенку объяснял Ирч. — А это не надо трогать! Это переключатель искусственной гравитации. Мы же не хотим болтаться в воздухе, как иртки в брачный период.
Яхта “Исшари” покинула
