– Чувствую себя чего-то хреново, – сознался я.
– Простыл?
– Не, просто голова болит. – Я закинул на плечо лямку рюкзака и, приоткрыв дверь, с ружьём в руках выглянул наружу. Никого. – Давай, короче, собирайся.
– Лыжи не забудь, – окликнул меня Шурик, но я уже вышел на покосившееся крылечко.
Ух, морозно. Зато на свежем воздухе голова хоть немного прояснилась. Не иначе, как дымом в избе надышался, вот и замутило.
Придерживая одной рукой ружьё, наклонился зачерпнуть пригоршню снега, и в этот момент что-то ударило меня в спину. Не удержавшись от сильного толчка на ногах, я выронил ружьё и перекувыркнулся через голову. Сразу же вскочил и тут же вновь упал в снег, уворачиваясь от клацнувших у лица клыков огромного белого волка. Даже не пытаясь отползти, я рванул с пояса широкий нож и хватанул им по шее решившего цапнуть меня теперь за ногу зверя. Густая шерсть смягчила удар, но всё же тяжёлый клинок перебил сразу несколько хрящей.
Вот только волка это не остановило! Лишь на мгновение припав к земле, он вновь прыгнул вперёд. Широко замахнувшись, я со всей мочи рубанул его по голове, но лезвие ушло вбок, всего лишь срезав левое ухо.
Весившая никак не менее центнера туша навалилась сверху и вдавила меня в сугроб. Вцепившись в густую шерсть, я умудрился удержать оскаленную морду на вытянутых руках и невольно взглянул в налитые кровью глаза.
Такие глаза просто-напросто не могли принадлежать волку! Человеческие это были глаза!
Оборотень!
Перевёртыш одним рывком освободился от моей хватки и отпрыгнул в сторону, но в этот момент грохнул пистолетный выстрел. И почти сразу – ещё три подряд. Глаза едва не успевшего вырвать мне глотку оборотня подёрнулись поволокой, и он, потеряв былую грацию, неуклюже уткнулся мордой в снег.
– Спасибо, – только и смог выдавить из себя я, когда наконец поднялся на ноги. Надо же, как удачно, что у Шурика пули серебряные под рукой оказались...
– Ты смотри, – вздрогнул вдруг Ермолов, когда волчье тело начало медленно изменяться, прямо на наших глазах превращаясь в мёртвого человека с четырьмя пулевыми отверстиями в спине.
– Чертовщина какая-то. – Я отвёл взгляд в сторону, морщась от размеренного треска встающих на место костей перевёртыша. – Он один был, как думаешь?
– Ты меня спрашиваешь? – убрал пистолет в кобуру Ермолов. – Проверь.
– Блин, и как я его не почувствовал? – окинув внутренним взором росший вокруг поляны лес, я поморщился. – Да не, оборотни не волколаки, в стаи обычно не сбиваются. Хотя бывают и исключения...
– Он тебе никого не напоминает? – Шурик перевернул на спину труп невысокого полноватого мужчины. – Твою мать!
Я так и вовсе чуть язык от удивления не проглотил. Дрон!
– Вот так дела! Вот так встреча! Теперь понятно, куда он запропастился, – уставился на меня Шурик. – Но так просто не бывает! Или он специально нас выслеживал?
– Да какая разница? – зарядив в ружьё патрон с посеребрённой дробью, я почти в упор выстрелил в голову бывшему командиру нашего с Шуриком отряда Патруля. Но даже и с почти напрочь снесённой головой труп Дрона вызывал у меня желание как можно быстрее отсюда убраться. Явно ведь меня выслеживал. Чуть не достал, гадина. Неужели за брата поквитаться хотел? Злопамятный, сволочь.
– Да и так бы не ожил, – не одобрил моего поступка Ермолов и поднял валявшийся на снегу рюкзак. – Лямку правую пришивать придётся, и карман один выдран.
– Ну и хрен бы с ним. – Я наконец выровнял сбившееся дыхание. – Давай, лямку пришьём по-быстрому и валим отсюда.
– Может, пули выковырять? – задумчиво поглаживая рукоять ножа, поинтересовался моим мнением Шурик.
– Совсем, что ли, сбрендил? – осадил его я.
– А чё?
– Да ни чё! – Я б так и вообще этого выродка серебром нафаршировал. Чтоб уж точно не ожил. – Забудь. Лучше пару рублей сверху накину.
– Ловлю на слове. – Здоровяк оставил нож в покое и расправил плечи. – Ладно, чего встал, займись лямкой. Сейчас рюкзак притащу.
– Чем пришивать-то? – крикнул я в спину парню, направившемуся в ельник с автоматом на изготовку. – У тебя инструмент есть?
– Сказал же – сейчас.
– Шевели копытами живее, надо убираться отсюда.
Впрочем, вот так сразу убраться от Ледяной избы не получилось: и на починку время ушло, и припасы из Шурикового рюкзака распределять пришлось. Да и труп Дрона у крыльца оставлять не стали и, оттащив к деревьям, закидали снегом.
Так что отошли от охотничьей избушки мы уже ближе к рассвету. Поэтому и до Границы между территорией Форта и Севера добраться смогли только к обеду. А ведь это ещё нам с погодой повезло: продолжайся вьюга, было бы проще переждать непогоду в охотничьей избе. И так все тропы и лыжни ночной бурей замело.
– Не видать никого, – Шурик, внимательно оглядевший начинавшееся за лесом поле, убрал бинокль и отполз с опушки в ельник.
– Не удивительно, – усмехнулся я и начал потихоньку выбираться на открытое пространство.
– Не скажи. – Ермолов закинул за спину рюкзак и поспешил за мной. – Рейнджеры городские Границу частенько патрулируют, промысловики постоянно мотаются. Да мало ли кто ещё. На Север, считай, другой дороги нормальной и нет.
– Ладно, пошли тогда живее, – заторопился я, наблюдая за игрой искривлённого пространства над полем, по которому проходила Граница. Вроде уже не первый раз всё это вижу, а до сих пор мурашки по коже.
Невольно поёжившись, я присмотрелся к росшим на другом краю поля деревьям с трепетавшими по ветру прозрачно-синими листочками. Зависшее над Границей марево выкидывало странные шутки: вот ещё только росший метрах в трёхстах лес вдруг одним скачком удалился на несколько километров. И это не самое удивительное – медленно ползшее по небу облако вдруг, словно гигантское ватное одеяло, тёмной пеленой опустилось на поле, мутными струями тумана растеклось в разные стороны и выпало ослепительно-белой изморозью. Миг тьмы, и сквозь брешь в затянувших небо тучах вновь засияла немного размазанная мордаха солнца. Странное место, одним словом.
– Не, напрямик не пойдём, – остановил меня Ермолов. – Туда без миноискателя лучше не соваться. Давай, к дороге сворачивай.
– Там чисто?
– Скорее всего.
– Как-то ты не очень в этом уверен, – забеспокоился я, пробираясь вдоль опушки леса по глубокому снегу.
– Ну вроде как дорогу договорились не минировать, но мало ли...
– Здорово, – фыркнул я. – Может, всё же по полю?
– Не, на дороге безопасней. – Шурик прибавил ходу и, помогая себе лыжными палками, полез через наметённые ветром сугробы. – Говорю же: по ней то туда тащатся, то обратно. Собирают урожай...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
