Что за странный каприз?
— Мне нужно чтобы наемник Эбана попал в лабиринт! Помоги мне, жрец.
— Погоди, князь. Ты сказал Эбана?
— Египтянин Эбана. Тот, кто командует наемниками с корабля Дагона.
— Так его имя Эбана? Этот тот самый Эбана, что доставил проклятую корону?
— Возможно.
— Но тогда этот человек оказал нам услугу. Многие номархи Фаюма должны благодарить его.
— Вот в качестве благодарности ты и отворишь для него двери лабиринта.
— Хорошо, князь. Я отворю двери лабиринта для Эбаны. Но только для него одного. Я не стану убивать его людей и тех пиратов, что пришли с ним. Такого еще не было, чтобы в лабиринт опускали больше двух людей за один раз.
Номарх согласился. Атла просила за Эбану и его людей. Значит главный именно Эбана. Ей он скажет, что Эбана умер в лабиринте, а про его людей просто умолчит…
* * *
Храм Крокодила.
Великий жрец и ОНА.
Кемес великий жрец Крокодила Солнца всю жизнь постигал мудрость в тайной библиотеке храма Себека. Он хотел научиться управлять людьми и полагал, что достиг в этом деле совершенства. Он давно не верил в могущество Себека и смеялся (про себя) над рептилиями, которым поклонились в его храме. Он верил в могущество разума, который и придумал богов Кемета, дабы простые люди подчинялись фараонам и жрецам.
Но в эту ночь его мир перевернулся. Он увидел Её! Эта женщина была в его покоях и его глаза говорили о том, что она здесь. Но стража утверждала, что никто не входил в помещения великого жреца.
— Ты можешь поверить своим глазам, а можешь поверить глазам твоих воинов, Кемес, — с улыбкой произнесла женщина. — Ты видишь меня и теперь слышишь меня.
— Кто ты, если не видение?
— Твой разум бунтует, Кемес. Ты не веришь в богов Кемета.
— Их нет. Неужели умный человек способен поверить в существо с телом человека и головой крокодила? Это сказка для простого народа. Для тех, кто способен лишь лепить горшки, или ткать полотно, или ломать камни. Египтяне смогли достичь высот благодаря знаниям жрецов, но не благодаря богам. Мы создали календарь и высчитали время восхода Сириуса. Мы научили людей строить каналы и дамбы. Чертежи на папирусе рисуют не боги, а люди.
— Тогда скажи мне, Кемес, считающий себя мудрецом, и дающий советы номарху. Скажи, кто управляет тобой?
— Я управляю собой и здешним номархом. А это значит, что я управляю этим номом. Они выполняют мою волю, ибо я знаю, что есть благо для нома Крокодил.
— Но ты осудил незнакомого тебе человека к смерти в лабиринте. Ведь ты уверен, что живым ему оттуда не выбраться.
— Это не мое желание. Так хочет номарх Себекхотеп. И я вынужден подчиниться. Да и что такое жизнь одного солдата? Они гибнут сотнями на войне.
— Но это не простой солдат, Кемес. Это Эбана, который вручил проклятую корону фараону Камосу. Он важный инструмент в руках тех, кто управляет. И он еще нужен им.
— Ты хочешь сказать, чтобы я не отправлял его в лабиринт? Ты пришла просить его жизнь?
— Просить? — усмехнулась красавица. — Я не могут тебя просить, ибо ты ничего не способен изменить, Кемес. Ты фигура в игре и ты исполняешь свою роль. Эбана доложен попасть в лабиринт. Это место древней силы и это его путь. Атла управляет вашим номархом. Номарх управляет тобой (в данном случае). Ты выполняешь волю номарха. Но кто в этой цепи управляет Атлой? Ей кажется, что она способна бросить вызов судьбе.
— А если я поступлю наоборот? — спросил жрец. — Если я спасу Эбану? Его доставят ко мне, и я просто отпущу его из города. Такое ведь возможно? Или ты помешаешь мне?
— Это не в моих силах, Кемес. Я сейчас нахожусь далеко от Крокодилополя. Я могу говорить с тобой и создавать образы в твоем мозгу, но не могу тебе приказать. Однако я могу указать тебе путь.
— Зачем?
— Ты желаешь узнать истину. И я хочу открыть тебе часть этой самой истины. Ты способен отправить Эбану в лабиринт. Это путь, и ты собирался следовать ему. Но сейчас ты готов изменить это, чтобы доказать себе, что ты можешь что-то изменить.
— А это не так?
— Нет. Эбана все равно попадет в лабиринт. Это путь. Его путь. И он пройдет по нему. Пусть позже, чем нужно, но пройдет. Ты считаешь, что лабиринт это смерть? Но рождённый живым, хоть он и смертен, не погибнет преждевременно. Тот, кто обладает началом, умрет в свое время — это закон пути.
— Значит, от моего решения ничего не зависит? — спросил Кемес.
— Именно так. И от решения Атлы ничего не зависит. Её бунт это также часть пути.
— Но ты не сказала главного. Кто управляет Атлой? Кто стоит за ней?
— Отвечу на понятном для тебя языке, Кемес. За ней стоит великая госпожа.
— Это богиня?
— Ты же не веришь в богов, Кемес?
— Богиня это лишь слово. Под ним может скрываться могущественная женщина. Но тогда в чем секрет её могущества? Она знает то, чего не знаю я? Чего не знают жрецы наших храмов?
— Потому я и сказал тебе, что это великая госпожа. Она знает больше.
— Но где она живет?
— В Фивах.
— В столице Юга? — Кемес был разочарован ответом. — Там живут люди. И ты желаешь сказать, что жрецы Амона умнее жрецов Себека?
— Жрецы здесь ни при чем, Кемес. Великая госпожа не имеет отношения к жрецам богов и богинь Кемета. Мудрецы не всегда живут в храмах. Я наблюдаю за выходящим, чтобы узнать входящего. Я наблюдаю за прошлым, чтобы узнать будущее. Я великая госпожа и одни любят меня, и я люблю их, иные ненавидят меня, и я прощаю их.
— Ты знаешь будущее? Мое будущее?
— Твоя жизнь — это путь, Кемес, а конец твоей жизни — это постоянство смерти, которая обладает назначением. Я пришла указать тебе путь к смерти.
— Я скоро умру?
— Тебя не радует это? И ты считаешь себя мудрецом? Ты ничего не постиг в этой жизни, Кемес. Хорошо! Измени путь Эбаны. Не отправляй его в лабиринт и этим ты изменишь и свой путь. Тогда смерть не скоро придет за тобой, Кемес.
— Я могу выбирать?
— Ты подобен угасшему пеплу, ибо считаешь, что познал сущность до глубоких корней.
— После встречи с тобой я не уверен в этом.
— Потому иди по пути и сбрось с себя бремя прошедшего. А это самое тяжелое бремя для человека…
* * *
Город Крокодила.
Дворец Номарха.
Сара попала в
