сверхзадачи в сторону, отметается.
Представьте себе треугольник, на вершине которого стоит сверхзадача. По левой стороне треугольника будут профессии, люди, которые работают над фильмом, – аниматоры, художники, актеры. Чуть выше к верхушке – композитор, звукорежиссер, сценарист, режиссер. А по правой стороне треугольника будет то, из чего состоит фильм, – анимация, фоны, персонажи. Чуть выше – музыка, раскадровка, аниматик, сценарий. На самом верху сверхзадача, и ей подчиняются все и вся. Зачем мы делаем это кино? Про что мы делаем это кино? Без ответа на эти вопросы создавать кино невозможно.
Поиск сверхзадачи – это самое трудное в написании сценария. Иногда в случае с какой-то историей уходят месяцы или даже годы, чтобы суметь ответить на вопрос – почему мне так важна история, которую я хочу написать? Но как только ответ найден, как только вы поймете, зачем пишете свою историю, все происходит в тысячу раз легче. Потому что вы знаете, куда идете.
Сверхзадача связана с темой фильма. Одна из тем истории будет самой главной. Тема – некое поле или пространство, как в математике рисуют множество, некий овал, отделяющий пространство на листе бумаги. Поставьте в этом поле темы точку. Это будет ваше высказывание, это будет ваша сверхзадача. Одна из бесконечности, потому что внутри возможно бесконечное количество таких точек. Например, тема – война. А ваше высказывание – у войны всегда уродливое отвратительное лицо. Это просто пример, но он четко показывает, что такое тема и что такое высказывание. Тема и высказывание всегда обычно просты и зачастую даже тривиальны, но в этом нет ничего плохого или зазорного.
Высказывание похоже на доказательство. Фильм становится вашим доказательством чего-то, что вам так важно выразить. Этика и эстетика влияют на ваше авторское высказывание, формируют его, выстраивают ваши личные связи с окружающим миром и с самим собой. И если этика как область человеческих отношений всегда будет требовать диалога со зрителем, то эстетика больше обращена внутрь автора, а не наружу. Эстетика более молчалива и наблюдательна. И выражение красоты тоже может быть для сценариста и режиссера сверхзадачей. Но еще скорее задачи этики и эстетики будут связаны, а не отделены друг от друга. А вот самовыражение не может быть целью, потому что оно происходит само по себе вне зависимости от нашего желания. Что бы мы ни делали – это уже самовыражение. Как и опыт входит всюду в нашу работу или жизнь просто по умолчанию. Он, конечно, необходим и важен, но специально ему помогать не надо.
Чтобы ответить на вопросы, «про что кино?» и «зачем я его делаю?», надо идти от главного героя. Все ответы на вопросы всегда будут связаны именно с ним. Сценарист работает через героя, режиссер работает через героя, и зритель воспринимает историю через героя. Какой герой? Что с ним происходит? Какое путешествие внутри себя он совершает? Что он выражает? Выстроить отношения с историей значит в первую очередь выстроить отношения с главным героем. Вы как авторы всегда будете на стороне героя. Даже если он совершает сомнительные поступки, вы будете переживать за него, прощать ему, болеть за него. Поэтому необходимо принять героя как самого себя – со всеми противоречиями, слабостями и глупостями.
Приведу пример моего поиска сверхзадачи для фильма по мотивам стихотворения Самуила Яковлевича Маршака «Уго-мон» (1959). В стихотворении история такая – волшебный старичок Угомон всех усыпляет – и птичек в лесу, и троллейбусы в городе, и детей в кроватках. Это все. Я вспомнил свое детство и свою маму. Жили мы бедно, мама много работала, а дома все время хлопотала по хозяйству – постирать, еду приготовить, полы помыть и так далее. Этот образ, запечатленный в моей памяти, конечно, образ всех матерей и бабушек. Нежных и отрешенных. Они всегда живут для детей, а не для себя. Я помню, как сильно мама уставала под вечер. Родная и усталая. Вот именно это, я понял, – и есть для меня Угомон. Он обладает волшебной силой всех усыплять, но это не легкое дело, не развлечение и не игра, а труд и обязанность. И чтобы еще сильнее подчеркнуть это, я понял, что надо показать, что других волшебных сил у Угомона нет. Он не летает по воздуху, а везде ходит своими ногами. И представьте теперь – забраться на дерево, чтобы усыпить птенцов, подняться на последний этаж, чтобы усыпить детей и так далее. На нем такой груз ответственности, он так устал, он такой добрый и родной, как мама или бабушка. Передать этот образ, рассказать через него историю, напомнить о родителях и близких – сверхзадача этого фильма. Ради нее все делается. Так устроен каждый фильм. Все инструменты, структуры и навыки необходимы лишь для того, чтобы выразить и донести вашу сверхзадачу.
Андрей Арсеньевич Тарковский говорил, что кино всегда или проповедь, или исповедь. Я с этим полностью согласен. Проповедь – это борьба с миром, а исповедь – борьба с самим собой. Важно найти в себе нерв, струну, боль. И писать об этом. Она превратится в тему фильма, подскажет решения. Боль – это лучший маяк для ваших историй. И когда вы садитесь создавать структуру или писать по структуре сценарий, вы всегда смотрите одним глазом на сверхзадачу, никогда не упускаете ее из виду. И в дальнейшем, при редактуре сценария, сверяясь со сверхзадачей, вы поймете, что надо выкинуть, а чего не хватает. Если сверхзадача в сценарии окажется явной, то режиссер, скорей всего, с благодарностью присвоит вашу историю вместе со сверхзадачей.
Глава 5. Глазами художника: закрываем глаза
Художник – это тот человек, который несет самую большую ответственность на проекте, потому что он отвечает за изображение, за эстетику и выразительность фильма. Для анимационного кино первично изображение, и художник для анимационного фильма, пожалуй, самый важный человек. Сценарий глазами художника – возможность увидеть воображаемый мир, его стиль и атмосферу, увидеть его героев, пространство и важные детали.
Задача сценариста уже в сценарии дать художнику хорошую основу для работы. И чем точнее и ярче сценарист сможет увидеть фильм в своем воображении, чем сильнее выйдет сценарий, тем больше вдохновения получит художник, и тем лучше будет фильм. Ежедневно тренировать воображение, использовать его как один из своих главных инструментов, для сценариста – все равно что дышать. И не важно, что большинство наработок никто не увидит – они уйдут в сценарий, а не будут представлены в виде подробной разработки – сценаристу анимационного кино стоит ставить перед собой большие задачи, а не ограничиваться лишь классической формой работы – логлайн, поэпизодник, диалоги.
Несмотря на то что анимационное кино – лишь нарисованное, и для
