Завтра Зимний бал,” — строго сказал мужчина, отслеживая мою реакцию.
“Декану я сообщила. Защитный контур поставила. Есть еще варианты?” — спокойно спросила я.
“Нет, думаю, этого будет достаточно. Ритуал проведут в самом начале без всяких торжественных выступлений, кроме советников прибудут гвардейцы из личного отряда Фламариона. Еще один скандал, его императорское величество своим драконам не простит и решил все проконтролировать,” — строго сказал Никас и начал обходить мой дом, проверяя защитные артефакты.
Убедившись, что все в порядке, мужчина вздохнул и упал в кресло. — “Я бы все же остался с тобой. Мы снова привлекли внимание, назначив тебя на должность, и в отличии от старика, я не столь самоуверен.”
“Что ж тогда у нас будет еще один повод расширить факультет и ввести в курс боевую подготовку,” — пыталась пошутить, но маг явно не оценил мои старания.
“Не высовывайся, Ава. Я оставлю тебе артефакт связи, просто активируй, если появятся гости,” — закончив свои нравоучения, мужчина спешно удалился.
Впервые за почти три года я не дрожала во время Зимнего бала, а спокойно читала книгу, которую добыла из сундука Честера. Боевые заклинания пятого порядка. Не всем магам они были по зубам, к счастью, большинство базовых заклинаний я вполне могла осилить.
По крайней мере, искренне на это надеялась, так как проверить, к сожалению или к счастью, было не на ком. Да и не знал никто, что магичка вечерами читает отнюдь не женскую литературу. Несколько самых простых заклинаний я даже успела переделать под свои потоки, чтобы гарантированно сработало.
К удивлению, этот Зимний бал в Северной Академии прошел спокойно, точнее, прошел без меня.
Сквозь заснеженное окно я наблюдала, как покидают стены академии разряженные в бальные платья драконицы в сопровождении таких же нарядных кавалеров. И к собственному удивлению осознала, что выросла. Мне больше не хотелось оказаться на месте одной из них. Детские мечты, в которых я кружилась по залу с красивым кавалером, остались где-то в прошлом.
В том прошлом, где юная Аврора Виндер искренне верила в то, что сможет достичь всего, несмотря на свой пол и происхождение, та девочка безвозвратно исчезла, оплакивая порванное драконицей чужое платье и мучаясь кошмарами. Медленно и в муках она отпустила прошлое, где была любима и верила в счастье.
Еще раз проверив защитный контур, впервые с ночи моего первого Зимнего бала я потушила ночной артефакт, услышав одобрительное ‘кря’ Визардиса.
Погружаясь в спокойный сон, я обдумывала планы на завтра: снова переписывать лекции декана и составить еще один график факультативов для вира Водника.
Глава 11. Факультет бытовой магии
“Правило ведения войны заключается в том, чтобы не полагаться на то, что противник не придет, а полагаться на то, с чем я могу его встретить.” — Сунь Цзы "Искусство войны"
Северная Академия. Аврора. Шесть лет спустя.
Стоя за высокой кафедрой, я осматривала новых студентов.
Первая лекция всегда волнительна, как для них, так и для преподавателя, особенно для того, которого только недавно назначили на должность. Поправляя свое темно-синее платье, я отчаянно надеялась, что студенты не заметили мои слегка подрагивающие руки.
Приспичило Никасу самому встречать новых профессоров. На тренировочных лекциях его черные глаза всегда были моим якорем. Видя лукавый прищур самодовольного мага, словно второе дыхание открывалось.
А в день моей первой лекции, как полноценного преподавателя, меня бросили на растерзание молодым магичкам, которых фасон платья интересует больше, чем тема занятия. Сделав глубокий вдох, я прошептала заклинание, и под самым потолком огненными буквами появилось мое имя, с которого сыпались искры, привлекая внимание девушек.
“Моё имя — профессор Аврора Виндер, и вашу группу я буду обучать основам бытовой магии два года. После этого те студенты, которые желают продолжить обучение, перейдут в сводную группу профессора Никаса Водника и будут обучаться еще год на углубленном курсе заклинаний четвёртого порядка, включающем защитные заклинания,” — строгим голосом сказала я, и по лекционному кабинету пронесся разочарованный вздох.
На Никаса все еще велась охота среди студенток, и мужчина облегченно выдохнул, когда группы разделились, и студенток удалось сплавить другому профессору — пожилому магу, Люциусу Емусу.
За последние годы факультет бытовой магии разросся до невиданных ранее масштабов: пять полноценных групп студентов. Уже два года как ректору удалось получить одобрение императора на углубленный курс, и к двум годам обучения добавился еще один. Вместо значков студентам выдавали полноценные дипломы, и стена библиотеки пополнилась табличками лучших выпускников бытового факультета, среди которых красовалось и моё имя.
Пришлось достраивать ещё одно общежитие, точнее сносить старое и на его месте с помощью той же бытовой магии быстро возвели новое деревянное сооружение. С окон теперь не сквозило, а вместо одиночных артефактов наши артефакторы соорудили целую систему, когда по полым бревнам подавалась горячая вода, обогревая все помещение, даже коридоры и пол. Прорывы конечно случались, как и перебои, но в целом в комнатах стало заметно теплее и комфортнее.
А с этого года я уже не была единственной магичкой на факультете. Каким-то чудом Никасу удалось переманить к нам женщину из отдела благоустройства. Матишка Кодар трудилась в архиве отдела и, хоть и не обладала опытом преподавания, но была весьма образованной и сообразительной доной. Из архива же Никас вытянул новую помощницу нашему декану, молодую магичку и мою ровесницу — Элеору Авис.
Полагаю, молодая магичка и стала причиной поспешного отъезда Никаса в столицу. Уж больно старательно прихорашивался маг, ещё больше, чем обычно. Три раза он отрывал меня от сборов на лекции, врываясь в дом и требуя оценить его наряд. Мне казалось, что Визардис вот-вот выдаст что-то из обычных прозвищ, которыми щедро одаривал мужчину.
Обычно мой питомец обзывал Никаса похотливым оленем. Портальщица знатно невзлюбила мага за его постоянные визиты в наш домик, которые не позволяли птице ни поболтать, ни полетать.
Однажды Никас решил отпустить бедную беспомощную птичку на свободу и вынес Визардиса на улицу, выгоняя с клетки. Ох и наслушалась я потом причитаний. Повезло, что птицы не болеют, в отличие от моей головы. Вир Мартимус никак не мог определить причины моих мигреней, которые длились почти неделю, пока птиц не успокоился и не простил мне поведение гостя и мою беспечность.
Первая лекция закончилась, и я с ощущением удовлетворенности проведенным занятием направлялась в сторону факультета, никак не ожидая встретить в коридоре взъерошенного и злого декана.
“У нас проблемы, Аврора, в мой кабинет быстро и жди!” — буквально завизжал мужчина, убегая дальше по коридору.
