никого не сделают красавицей.
— Нет, благодарю, у меня… — я осеклась, поймав любопытствующий взгляд младшей дочери. Сестра Стефани с подозрением косилась на мою плотно набитую котомку, которую я не выпускала из рук весь визит. Допустим, страсть к объемным сумкам можно списать на эксцентричность вдовы, а вот отсутствие багажа у приличной с виду местрис вызовет немало вопросов. — У меня вещи не собраны. Все случилось так спонтанно! Я не доверяю горничным, так что соберусь и встречу вас у дилижанса.
На том и порешили.
Я вышла из небольшого особняка с палисадником и побрела по улице, прикидывая, где можно спешно прикупить небольшой чемодан, а также несколько запасных платьев, желательно не привлекая внимания.
О том, что девицы и их родичи внезапно передумают и уедут без меня, не переживала вовсе. Где они еще найдут такую взбалмошную дурочку, готовую сорваться невесть куда без недельной подготовки, сборов, да еще и бесплатно? Компаньонки и дуэньи пользовались строгими правилами поведения в обществе и цену за свои невеликие услуги драли бессовестно.
Потёртый, но вполне приличный саквояж я нашла в лавке на центральной улице. Торговец старался выдать его за новый, я активно торговалась. Мне в принципе это старье особо не нужно было, потому отдавать целых три серебрушки за него казалось кощунством. У меня денег и так мало, несмотря на двойное ограбление, и все нажиты нервами и непосильным трудом.
Соваться в более злачные районы за дешевыми экземплярами я побоялась. Месть Клыка, как бы пафосно это ни звучало, меня пугала не на шутку. Нужно побыстрее убираться из этого городишки, пока я не объявлена в розыск его бандой.
Укрывшись в неприметном переулке, я быстро переложила пыльное платье, флягу и запасы еды в саквояж. Если их и придется бросить, невелика потеря: все ценное при мне, а багаж приобрел некую увесистость.
Выбирать платья было некогда. Я заскочила только в один магазинчик, торговавший изделиями из шерсти. Взяла очаровательную шаль с черно-бордовым узором. Горюющей вдове самое то, а ночи довольно холодные. По пути сюда грела трофейная куртка, сейчас же у меня защиты от промозглой морской влажности нет.
Три девицы и их провожающие уже дожидались у дилижанса. Меня представили деверю Гунвортов — щекастому парню лет двадцати пяти. Понятно, почему ему отказались доверять безопасность девиц! Я бы такому и хомяка не доверила. Как его за руль… то есть на козлы дилижанса пустили — понятия не имею.
Интересно, тут права вообще выдают? Экзамены по вождению лошадей?
О чем я думаю…
Это все стресс!
Багаж отправился на крышу, к другим чемоданам. На меня никто косо не смотрел, и я немного расслабилась. Забравшись в стылое кожаное нутро кибитки, довольно долго еще слушала прощание с юными пассажирками и изучала строение элитной таратайки. Два кресла без подлокотников — одно напротив другого, как в поезде, только столика посередине не хватает. Спинками друг к другу — еще один такой же комплект. И через проход — зеркальное повторение всей конструкции. Всего восемь мест. Негусто, однако, учитывая цены на билеты — повезло, что я хоть на этом сэкономила — вполне рентабельно.
Позади меня успела устроиться семейная пара, в самом конце два купца бурно обсуждали сделку, касающуюся морепродуктов. Я сглотнула тягучую слюну. В домах подопечных мне гостеприимно предлагали чай и пирожные, не догадавшись накормить по-человечески, а желудок отчаянно просил чего посущественнее. С другой стороны, жевать посреди дороги — это не просто нарушение норм, на такое только нищие здесь способны, и те предпочитают уползти в укромный уголочек. Так что закусить своими скудными запасами возможности не имелось. Оставалось утешать себя мыслью, что утром будут менять лошадей, авось и нам удастся что-нибудь перекусить в трактире.
Это все-таки транспорт для состоятельных клиентов, не деревенская телега.
Наконец зареванные подружки уселись на свои места, бодрый молодец свистнул, щелкнул кнутом, и мы покатили в столицу.
Удивительно плавно покатили, я от недоросля не ожидала. Готовилась к худшему, но он вез как по облаку. В дилижансе пахло терпимо — терпким травяным духом и морской солью, соседи сравнительно недавно мылись, так что я откинулась на жестковатую спинку сиденья и задремала, чутко прислушиваясь к глухим всхлипам Гиселлы. Ей почему-то оказалось сложнее всего успокоиться.
Наверное, из меня получилась на редкость чёрствая компаньонка. Мне с большим запозданием пришла в голову мысль попытаться ее утешить — бедняжка сама успела затихнуть и уснуть в изнеможении.
Просто учитывая все мною пережитое за эти дни, проблемы девочек казались если не надуманными, то точно не стоящими бурного слезопотока. Ну женятся на них родовитые женихи — вот ужас-то! Им запечатывание ведь не грозит, там дара с гулькин нос. А что знакомство по указке свахи и свадьба по сговору — вообще в том проблемы не вижу. В Сандаре о чувствах ни у невесты, ни у жениха особо не спрашивали и всех девиц растили с осознанием неизбежности брака и необходимости покориться мужу. Во всем.
Это я такая особенная, иномирная, желаю сама выбирать с кем, когда и почему. А поделись я своим ценным мнением с любой из юниц, в лучшем случае у виска покрутят. А в худшем — в храм ближайший донесут, что у меня крамольные помыслы и я дев совращаю с пути истинного.
Сделать ничего не сделают, конечно, не средние века чтоб на костер отправили, но и слава ансунэ мне ни к чему: только от сомнительной репутации избавилась вместе с прошлым.
Так что ни сказать мне ей нечего, ни подбодрить нечем. Увы.
Глава 18
Дилижанс ехал медленно, но размеренно.
Покачивающиеся за окнами фонари по обе стороны от козел достаточно хорошо освещали дорогу, чтобы лошади не спотыкались. Централизованного освещения за городом, разумеется, еще не провели, но деревушки и поселки были натыканы вдоль дороги так густо, что безлюдных и опасных для путешественников участков, где можно устроить засаду, почти и не осталось.
Я изредка просыпалась, косилась одним глазом на подопечных, которые тоже мирно посапывали, и снова погружалась в сон.
Подозреваю, что кучер тоже подрёмывал, предоставив упряжке самостоятельно брести по привычному маршруту.
Как бы то ни было, с рассветом мы подъехали к таверне на перекрестье нескольких дорог, где нам выделили комнату. Одну на четверых, всего лишь на час. Услуга специально для высокородных дам — привести себя в порядок, сменить платье или рубашку, умыться. Не в кусты же нестись в пяти нижних юбках! Не по
