себя: «У меня недостаточно духовной силы, чтобы управлять нужным количеством трупов заклинателей и что же мне теперь делать?»
А потом ему в голову приходит идея…
Использовать Формирование Единого сердца. Чтобы он смог управлять почти любым количеством трупов совершенствующихся, ему всего лишь нужно убить такое же количество простых людей, превратив их в веревочки для своих марионеток.
Где самое безопасное место, чтобы сделать это?
Четыре Великие Дьявольские горы.
Что делать, если не удастся открыть магический барьер горы Хуан?
Взять с собой тело Сун Цютун.
По мере того как обрывки нитей собирались вместе, мрак в глазах Мо Жаня становился все беспросветнее.
Откуда взять простые трупы?
…Устроить большой пожар в Линьи и сжечь всех.
Несмотря на то, что это были всего лишь догадки, все они, словно яркие кусочки мозаики в причудливом калейдоскопе, постепенно складывались в единую картину, отражаясь яркими вспышками озарения на радужке черных глаз. В какой-то момент Мо Жаню даже почудилось, что он и есть Сюй Шуанлинь, а Сюй Шуанлинь — это он сам, тот самый человек с безумным взглядом, что, стоя на вершине горы Хуан, свысока взирает на плещущееся у подножия море из черных обгоревших тел.
Открывшийся ему панорамный вид становился все яснее и точнее в деталях, пока в какой-то момент картинка не застыла, став статичной.
Если бы он был Сюй Шуанлинем, то после всех этих приготовлений, разве следующим его шагом не должно было стать сооружение «сцены», где он смог бы показать миру то представление, которое так долго и кропотливо готовил?
Но как ему выбрать хорошее место для «сцены»?
Где найти столько останков доблестных и сильнейших заклинателей?
Где укрыться ото всех и получить защиту…
Внезапно свет померк в его глазах.
— …Гора Цзяо, — пробормотал он.
Цзян Си покосился на него и переспросил:
— Что?
Мо Жань переменился в лице. Взглянув на восток он вдруг истово закричал:
— Гора Цзяо! Курган Героев!.. «Сцена», которая ему так нужна находится на горе Цзяо. Это Курган Героев! В Линьи больше всего жертв было среди простых людей, так что вряд ли Сюй Шуанлинь смог получить нужное ему количество трупов сильных заклинателей!.. Но есть ведь еще Курган Героев!
Цзян Си тут же отреагировал на его заявление:
— Ты правда думаешь, что Сюй Шуанлинь решил пробудить останки заклинателей Духовной школы Жуфэн, которых хоронили в Кургане Героев последние несколько сотен лет?
Мо Жань даже не потрудился дальше препираться с ним, а просто, мысленно выругавшись, со всех ног помчался к подножью горы.
Сюй Шуанлинь и правда безумец! В Кургане Героев были захоронены поколения руководителей ордена, включая первого главу и тех бессмертных, что смогли отринуть бренное тело и вознестись на Небеса. Одно дело использовать Формирование Единого сердца для управления трупами обычных заклинателей, а совсем другое — попытаться взять под контроль телесную оболочку бессмертных небожителей. Неужели такое возможно?
Но ведь если духовных сил Сюй Шуанлиня не хватит на то, чтобы обуздать останки этих полубогов, то сначала они обратятся против пробудившего их человека, а после его смерти вся эта орда проснувшихся после векового сна трупов самых могущественных заклинателей ордена Жуфэн начнет крушить и уничтожать все живое в этом мире.
Это могло стать страшным бедствием, по разрушительности вполне сравнимым с открытием Небесного Раскола на Последний Круг Ада!
Автору есть что сказать:
«Конфликт при полном взаимопонимании».
Сюй Шуанлинь: — Почему ты так хорошо меня знаешь?
Сукин Сын 2.0: — Только хулиган может понять хулигана.
Сюй Шуанлинь: — Почему ты так хорошо понимаешь ход моих мыслей?
Сукин Сын 2.0: — Только извращенец может понять извращенца.
Сюй Шуанлинь: — И все-таки почему ты так хорошо меня понимаешь?
Сукин Сын 2.0: — Только прилежный ученик может понять прилежного ученика[205.5].
Сюй Шуанлинь: — ..?! Ты — прилежный ученик? Совсем стыд потерял?!
Сукин Сын 2.0: — Ты скопировал мое Формирование Единого сердца! И после этого смеешь называть меня бесстыжим?!
Глава 206. Учитель, в конце концов, кто я такой?
Устремившись к подножию горы, Мо Жань и сам не заметил как миновал клокочущее море трупов. Выскочив за пределы барьера, он сразу же нашел глазами Наньгун Сы.
Удерживающее его заклятие и барьер были сняты, и стоявшая перед ним на коленях Е Ванси уже перевязывала его рану на руке. Между этими двумя и адептами Палаты Цзяндун прямо на земле спокойно сидел Мэй Ханьсюэ, перед которым стояла вертикальная цитра[206.1] — кунхоу. С бесстрастным выражением лица он неспешно поглаживал кончиками пальцев струны, рождая поток умиротворяющих звуков.
Надо сказать, что Мэй Ханьсюэ был не просто рядовым заклинателем, а старшим наставником[206.2] Куньлуньского Дворца Тасюэ. К тому же поговаривали, что этот человек мог появляться как дух и исчезать как призрак, а практикуемые им боевые техники были весьма причудливы, разнообразны и непредсказуемы, как, впрочем, и его манера поведения. Так, в начале поединка он мог вести себя как исключительно порядочный и серьезный человек, а в следующем раунде сбить противника с толку двусмысленными шутками и подлыми приемами.
Вот и вышло что, хотя адепты Палаты Цзяндун жаждали линчевать Наньгун Сы, с таким стражем им оставалось только послушно сидеть на камнях в сторонке и злобно таращиться на него в надежде, что рано или поздно сами Небеса ниспошлют им шанс до него дотянуться.
Увидев спускающегося с горы Мо Жаня, Мэй Ханьсюэ прекратил играть, убрал цитру и, поднявшись ему навстречу, вежливо кивнул.
Весь его образ дышал благородством, а поведение было очень сдержанным и благопристойным.
— Как там на горе?
— Все оказалось подделкой, — ответил Мо Жань.
— Подделкой? — слегка нахмурившись, переспросил Мэй Ханьсюэ. Люди из Палаты Цзяндун начали подбираться поближе, чтобы услышать, о чем они говорят. Неподалеку от них, в тени камня, устроился Хуан Сяоюэ. Пока несколько учеников растирали и массировали ему ноги и руки, он усиленно делал вид, что находится на последнем издыхании, но, услышав слова Мо Жаня, тут же встрепенулся и навострил уши.
— Сюй Шуанлиня здесь нет. Боюсь, что он на горе Цзяо. Мы… — начал излагать Мо Жань, но не успел он договорить, как Наньгун Сы побледнел до мертвенной белизны и, впившись в него взглядом, перебил:
— Сюй Шуанлинь на горе Цзяо?
— Вероятно, но полной уверенности нет.
Наньгун Сы замер, а затем после небольшой паузы пробормотал:
— …Невозможно, гора Цзяо подчиняется только приказам членов семьи Наньгун,
