Это предопределяет неограниченные возможности существования и нашей Вселенной – Метагалактики, и любых других Вселенных – Метагалактик в Космосе Пригожина, т. е. известный «исторический оптимизм» в отношении возможностей эволюции каждой из космических систем. Как уже отмечалось, Пригожин противопоставляет вытекающей из классической термодинамики теории неизбежности «тепловой смерти» Вселенной основанную на термодинамике открытых систем теорию самоорганизации хаоса, в соответствии с которой, по его выражению, «тепловую смерть мы поместим не в конце её истории, а в самом начале» (Там же, с. 216).
Это обстоятельство предопределяет с точки зрения Пригожина неограниченные возможности дальнейшей эволюции и нашей Метагалактики, и любой другой Метагалактики в этом неустойчивом и случайно организуемом мире. «Стандартная модель, – отмечают И. Пригожин и И. Стенгерс, – предсказывает, что в конце концов наша Вселенная обречена на смерть либо в результате непрерывного расширения (тепловая смерть), либо в результате последующего сжатия («страшный треск»). Для Вселенной, родившейся под знаком неустойчивости из вакуума Минковского, это уже не так. Ничто… не мешает нам предположить возможность повторных неустойчивостей. Эти неустойчивости могут развиваться в различных масштабах» (Там же, с. 244–245).
Итак, космологическая гипотеза Пригожина избавляет нас от кошмарных видений Апокалипсиса в виде «тепловой смерти» или «страшного треска». Но какой ценой? Ценой признания Хаоса единственной «творческой» силой, образующей Космос, космические системы и всё в Космосе. Следует отметить, что подобный сценарий эволюции Вселенной содержит в себе своеобразный креационизм, т. е. он выходит за рамки конкретно-научной методологии и вторгается в сферу мировоззренческого, философского постижения космологических процессов. В этом «креационизме» всё наоборот: Хаос стал Творцом, а Космос – тварью. Во Вселенной Пригожина, как и в мифологии ранних цивилизаций, Космос произошёл из Хаоса, но демиургом, который выполнил работу творения, явился всемогущий Случай. Как признают И. Пригожин и И. Стангерс, «с самого начала история нашей Вселенной предоставлена игре случая» (там же, с. 243). Они признают также, что космологическая модель, представленная в их книге, является «игрушечной», что в неё пришлось внести ряд упрощающих предложений и допущений» (Там же).
Очень многие из этих допущений заимствованы и из стандартной (эталонной) космологической модели, и из космологических приложений общей теории относительности, и из квантовой механики, а иные просто придуманы, и всё для того, чтобы обосновать заключение о том, что вся история Вселенной предоставлена игре случая. «Сколь привлекательным ни было такое заключение, – констатируют И. Пригожин и И. Стенгерс, – она далеко не решает всех проблем. Прежде всего заметим, что оно было получено в классическом приближении (поле материи квантуется, гравитационное поле не квантуется). Мы надеемся, что в ближайшем будущем нам удастся преодолеть и эту трудность. Но есть и другая трудность: что произойдёт после наступления неустойчивости, соответствующей тяжёлым частицам (чёрным мини-дырам)? Почему прекращается рождение материи? В феноменологической модели… мы связали конец рождения материи с временем жизни чёрных мини-дыр. Однако более фундаментальное обоснование пока отсутствует…» (Там же).
Короче говоря, сами авторы признаются, что построить достаточно убедительную, не «игрушечную» модель сотворения Вселенной по образу и подобию неравновесной термодинамики им не удалось. Эволюцию Вселенной невозможно уложить в прокрустово ложе всемогущей случайности, ибо сами случайности, попадая в поле притяжения упорядочивающих структур, приобретают регулярный, устойчивый порядок возникновения. Диссипативные структуры неравновесной термодинамики лишь рассеивают беспорядок, а не формируют порядок на самых различных уровнях существования материи. Поэтому функционирование таких структур не может служить моделью эволюции Вселенной и основой общей теории эволюции. Всё вышесказанное, однако, не умаляет поистине великий вклад И. Пригожина и созданной им неравновесной термодинамики в исследование механизмов эволюции.
20.2. Самоорганизация и когеренция. Синергетика
В 60-е годы XX века создание в рамках самых различных естественнонаучных дисциплин и математики сходных моделей перехода хаоса в порядок посредством структурной самоорганизации вызвало настоятельную потребность в проведении междисциплинарных исследований феномена самоорганизации. Были созданы необходимые предпосылки для формирования общей теории самоорганизации. На создание такой теории претендовала неравновесная термодинамика, развивавшаяся в Брюсселе И. Пригожиным и его сотрудниками. Однако неравновесная динамика, будучи одним из разделов и направлений физики, могла претендовать на обобщение явлений самоорганизации, лишь вторгаясь из своей специфической области исследований как бы на чужую территорию – в сферы исследований биологии, космологии, социологии, экономики и других наук, каждая из которых обладала своей методологией и своими ранее наработанными представлениями об эволюции. Поэтому попытки неравновесной термодинамики «учить» другие отрасли знания тому, как им следует рассматривать процессы самоорганизации, исходя из теории тепловых процессов, воспринимались многими учёными с полным равнодушием либо даже с раздражением.
Положение изменилось, когда в конце 60-х – начале 70-х годов немецкий учёный Герман Хакен выступил с изложением основ новой научной дисциплины и одновременно области междисциплинарных исследований, которая также претендовала на создание общей теории самоорганизации. Хакен назвал её синергетикой (от греч. «синергетикос», что означает «совместное действие»). Напомним, что сходное название уже было применено в науке, когда в начале XX века английский физиолог Чарльз Шеррингтон назвал синергиями совместное действие мышц для осуществления сложных двигательных процессов – дыхания, хождения, бега, езды на велосипеде или управления автомобилем.
Определяя предмет новой науки в предисловии к первому изданию своей книги «Синергетика» Г. Хакен заявил: «Я назвал новую дисциплину «синергетикой» не только потому, что в ней исследуется совместное действие многих элементов систем, но и потому, что для нахождения общих принципов, управляющих самоорганизацией, необходимо кооперирование многих различных дисциплин» (Хакен Г. Синергетика – М.: Мир, 1980 – 368 с., с. 1). При создании синергетики Хакен полностью использовал идеи и механизмы самоорганизации, изложенные в работах Пригожина по неравновесной термодинамике, добавив к ним лишь описание сходных процессов при генерации лазерного излучения и заменив понятие диссипативных структур сходным понятием когерентных структур.
Будучи изначально специалистом по лазерной технике, Хакен основал в Штутгарте научно-исследовательский институт, поставивший целью своей работы изучение процессов самоорганизации в самых различных областях знания. В рамках деятельности этого института Хакен определял синергетику как область междисциплинарных исследований, посвящённых изучению самоорганизующегося поведения, которое приводит к формированию структур и образованию функций. Хакен стремится включить неравновесную динамику Пригожина в состав теоретических наработок синергетики, тогда как Пригожин всячески старался отмежеваться от синергетики Хакена, не без оснований считая её основные идеи плагиатом собственной теории. Поэтому Пригожин всячески старался избегать термина «синергетика», и между двумя лидерами сходных научных направлений не только не было синергетического совместного действия, но нарастало взаимное отталкивание, которое, однако, так и не вылилось в прямой конфликт.
Будучи в отличие от неравновесной динамики широким научным направлением, синергетика относительно легко проникала в методологию самых различных научных дисциплин, транслировала идеи самоорганизации в естественные и технические науки, в биологические науки, в социально-гуманитарные и экономически исследования. Она приобрела международный характер, к синергетическим исследованиям подключились представители самых различных наук из самых разных стран мира. В конце концов помимо воли Пригожина и представителей его брюссельской школы неравновесная динамика стала восприниматься как раздел синергетики, в создание которой был признан его крупный и основательные вклад.
Исходная идея синергетики, как известно, родилась у Германа Хакена на примере опытов с лазером, причём он постоянно возвращается к самоорганизации вещества под действие энергии лазера в самых разных местах своих книг. Приведём длинную цитату из книги Хакена «Тайны природы», поскольку в ней содержится не только исходная идея синергетики, но и логика эволютики, логика превращения хаотической самоорганизации в мобилизационную организацию. Говоря о попытках физических объяснений биологической эволюции, Хакен отмечает, что классическая термодинамика как физическая дисциплина, занятая соотношением хаоса и порядка в тепловых процессах и изучающая движение в условиях передачи тепла, приводила к убеждению, что «наш мир последовательно и неумолимо оказывается во власти хаоса: все упорядоченные функциональные процессы должны прекратиться, а все порядки – нарушиться и распасться» (Хакен Г. Тайны природы. Синергетика: учение о взаимодействии – М. – Ижевск: Ин-т компьют. исследований, 2003 – 320 с., с. 22).
